- Так – это не налоговая полиция?

- А ты думаешь – это налоговая полиция? – Вика от такой мысли перестала плакать. Ровно на две секунды. - Идиот! Я бы сразу их впустила в ларек.

- А ты впустила их в ларек? А как же инструктаж? Первое правило: никого не впускать в ларек!

- Пошел ты со своими правилами!

- Вика, успокойся. Какие потери?

Девушка заплакала пуще прежнего и, я понял, что «потери» существенные.

- Ну?

- Сначала я им отдала мелкую выручку. – У нас всегда деньги подразделялись на две половины и хранились раздельно друг от друга, в разных пачках из-под блоков сигарет. – Но они знали! Он схватил меня за волосы, ударил и сказал, что обязательно выстрелит, если я не открою дверь.

- И ты поверила?

- А ты бы не поверил?!! Они вошли в ларек и быстро нашли вторую пачку. Забрали деньги и ушли, оставив записку. Я ни в чем не виновата! Вот у меня и расписка имеется!

- Интересно, - сказал я, рассматривая клочок бумаги. Корявыми буквами было написано: «Мы, ребята Помидора, забрали полтора муля с копейками».

- Один хотел меня изнасиловать, но главный их не дал.

- Сколько их было?

- Трое.

- Как выглядели?

- Обычно. В масках. Это не первый их ларек, Вася, - заговорила быстро девушка. – Я уверена, по городу прошла волна! Это ежегодный сбор у бандитов на подарки к елочке. Как они быстро нашли деньги!

- Действительно странно. И, конечно, никаких имен? Никаких зацепок? Ничего?

- Ничего, - тихо сказала девушка. – Вот только …

- Что?

- Главный у них какой-то странный тип. Всё дергался. Главные они не такие. Они авторитеты! От них спокойствием веет, а не перегаром. А я даже из-под маски чувствовала. И когда он решения принимал, ну, по поводу меня, цыкнули на него и назвали как-то нехорошо.

Я замер. Проклятые мультики. Дурно стало. Жарко. И сердце дернулось, как будто на работу устраиваюсь в первый раз, а губы чуть не спросили: « Дятел?» Ели удержался. Вика отшатнулась от меня, и я почувствовал, как улыбаюсь. Что? Вот именно «как»! Как волк что ли? Надо научиться скрывать свои эмоции. Пропаду.

За стеклом взвизгнула тормозами машина. Хлопнули дверцы. Раздался смех. Руся приехал не один. Интересно с кем?

Я открыл дверь. В ларек вошел Руся и Гарик. Конечно, кто же ещё. «Новый» компаньон, «старший брат».

- Хорошие новости!

- Что большая выручка? – оживился Руся.

- Ага! Была.

- Не понял, - сказал Руся, и глупая улыбка слетела с его лица. С лица спутника нет. Я заметил и отметил.

Вика всё рассказала. Она больше не плакала. Гарик сладко улыбался при каждом слове. Что за натура? Перехватив мой взгляд, он нахмурился и, кашлянув, сказал:

- Ну, попала ты девочка.

- Как это «попала», - пролепетала Вика и захлопала ресницами, нагоняя влагу.

- Думаешь, парни тебе деньги простят?

- А я тут при чем?

- Действительно, - сказал я, - она при чем? Да, тем более ерунда – какая-то дневная выручка. Главное, что не налоговая полиция. Правда, Руся?

- Что?

- Ты же всегда сам так говорил! Иди Вика. Завтра посчитаемся.

Каждый из нас по-своему наблюдал, как собирается девушка: я с грустью, Гарик с ухмылкой, Руся с непониманием. Стоило закрыться двери за Викой, как друг взорвался о крика:

- Не могу поверить – ты её отпустил!

- Да. На пару месяцев из неё можно было сделать рабу любви, - сказал Гарик.

- Чего горячиться? Подумаешь: дневная выручка, - сказал я. Гарик подавился в идиотском смешке.

- Руслан, твой парень зажрался.

Друг поднял указательный палец и коротко махнул, призывая «старшего брата» к тишине. Руся смотрел на меня и не мог найти нужные слова. Я видел, что его просто разрывало от эмоций. Бедная жена – вот кому достанется на десерт.

- Ты хочешь что-то сказать? – спросил я.

- Зачем ты её отпустил?!

- У неё выдался тяжелый день. Пусть идет домой. Мы вернем деньги.

- Интересно как? – спросил Гарик и коротко хохотнул. Я видел, что и Руслану интересно, как «мы» собираемся сделать невозможное.

