- Значит так надо, - говорил я себе и клал печатку на полку для головных уборов до следующего утра, чтобы помучить себя заново и задать молчаливой совести неизменный вопрос.

Если раньше мы с Гариком виделись пару раз в десять дней, то сейчас наши встречи стали регулярными. Мне иногда казалось, что жизнь для моего напарника Руслана – это шахматы, где каждая фигура имеет свою миссию. Гарик напоминал «офицера», который ходит всегда по диагонали и никогда прямо. То, что он являлся не простой фигурой, было очевидным: во-первых, он крутил нашими деньгами; во-вторых, имея акции и векселя крупного флота, собирался открывать рыбную фирму; в-третьих, Руслан, неожиданно для всех, стал членом будущего правления фирмы (мне была обещана должность инженера по труду, никто не знал, что это такое, но всем было весело только от одной мысли, кем я стану). Конечно, Гарик не догадывался, что он фигура на чьём-то шахматном поле. И тем более он не мог представить, что Руслан в этой игре даже не ферзь и не король, а является просто Богом.

Меня же волновало другое, если Гарик – «офицер», то кто же тогда я? Тень Бога, инженер по труду или, быть может, пешка, которую жертвуют ради мата или выгодного хода? Кто я?

Мы ехали в машине и после продолжительного молчания, Руслан неожиданно громко сказал:

- Надо бы у Гарика деньги забрать. Тебе не приходила такая мысль в голову?

Я промолчал, не отвечая на вопрос. Отвернулся в другую сторону, любуясь грязными машинами и унылым пейзажем.

- Что молчишь?

- А что говорить? Твоя идея дать деньги.

- Моя. Не спорю. Деньги не должны лежать мертвым грузом. Они должны приносить прибыль. Закон экономики. Такому в институтах не научат. Спросишь у Гарика, когда он нам отдаст деньги. И знаешь, что? Спроси, как умеешь, не скромничая.

- То есть с наездом?

- Это крайности, но дипломатом быть не обязательно – не тот случай. Да и потом, мы только интересуемся. Ничего конкретного. Справишься?

Я задумался. Ответил не сразу

- Не знаю. Ты столько раз придерживал меня за руку, отводил за спину, затыкал рот, предостерегающе наступал на ногу, что я теперь сомневаюсь – остался ли у меня характер, индивидуум?

- Это ты про себя? Это ты индивидуум? Что-то не замечал за тобой ничего такого. Не знаю, что и сказать.

- А ты ничего не говори, - предложил я, чувствуя в себе прилив злобы и ненависти. Мимо промчалась машина, обдавая нас грязью. Руся включил «дворники» и сокрушенно покачал головой. – Ничего не говори, - снова сказал я.

Мы вошли в офис Гарика. На столе секретарши сидел Дятел. Он целовал девушку в шею, и что-то нашептывал на ухо. Трогательная сцена прервалась благодаря нашему появлению.

- Что надо? – сказал вместо приветствия Дятел. – Что вы ходите каждый день? Что вынюхиваете?

- Мясо, - сказал я.

- Что?!

- Ты спросил, что мы вынюхиваем, я сказал – мясо.

Дятел посерел лицом, вскочил.

- Руся заткни своего мальчика! Или я его заткну! Что ты пялишься на меня?!

- Попробуешь? – предложил я и, видя, что Дятел опять не успел поймать мысль, пояснил, - заткнуть меня.

Руслан придержал меня за рукав куртки. Я обернулся. Друг улыбался, глядя в какую-то точку на косяке кабинета начальника. Спросил:

- У себя?

- К нему нельзя, - сказала секретарша, поправляя кофточку, - он завтракает.

- Люблю завтракать, - сказал Руся, и мы вошли в следующий кабинет. На пороге я обернулся, подчиняясь внезапному порыву. Дятел тыкал нам в след указательным пальцем не в силах что-либо сказать. Я представил, что в руке у меня «ТТ» и выстрелил ему в голову несколько раз, а потом закрыл дверь, удовлетворенно прислушиваясь к воплям из приёмной. Дятел порывался войти следом, его удерживала секретарша, а я давился от приступа смеха. Оказывается, так просто решаются наболевшие проблемы – надо только во время нажать на курок.

