кричал, кричал, кричал: «Почему, почему, почему. .»

- Господин будет сок? - вырос над ним толстяк Гредди.

- Что, уже утро? - спросил Герц, отрываясь от подушки.

- Уже вечер, мой прекрасный господин. Утром вы только легли.

- Ах, ну да...

- 536 -

Зеленый парик лежал на стуле. Одежда времен его беспутной юности валялась на полу.

Удивительно! Когда-то ему это нравилось: шляться по кабакам, напиваться с вампирами до

блевоты, выслушивать последние сплетни, отплясывать дикие танцы, затаскивать к себе на

квартиру жадных до энергии и безудержного сексу девиц, а утром с больной головой

возвращаться во дворец и спать до обеда. Впрочем, Эя об этом уже никогда не узнает и не

разочаруется. Для нее он просто царь дуплогов и герой, остановивший снежную лавину.

- Выкинь это все, - сказал он Гредди, - маскарад окончен. Я теперь даже для благого дела

в это дерьмо не полезу.

- С удовольствием, - улыбнулся толстяк, - я приготовил вам белый парадный костюм с

зеленым плащом.

- Это еще зачем?

- Господин Леций велел всем одеться в белое.

- С какой такой стати? Праздник что ли? - удивился Герц, ему как раз казалось, что все

безнадежно и гнусно, особенно после такого сна.

- Не знаю. Он сказал, что будет ждать вас в больнице.

- В таком виде?

- Ну да.

Плохо соображая спросонья, Герц поплелся в душ. Ему все еще мерещилась Эеее, и до

сих пор хотелось кричать и лупить подушку. Холодная вода его немного остудила. Он

вспомнил, что камни эти обрушились на огненноволосую красавицу уже давно, десять тысяч

лет назад, и теперь он даже места того не найдет, чтобы построить мемориал.

- Такой мужик пропадает. . - подумал он, глядя на себя в систему сиреневых зеркал, с

досадой понимая, что никакая другая женщина ему теперь не нужна и еще долго не нужна

будет.

Норки как-то забылась, он и лица-то ее уже не помнил. А профессор Хмо как будто

всегда была рядом. Он постоянно мысленно с ней разговаривал, то объяснял, то

оправдывался, то жаловался, то хвастался по старой своей привычке. Сначала думал, что это

скоро пройдет. Увы. Не проходило.

- Эд! - позвонил он брату, - что у нас случилось? Почему, блин, все в белом?

- Потому, блин, - отозвался Эдгар из браслета, - что мы провожаем деда. Пресветлый его

забирает.

- Ё-мое... значит, это все-таки он? Я думал, болтает вампирье, как обычно.

- Не болтает. Ты все точно разузнал. А я вот полный кретин. И видел ее и даже знал, что

зовут ее Ора. И не дошло.

- Ну вот! А я всю жизнь с тобой советовался! А ты, оказывается, кретин!

- У меня должность такая, - усмехнулся брат, - Советник.

- Ты где сейчас?

- Пока дома. Минут через двадцать вылетаю.

- Тогда и меня захвати. В белом.

Эдгар явно переживал и волновался. Алеста вообще тихо плакала на заднем сиденье

модуля. Герц относился к деду не так трепетно как они, но его заслуги по устройству своего

царства и воспитания своих детей оценить успел. Царство он не узнавал, детей тоже, жены

вообще не нашел, но, тем не менее, всё складывалось благополучно, без войн, голода и

катастроф. И даже дуплоги присмирели.

- Не плачь, Алеста. Радоваться надо.

- Я знаю. Но мы же его больше никогда не увидим.

Герц сразу вспомнил о своем, о прекрасном и кошмарном сне.

- Что поделаешь, - выстраданно вздохнул он, - и так бывает. С кем-то приходится

расставаться навсегда. Хотя, лучше, конечно, без прощаний. Просто: узнал и понял, что всё

уже произошло, и ничего изменить нельзя. Так легче.

- Не нравишься ты мне, - взглянул на него Эдгар, они летели уже низко над городом,

сквозь мокрый снег, - ребята адаптировались, даже Кондор, а ты как зомби ходишь. Брось,

Рыжий! Норки все равно не твоя была женщина. Да и ты - не из ее романа. Недоразумение

- 537 -

сплошное, а не семья. Рано или поздно вы бы расстались неизбежно. А сбежала - и черт с

ней. У вас не жизнь была, а сплошные скандалы. Разве не так?

