— Ну же, Шоколадка, — рычу я, всё ещё толкаясь в неё, ощущая прилив собственного наслаждения.

— Да, да, да, да, — громко кричит она, и приподняв на мгновение голову от сидения, снова валит её назад. Обессиленно, зажмурившись от опутывающей её эйфории.

И на мгновение представив, как это будет прекрасно: войти внутрь неё по-настоящему, почувствовать вокруг себя это дикое невероятное давление — я сдаюсь. Оргазм кипящей волной скатывается по моему позвоночнику, касаясь каждого нервного окончания, каждой клетки. Я медленней кручу пальцами её клитор, наслаждаясь потоками, выливающимися из неё, и постепенно сбавляю темп своих толчков сквозь ткань. Я чувствую мощный разряд тока, пульсации всего моего члена, когда сперма выливается из него… Всхлипы Айрин, её тело, что ещё дрожит — довели меня до этого прекрасного апогея, вывели из равновесия, снова дали наслаждение. Я вытащил руку из трусиков Айрин, и поднёс к губам, облизав один из пальцев. Чёрт, она божественна. Ватными пальцами Айрин проникает в мои боксёры, и касается выбрасывающего последние заряды члена. Бля… Какая она хорошенькая. Какая она моя.

Когда она нежно вытаскивает пальцы, и кладёт их на свои губы, повторяя за мной, я дарю ей радостную усмешку, падаю на неё всем весом. Мои руки начинают гладить её нежные ноги: бёдра, колени, икры. Я вдыхаю горячий воздух, пахнущий сексом, пахнущий ею, и нежно глажу её носом по щеке…

— Жарко, — шепчет она хрипло, — Это было нечто, просто безумное нечто, — её губы прижимаются к моему подбородку.

— Мы такие сумасшедшие, — пробормотал я.

— Я не успела заметить, как стало так темно.

— Я не успел заметить, как быстро я так подсел на тебя, — признался я.

С губ Айрин сорвался громкий вздох, она меня поцеловала, нежно обнимая. Все мои мысли витали лишь вокруг неё, все чувства и ощущения были сконцентрированы в ней. Теперь, я буду ещё больше ревновать её, буду сильнее хотеть видеть её, когда её не будет рядом. Боже, да я с ума сойду.

— Нам нужно ехать, — с печалью в голосе проговорила она.

— Знаю, малышка, — я оставил поцелуй у её ротика.

Приведя себя в порядок с помощью влажных салфеток и открытых в некотором времени запотевших окон, мы продолжили путь. Сиэтл встречал нас миллионами ярких огней, так празднично и ярко, точно ожидал нашего возвращения. В теле всё ещё отдавалась тяжесть и лёгкость наслаждения, а в воздухе каждая молекула была пропитана электричеством. Айрин с прикрытыми глазами смотрела в окно, и её блаженство выдавала каждая её частица: прикрытые морские пучины её божественных глаз; розовые щёки; размягчённое и непослушное от недавнего оргазма тело, которому она придала странную позу, как бы не зная, куда его деть; покусанные раскрасневшиеся губы с удовлетворённой улыбкой, а грудь вздымается и опускается медленно — показывая, как лениво, и с каким усилием ей даётся новый вдох.

Спустя двадцать пять минут после въезда в Сиэтл, мы остановились у её дома. Боже. Сейчас, она уйдёт к себе домой. За такое небольшое количество времени, которое мы провели вместе, нас ожидает расход по своим домам. Мы молчали, сидя в машине. Никто из нас не торопил мгновение прощания, после которого нам, как полагается, приходилось расстаться. Айрин повернулась ко мне и с грустью на меня поглядела. Уличный фонарь лил свет в лобовое стекло Ауди, и я, буквально, видел, как дрожала тонкая жилка на её шее, как сверкало беспокойство в её светло-сапфировых глазах.

— Ну, — шепнула она, — Это было прекрасно.

Последнее слово не успело раствориться в воздухе, как я поймал её губы в затяжном поцелуе.

— Я уже жду нашей следующей встречи, — пробормотал в её ротик я.

Она очаровательно улыбнулась.

— Встретимся в школе? — изогнула бровь она.

— Послезавтра? — с надрывом спросил я, — Издеваешься?

Она звонко засмеялась, и моя душа наполнилась умопомрачительным светом.

— Спасибо за то, что ты со мной, — став серьёзной, сказала она.

— Это тебе спасибо, что ты со мной. Для меня это верх счастья, — я пробежал пальцами по её скуле.

— Значит, твой друг-водитель, уже завтра рано утром повезёт маму и Джея? — перевела тему она.

Я вспомнил о своём звонке, который делал ещё до того, как мы выехали из мотеля.

— Да, — сказал я, — Тебе не страшно будет одной дома?

Айрин засмеялась.

— Думаю, нет, — проговорила она, — Но, в случае чего, я же могу рассчитывать на тебя, верно? — сказав это, она прикусила свою пухленькую нижнюю губу.

— Верно, — сглотнув, проговорил я.

Айрин поцеловала меня снова, давая понять, что уже собирается уйти. Я вылез из машины, и открыл дверцу для Айрин, после чего подал ей руку. Её колени немного дрожали, хоть она и пыталась это скрыть. Я достал её дорожный рюкзачок и добрался с ней до двери дома, перекинув его через плечо. Как только Айрин открыла входную дверь, то забрала его у меня, с улыбкой посмотрела мне в глаза. В одно мгновение, мне захотелось перекинуть её через плечо и затолкать обратно в машину, а потом умчаться с ней куда подальше и забить на всё остальное. Но дрессированный рациональный Теодор Грей всё ещё брал своё, за это я себя ненавидел.

