- Привет.

- Привет. Не на колесах?

- Нет. Перебираю. Захотелось чего-нибудь новенького. Ты куда? – спросил Коростылев. Я замялся с ответом. Сказать ему, что я в очередной раз собрался к маме Ольге, чтобы узнать последние новости, и вылез на половину пути из автобуса – не поймет. Объяснять не хотелось. Я и сам не понимал своих действий. Глаза выцепили вывеску на одном из домов.

- В кулинарию. Там самые лучшие торты делают.

Сергей посмотрел в указанном направлении. Удивился.

- Не знал. Надо будет как-нибудь зайти. Как бизнес?

- Цветет. А твой?

Коростылев повеселел. Заулыбался. Он так походил на того парня, которого я помнил и знал! Те же глаза, те же руки в карманах, тоже добродушие на лице. Жаль, что не он. Сходство есть, а тип человека совершенно другой. Дикое превращение за короткое время. Невольно поверишь в сатану и прочую магию. Злую и черную. Такую, что оставляет отметину на лбу выбранной жертвы.

- Как тебе сказать? Приходится много работать. Искать. Деньги они ведь повсюду на земле. Надо только их видеть и во время наклоняться, чтобы первым поднять.

- Философствуешь?

- Зачем? Глаголю истину. Вот смотри. - Сергей достал из кармана сто американских рублей. – Заработал за пять минут. Можно сказать нашел. Как? Снимал квартиру. Собрался съезжать, а тут звонок по телефону. Китайцам нужно жильё. Представляешь?

- Китайцам? – переспросил я.

- Да. Я им и сдал. Обидно. Хотели на три месяца, а у меня сдачи не оказалось. Пришлось сдать на два. Потерял полтинник.

- По пятьдесят за месяц?

- Ага.

- Сдал бы на четыре.

- Что? – Сергей удивленно заморгал. Он считал. Трудно и долго. Улыбка сошла с лица. Озлобился. – Действительно. Где ты раньше был? Слушай. А иди ко мне аналитиком. Сейчас модно иметь в бригаде аналитика. Мне нравится, как ты глобально мыслишь. Вместе быстро миллион заработаем.

- Нет. Не могу. У меня же бизнес.

- А у меня? Подумаешь, чаще стреляют. Зато быстрые деньги!

- И быстрая смерть.

***

Гарик пригласил нас в свой настоящий офис: с сейфами, мебелью и секретаршами. Он смеялся до слез, когда я ему рассказал историю про китайцев. Потом важно рассчитался с нами, вручив обещанные проценты. Руся довольно прятал баксы в карман. Я думал о Симе. Что-то давно не видел. Нужны ли ему ещё деньги? Гарик в своем постоянном наряде; в короткой коричневой куртке и в синих спортивных штанах, абсолютно не вписывался в интерьер. Руслан видимо думал, похоже.

- Зачем тебе кабинет? – спросил он. - У тебя же есть магазин. В нем столько помещений!

- Магазин! Я выхожу на другой уровень, ребята. Я буду работать с такими людьми, которых в овощной магазин не пригласишь.

- У тебя же оптовый! – сказал я.

- Какая разница? – Гарик о чем-то раздумывал. Улыбнулся. Я понял – решился. Действительно Гарик подошел к черному тяжелому сейфу, открыл хитрый замок, косясь глазом в нашу сторону и, старательно прикрываясь спиной. Руслан хлопнул меня по коленке. Глаза его горели. Он чувствовал новую тему. Друг радовался тому, что нам доверяют. А разве мы нет? Разве доверие не обоюдное? Дали какому-то знакомому Руслана десятку, получили сегодня пятьсот. Может и проценты, а может и жалкая сумма. Где гарантия? Никаких бумаг. Ничего. Чутье друга. Верное и правильное. Только… Один раз интуиция Руслана подвела и мы купили баксы по самому высокому курсу, когда в стране был «черный вторник». Не хочется попасть впросак в очередной раз. Слишком крупные деньги для меня. Впрочем, и для папы моего тоже.

- Вот. – Гарик повернулся к нам. – Смотрите. – В руках он держал тонкую папочку. В прозрачном пластике несколько бумажек. В глаза бросились большие буквы: «Векселя». – Купил по дешевке.

- Бумажки, - сказал я и отвернулся посмотреть в окно. Руслан напрягся.

- Что это? – спросил он.

- Большая игра. Ставки огромные. На кону два судна. Скоро я стану судовладельцем. Так что, Вася, не печалься. Твои деньги для меня пфык. Скоро, со всем скоро, эти бумажки станут морскими суднами.

Я покраснел. Откуда он узнал? Телепат?

- О! Возьмешь нас к себе? – спросил Руслан.

- А у тебя морское образование? – Гарик удивился. Друг замялся.