- Привет, ребята! – громко сказал Гарик. Он сидел в центре стола, пил кофе и поедал бутерброды с красной рыбой. – Решили навестить? А я вот ем. Вам не предлагаю – самому мало. – Я посмотрел на большое блюдо, в котором египетской пирамидой возвышались бутерброды. Гарик перехватил мой взгляд и ловко перевел тему. – А ты, инженер, решил поиграть в войну? Правильно. Самое подходящее место – это мой кабинет. – Слово «война» мне понравилось и при этом что-то шевельнулось в груди, а вот «инженер» мне не понравилось во все. Я насупился.

- Привет. Хорошо живешь, - сказал Руся, - рыбку ешь.

- А то!

- А я завтракаю кашей геркулесовой. Без молока.

Гарик пожал плечом и откусил половину бутерброда.

- Садитесь.

- Сесть мы всегда успеем, - сказал я и зачем-то пнул ногой стул так, что он косо вошел под стол. – Ты лучше скажи нам, когда деньги отдашь?

Гарик перестал есть. Удивленно посмотрел на Русю, всем видом спрашивая: «Инженер умеет говорить?!» Руслан посмотрел в потолок, почесал щеку, ноздрю, висок. Чесотка у него что ли?

- Не ломай мебель, щенок.

- Думай, что говоришь, Гарик, - сказал я. – Ты же давно в бизнесе – знаешь правила. Так, как с моим вопросом?

- Что-то я ничего не понимаю, Руся. Объясни мне. - Гарик откинулся на спинку стула. Выглядел он неважно. Может быть для жены – эта поза и выражала авторитет, злость и предвестие беды, но для меня он выглядел именно «неважно». Я представил запуганного хорька, вытащенного зимой из глубокой теплой норы и усаженного на место председателя, и, не смог скрыть улыбку.

- Что? – ожил Руся и с непониманием посмотрел на меня, - а это. Ну, не знаю, Гарик. Честно, для меня происходящее является такой же неожиданностью, как и для тебя.

- Короче.

- Наверное, Вася хочет назад свои деньги. Так? Вася, мы же дали деньги Гарику под проценты, ты забыл? Что ты хочешь?

- Я хочу деньги.

- Сейчас? – спросил Руся.

- Сейчас.

- Ты в своём уме? – спросил Гарик. – Получишь их в срок, вместе с процентами. Так дела не делаются. Объясни ему, Руся. Чтобы вытащить пять кусков мне нужно время.

- Почему пять? Мне нужно десять.

- Десять?!

- Нет, нет, - поспешно сказал Руслан. – Я здесь ни при чем, Гарик. Моя половина по-прежнему остаётся у тебя. Люблю выгоду, а тут такие проценты! Вася! Зачем тебе деньги? Или хочешь купить квартиру?

- Нет. У меня уже есть. – Я покрылся испариной. Стало нехорошо. Идиотское положение. Для чего меня так Руслан подставил? Я думал, что моя спина надежно прикрыта, а она вдруг почувствовала пропасть, бездну.

- Тогда в чем дело? – спросил Руся.

- Парни? – неуверенно спросил Гарик.

- В чем? До меня дошли слухи, Гарик, что ты неплатежно способен. Тебя обворовывают даже продавцы. Ты почти банкрот.

- Он, что с другой планеты? – спросил Гарик у Руслана. – А на что я, по-твоему, содержу всё это? Да я за час зарабатываю больше, чем ты за неделю. А теперь смотрю сюда, щенок. – Гарик наклонился к сейфу. – Вот эти ценные бумаги называются векселя, а вот эти акциями. Прейдет день, и мои судна будут бороздить территориальные воды. Только до этого муниципальное предприятие станет акционерным, затем его обанкротят и, наконец, разделят. Тогда-то и появлюсь я. Понял? По твоим меркам, я сказочно богат. А теперь пошел вон! Не желаю тебя видеть.

- Хорошо. Я уйду, но вернусь через три дня. Помнишь срок выплаты процентов? Тогда же мне понадобятся и мои деньги.

- Отлично! Увидимся через три дня. Пошел вон!!

- Я тебя на улице подожду.

- Я скоро, - сказал Руслан.

В приёмной никого не было. Жаль. Я остановился, в надежде, что сейчас откуда-нибудь появится Дятел. Вон сколько дверей в подсобные помещения! Прислушался. Из-за двери с мужской и женской фигурой раздавался непонятный хриплый шепот. Я сделали шаг в этом направлении и, в коленке что-то подозрительно хрустнуло. Хрип прекратился. Я замер.

- Что-то хрустнуло, - сказал женский голос.

- Что? – удивился голос Дятла.

Я поспешно вышел на улицу.

Руслан появился через полчаса. Я немного притомился от ожидания и хмуро посмотрел в его сторону.