— Пока, Тед, — шепнула она.

— До встречи, Шоколадка, — ответил я.

Её глаза широко распахнулись, когда она прильнула губами к моим губам, в мягко-невинном поцелуе, который я умудрился «испортить», жаднее всасывая её губу и продвинув в её ротик язык.

Она нехотя отстранилась от меня, и, тяжело дыша, немного покачиваясь, зашла в дом, медленно закрывая за собой входную дверь, невероятно дразня меня: я хотел ворваться туда, к ней, сбросить с неё одежду и прижать к стене…

Несколько секунд я ещё просто стоял у закрытой двери, за которой долгое мгновение не слышал шагов. Наконец, когда раздался этот звук её передвижения, я отошёл от двери и уселся в Ауди.

Как только я влился в поток машин, о себе дал знать iPhone. Я принял вызов.

— Фиби, — сказал я, приветствуя собеседницу.

— Ну, наконец-то! Он ответил! — раздался её возглас, — Где ты, чёрт возьми?

— Я уже в Сиэтле, отвозил Айрин домой. Не кипятись. Скоро уже буду дома, — радостно проговорил я.

— Я так скучала! — протянула она.

— С трудом, но верю, — усмехнулся я, — Все дома?

Последовала недолгая пауза.

— Тед, мы все поехали к тётушке Софи, забрать её домой. Дело в том, что папе звонил Тейлор, и попросил купить Софи билет на следующий понедельник, обратно в Мюнхен. Кажется, Гейл идёт на поправку или что-то вроде того, не знаю.

Сердце моё ёкнуло. Неужели, у неё получилось вылечиться от… рака?! Осознание того, что за такой ничтожно короткий срок — это невозможно, заводит меня в тупик.

— Хорошо, — удаётся сдавленно выдавить мне.

— Тед, вдохни, пожалуйста поглубже, у меня есть ещё одна новость, — сразу же произносит она.

Я как можно тише делаю то, что она посоветовала.

— Ну? — подтолкнул я.

— Хоть, меня, мамы, папы и Софи в доме нет, он не пустой… Короче, там твоя бывшая. Она теперь наша домработница.

Что, блядь? Джемма?

Я чувствую, как от ужаса округляются мои глаза и зло хмурю брови.

— Чёрт, какого хера, Фиби?! — выплёвываю я.

— Не злись, Тед, о`кей?

— Не злиться?! — сухо смеюсь я, — Как я могу не злиться?! Какая-то шлюха в нашем доме, прямо сейчас! И ты предлагаешь мне не злиться?!

— Добрый вечер, Теодор, — я слышу спокойный голос отца и постепенно прихожу в себя.

— Привет, — бормочу я.

— Значит, твоя первая любовь, как ты выразился, уже «шлюха»?

— Ни «уже», папа. И она не моя «первая любовь». Это лишь Джемма Лоуд — самая последняя дрянь и ничего лишнего, — высказал я.

— Фиби попросила меня уволить её, и я пообещал, что если ты скажешь то же самое, я её уволю, но Тед… Устроить её попросила меня Брэйли — Джемма дочь её подруги. И потом, когда Брэйли вернётся, то Джемма освободит ей место. Это лишь замена. И потом, если она будет вести себя непристойно, ты в силах сказать мне об этом.

Я закатил глаза и издал вымученный стон сквозь сжатые губы.

— Ясно, — сказал я, — Посмотрю по обстоятельствам.

— Так намного лучше, мистер Грей, — сказал он, — Ладно, поговорим позже. Твоя мамочка вырывает у меня телефон.

Я улыбнулся.

— Хорошо, — сказал я.

— Мальчик мой, привет, — раздался нежный голос мамы, и я почувствовал, что расслабляюсь.

— Привет, — сказал я.

— Как ты? Как Айрин? Вы хорошо доехали? — засыпала она меня вопросами.

Я широко улыбнулся, вспомнив себя, Айрин, нашу поездку.

— Отлично, спасибо. Всё отлично.

— Я очень рада, что ты счастлив, Тед, — в её нежном и радостном голосе, в то же время был какой-то надрыв.

— Мам, всё в порядке? — сразу спросил я.

Раздалась звенящая тишина, и я нахмурился.

— Да. Всё в порядке, Тед. С чего ты взял? — быстро стала отвечать мама.

— Что ж, хорошо, — сказал я, не отказываясь от затеянного разговора, а лишь перенося его, — Я соскучился. Скоро увидимся?

— И я очень скучала, — произнесла Ана со вздохом, — Конечно, мы только заберём Софи и сразу же домой.

— Буду ждать встречи, — произнёс я.

— И я, — ответила Анастейша и нажала «отбой».

Поскрипывая от раздражения зубами, я подъехал к нашему дому. Я и Джемма не виделись почти год. Я её давно возненавидел, абстрагировался от неё, и вот, пожалуйста. Здравствуй, прошлое! Я с досадой простонал и потёр лицо ладонями, припарковав свою Ауди в гараже. Чёрт, почему это случилось?! Неужели, у Брэйли не было других подруг, которым нужна была работа? Я злился. На всё. И на себя в первую очередь. Мне была дика сама мысль, что мы с этой шалавой снова увидимся — так судьба преподнесла мне сей «милый подарочек».

Я выходил из машины свободной и раскованной походкой, вживаясь в беззаботного нахала Теда Грея, которого она более-менее неплохо знала. Как же мне хочется послать всё нахер. И, сказать по правде, я не знаю, что меня держит.

Взяв дорожную сумку из багажника, и найдя свой блейзер на заднем сидении, я пошёл к входной двери, которую мне открыла… эта похорошевшая сука. Она улыбалась, и я без колебаний оскалился ей в ответ.