- А оно обязательно? Тебе же нужны ловкие парни, которые не дадут прекрасной идеи развалиться, а судам просто заржаветь.

- Ловкие парни? Да у меня, их полно!

- Это Дятлы что ли? – Я рассмеялся. Громко, до хрюканья. Меня никто не поддержал. Руслан смотрел на меня огорченно и … равнодушно. Я его понял. Парень уже думал, как примазаться к несуществующей фирме и высасывать деньги в свой карман. Деньги, деньги. Проклятые деньги!

- Я подумаю над твоим предложением. А пока, могу лишь дать один совет.

- Какой?

- Откройте хлебопекарню. На сегодняшний день самый верный бизнес, у которого будет будущее. Я вам авторитетно говорю.

- Что? - спросил Руслан. Я видел, как морщится его лицо. – Продавать хлеб? Лучше водку.

- Ходят слухи, что с Нового года всем ларькам запретят торговать водкой. Останутся магазины.

- Ерунда, - сказал Руслан. – Откроем магазин!

- Моё дело предложить. Дать тему. Я ведь вам, как старший брат – ничего плохого не посоветую. Деньги у вас есть – хлебопекарня обеспечена. Надо быть готовым к любым изменениям в стране. На пиве много не сделаешь.

- А что? Дельно. Люблю хлеб, - сказал я. – Забудем про чувство голода.

- Подумаем. Спасибо, - сказал Руслан. Я видел по нему, что предложение «старшего брата» ему не понравилось. Другое дело – рыбная фирма, суда, квоты, уровень жизни на несколько порядков выше.

Я задумался.

Я очень сильно задумался.

***

Симы дома не оказалось. Никто не знал, где он. Я на всякий случай позвонил Клаве, спросил как у неё дела, и очень осторожно поинтересовался о друге. По её глубокому убеждению Сима зависал в чужом гараже и помогал чинить совсем незнакомому для неё приятелю машину. И так уже вторые сутки. «Ты же его знаешь!» - сказала она напоследок. Я ждал тяжелого вздоха. Многозначительную паузу. Но прозвучал нелепый смешок. Я повесил трубку телефонного автомата и пошел домой, думая о детской наивности замешанной на бессердечности и беспечности. Почему же я так волновался? Почему дыхание перехватывает?

В тот день я долго гладил автомат. Сидел на мягких подушках под вешалкой для курток и не мог оторваться от дурного занятия. Кот, так не успокаивал меня, как процесс поглаживания вороной стали, перебирания в руках тупорылых патронов. Надо бы назвать автомат. Дать имя. Он же живой. Всё понимает, со всем соглашается и до поры до времени молчит. Однако я почему-то знал, что скоро он заговорит. Затявкает коротко и яростно, как настоящий немец. И мне ужасно не хотелось услышать автоматной речи. Тем более ставить крест на своей не начавшейся жизни.

Правда, ведь ничего не случится?

Что может произойти?

Сима найдется. Он и раньше терялся на пару дней. Подумаешь! Взрослый парень! Чинит машину! Точно.

Холодная сталь приятно холодила и успокаивала. Я обязательно придумаю тебе имя, малыш. Даже постоянно пьяные викинги и уважающие себя рыцари-извращенцы всегда называли своё любимое оружие какими-нибудь витиеватыми именами. О, эти парни так же сидели, как мы с тобой и ожидали тревожного завтрашнего дня. А потом сливались в одно целое и погибали в урагане битве. Бесследно и часто бесславно. Словно и не существовали никогда.

Тевтон.

Мысль пронеслась трассирующей пулей в темноте. А что? Мне нравится. Хорошее имя для немецкого автомата.

Весь следующий день я часто возвращался в мыслях к Семену и Тевтону, но что греха таить – вскользь. На то нашлась причина – наш бизнес лихорадило. Руслан нашел новых оптовиков, и те очень дешево скидывали спирт. Как мы искали деньги! Крупная сделка сулила колоссальную прибыль. Мы вытянули из ларьков, что смогли. Гарик обязательно бы помог, но куда-то пропал. Требовалась наличка. И Руслан пошел на крайние меры, занял зеленые деньги под маленький процент у хороших знакомых. Я уверен, что он вскрыл дома кубышку и достал нужную сумму, но вида не показал. К чему? С недавних пор меня стало многое забавлять. Скажи Руслан правду и потребуй увеличения доли, и маленькая ложь не понадобилась. Мы обменяли деньги на деньги в банке, купили спирт, заказали грузовик, погрузились, приехали к своему самому большому ларьку и обомлели. Как ни странно, я первый заметил перемены. Стал напротив витрины и раскрыл рот. Руслан что-то кричал. Подошел ко мне. Снова кричал. Пытался тормошить. Потом так же уставился в витрину и замолчал.