- Война, - коротко сказал я, решив, не впускаться в подробности. Гарик перестал улыбаться. Толстое лицо посуровело. Он заговорил грубо и четко, как и положено старшему брату:

- С ума сошли? Что ты говоришь, Вася? Какая «война»? Денег вы всё равно обратно не вернете, а потерять ещё больше сможете очень просто.

- Тебя не касается, - напомнил я ему.

- Думаешь? Нет, парни. Ваша судьба мне не безразлична. Я вам, как старший брат – всегда помните! Я вас от беды хочу предостеречь!

- Да никакой войны не будет, - сказал Руся и поморщился. – Кого ты слушаешь?

- Точно, - поддакнул я, - пойду, выкину мусор - накопилось за день.

Я шагнул в морозную ночь, сжимая коробки. Щеки горели. Ветер прояснил голову. Я выкинул коробки в мусорный бак, поджег их и долго смотрел на огонь, пока он совсем не потух. Потом пошел к городскому телефону, выбрал не сломанную кабинку, набрал номер и сказал:

- Две березы, Санек, две. Ты не ошибся. Встретимся через час у магазина «Космос».

***

Поздний посетитель вел себя настойчиво. Атлетическое сложение и здоровый цвет кожи насторожил «ночника» и он долго отнекивался, делая честное лицо и, набивая на товар цену отказом. Может рейд милиции? А может и богатенький Буратино? Подошел человек хозяина. Снимая кассу, он молча наблюдал за словесными дебатами, потом, почувствовав быструю прибыль, оттеснил продавца в сторону, занимая его место.

- Так сколько ты хочешь? – спросил Дятел.

- Два ящика водки! – бодро ответил паренек. – Может, вы мне пойдете на встречу? Мы приехали в ваш городок командой, выиграли соревнования и хотим отметить.

- По какому виду спорта?

- Волейбол!

- Интеллигентные пьяницы, - сказал Дятел, усмехаясь, и добавил, - это будет дорого стоить.

Паренек хмыкнул. Полез в карман, вытащил пачку денег. «Ночник» тяжело вздохнул – уплыла возможность заработать. Дятел хищно раздул ноздри – сегодня рублики так и плыли в руки.

- Деньги не проблема.

- Водка тоже.

Парень выложил требуемую сумму, не торгуясь, и не меняясь в лице, хотя пухлая пачка в его руке заметно поредела. «Ночник» чуть не плакал. У Дятла приятно холодило грудь от возбуждения. Парень, принимая водку через форточку, после пятой бутылки, взмолился:

- Ребята! Имейте совесть. Давайте я через дверь два ящика возьму – замерз пока вас убалтывал – сил нет.

«Ночник» ринулся открывать дверь, но Дятел его придержал за руку. Он жевал губы, принимая решения. Тонкое еврейское лицо имело самый сосредоточенный вид. Синяя жилка на томном лице быстро пульсировала, смешно поднимая черные волосы на виске. Кивнул, давая разрешение. И отошел в сторону, освобождая дополнительное место для маневров. Из открытой двери пахнуло свежим морозным воздухом. Внезапно порыв ветра усилился, и Дятел поёжился и обернулся, собираясь прикрикнуть на «ночника», чтобы прикрыл дверь – не хватало простудиться на сквозняке. Знакомая фигура исчезла. В проём, сквозь который мигала звездами ночь, влетели две темные фигуры.

- Вы знаете… - успел выкрикнуть Дятел и попытался нырнуть под удар бейсбольной биты. Почти получилось. Жаль, что удар шел не в голову, а в ключицу. Дятел дико вскрикнул, чувствуя, как немеет правое плечо. «А вот и в голову!» - подумал Дятел, принимая второй удар и проваливаясь в приветливую темноту. Над головой говорили ангелы:

- Спокойнее.

- Он меня видел!

- Так ты его убьешь. Успокойся. Ночью все кошки черные. – Звон колоколов. - Вы танцуете под такую музыку?

- Нет. Под такую музыку я пляшу.- Набат и тонкий звон битого стекла.

- Вау. Да ты прямо, как Джон Траволта.

- Точно. Это я и есть.

- Мяу, - сказал ангел на ухо, и колокольный перезвон оглушил барабанную перепонку. Выключатель щелкнул и звук пропал.

***

Мы сидели в машине Руслана и молчали. Друг барабанил пальцами по рулю. Из магнитолы хрипел Виктор Цой. Я поморщился – со всем забыл – хотел же купить новую кассету. Сторона закончилась. Руслан молча переставил кассету.