Герц только усмехнулся.

- Ты, как всегда, прав, Советник.

Они прилетели не первые. В коридоре перед палатой Сиргилла стояли тесно

прилепившись друг к другу, Льюис и Скирни, и грустно сидела на стуле, свесив короткие

ножки, маленькая лисичка Ная Ондра.

- Это ее приемная мать, - шепнул на ухо Эдгар.

- Кого?

- Пресветлого.

- Ох, ты, господи...

Герц обожал таких уродцев, а малыши его вообще всегда умиляли. Но если Навлик все-

таки внушал почтение, то эту крошку просто хотелось погладить как котенка. Она тоже

тихонько плакала.

- Сначала зайдем по очереди, - сказала Скирни, - а потом уже все вместе. Придется

подождать. В холле диваны. Можете там посидеть.

Льюис держался за нее, как будто она сейчас улетит. Видела бы Сия, лопнула бы от

злости.

- Там Грэф. Потом мы пойдем.

- А как же переводчик? - кивнул Герц на Эдгара.

- Не нужен переводчик. Он сам говорит.

- Что?!

- Мало того. Он встал.

Потрясенные, они все трое смолкли.

- Это Ора, - тихо сказала Ная, - она ему помогает.

- Невероятно, - призналась Скирни, - это я как врач говорю.

- Вы ее видели?

- Да. Такая милая девушка! Она сказала, что у нас все будет хорошо. Правда, Лью?

- Конечно, дорогая.

- А у нас? - высунулся вперед Эдгар.

- А у вас, - улыбнулась Скирни, - и так все очевидно.

Герц ничего спрашивать не стал. Ему было безразлично, что с ним будет, и немного

обидно за деда. Что там на небе, он не знал, а здесь на земле, дед явно недополучил.

Сиргилл прощался с каждым подолгу. Совсем стемнело. Прилетел Конс со своей

русалкой. Как ни странно, тоже в белом. Никогда в жизни Герц его в подобном одеянии не

видел. Даже не представлял. Эффект был такой, что даже замороченный Кондор окаменел.

- Папа, это ты?

- Знаешь, - усмехнулся Конс, - уже и сам засомневался.

Герцу до сих пор было странно видеть рядом с ним не Флоренсию, а эту белокурую

девушку, ее даже женщиной назвать было трудно, такая она вся была молодежно-спортивная.

Против он ничего не имел, только не переставал удивляться, как все меняется в этой жизни.

Впрочем, чему тут удивляться, если даже Грэф вышел замуж! Вот уж действительно

анекдот. .

Женская сущность в Грэфе победила. Он даже растолстел из худосочной модельной

тростины в фигуристую мадам и перестал рядиться в брюки. Супруг этому был только рад.

Сам он телосложением и мощью напоминал Сиргилла, лицо же его было уже немолодое и

какое-то очень умное. Еще бы! Жениться на Грэфе мог либо мудрец-философ, либо полный

дурак.

Они вышли из палаты рука об руку. Ратиарх был хмур, все-таки провожал своего друга и

царя, а его мадам особой любви к Сиргиллу явно не питала, поэтому только слегка

призадумалась о вечном.

Герц, конечно, был не первый, к кому она подошла, но ее внимания тоже удостоился.

- Повезло твоему деду. Сразу через уровень скакнет. Не грусти, Рыжий. Просто смотреть

на тебя больно.

- 538 -

- Какие вы стали добрые, мадам...

- Это кому как, - пожал плечами Грэф, - тебя я люблю.

- В самом деле?

- Точно.

- Нет, правда?

Мадам даже засмеялась.

- Как сына. Не воображай себе...

- Я не воображаю. У меня сейчас с фантазией плохо.

Потом подоспели и дети: красавец Лале и скромняга Дик. Они были уставшие после

прыжка и отсиживались в креслах холла под пальмами. Герц не стал к ним приставать с

пустыми расспросами, ему вообще было трудно с ними разговаривать. К тому же подошла

его очередь.

- Иди, - напутствовал его Льюис, - только обойдись без пошлостей, ладно?

- Когда я в белом, я не пошлю, - усмехнулся Герц.

Все входили парами, а он вошел один. Причем, почему-то очень волновался. Ничего его