13

Он летит. Парит в свободном падении. Над ним яркое небо. Он выпрыгнул из самолета без парашюта и понимает, что удар о землю будет сильным. Настолько сильным, что переломает все кости. Настолько сильным, что череп расколется. А потому он лишь надеется, что все закончится быстро. Что он не будет, находясь какое-то время в сознании, испытывать невыносимую боль, прежде чем его настигнет смерть. Земля стремительно летит ему навстречу, ударяет в лицо. И он резко просыпается.

Он весь мокрый, футболка липнет к телу. Он осторожно поворачивает голову на подушке и, видя спящую Лолу, тихонько выбирается из постели. Рассвет только-только вступил в свои права, и сквозь щель между занавесками пробиваются первые лучи солнца, собираясь на полу золотистыми лужицами.

В ванной он стягивает с себя влажные вещи и встает под горячие струи воды. Обгоревшие на солнце плечи скованы напряжением. Он тщательно моется, мыльными руками смывает ночной пот. И становится чистым... почти. Почти. А после стоит, прижавшись лбом к плитке, пока струи воды стекают по его голове.

Когда он возвращается в спальню, Лола все так же спит, уткнувшись лицом в подушку и распластавшись на кровати по диагонали. Вытеревшись и надев чистые трусы, он осторожно, чтобы не потревожить ее, ложится на спину рядом с ней. Подперев голову рукой, любуется ее спящей фигурой, обнаженной спиной, между ее ног запуталась белая простыня. Она невероятно прекрасна с этой прозрачно-бледной кожей, под которой на шее виднеется тончайший узор из венок. В спутанных волосах купаются проникающие сквозь занавески косые лучи, делая их золотисто-каштановыми, некоторые пряди спадают на закрытые глаза. Она выглядит такой юной, такой хрупкой. Кажется, будто во сне она совсем не дышит, и он пугается. Ведь наяву она всегда полна жизни и сил. Эмоциональная речь, энергичные жесты, заразительный смех. Своей жаждой жизни она напоминает ребенка. В комнату не заходит, а вбегает; двери не просто закрывает, а захлопывает; не тихонько посмеивается, а визжит от радости. От этой девушки, два года назад ворвавшейся в его жизнь яркой вспышкой, у него перехватывает дыхание. Она искрится энергией, движением и спонтанностью. Что бы она ни делала, все пронизано ощутимой чрезмерностью. Ей достаточно войти в комнату, чтобы люди обернулись, одно ее присутствие излучает ауру огня, воспламеняя воздух вокруг. Для всех, кто оказывается рядом с ней, она обладает магнетической привлекательностью. Ее пылкая страсть к жизни заражает, а прирожденная общительность, притягивая к себе, укрывает теплом дружбы. Он никогда не встречал такой, как она. В ее глазах мир снова оживает. И если она будет рядом с ним, он сможет все пережить и однажды снова стать нормальным.

Он скользит взглядом по линии ее подбородка, спускается к изгибу шеи и пробегает по изящной ключице. Кулон в виде серебристой капельки покоится в углублении на шее, и Матео еле сдерживается, чтобы не наклониться к ней и не поцеловать это чувствительное место. Пока его взгляд блуждает по ее спящей фигуре, его не покидают мысли: «Как же она прелестна, как мила и прекрасна... Что же я наделал? Боже, что наделал?».

На следующее утро, неспешно позавтракав, они наконец выбираются на пляж. К этому часу солнце уже заливает каждый уголок неба, делая его потрясающе ярко-синего цвета. В глубине сада трава сменяется камнем и песком, и они спускаются по практически отвесной дорожке — вырезанным в скале крутым ступеням. По одну сторону от них к небу тянутся высокие пучки травы, а по другую — земля исчезает в море. Из скалы выступают похожие на полки каменные плато, повсюду видны пласты горной породы. Они встречаются до самой сверкающей голубой воды, неподвижной как стекло, несмотря на вздымающуюся вокруг камней белую пену. Прохладный воздух нагрелся и стал сухим, солнце безжалостно палит с безоблачного неба.

Матео оборачивается и, протягивая руку, помогает Лоле преодолеть последний участок. Выйдя на широкую полосу пустынного пляжа, они замирают. Сейчас они находятся в самом прекрасном месте, где золотой песок простирается до белой пенистой линии, ослепленной лучами солнца, которое отражается в гладкой кобальтово-синей поверхности воды. Впервые со дня окончания школы Матео ощущает в воздухе запах свободы и легкости. Больше никаких изматывающих тренировок, школы и домашней работы, никакого давления из-за высоких оценок или выигранных соревнований. Да, пусть это и временное явление, но по крайней мере сейчас он может быть собой. Наконец может оставить ужасы прошлого месяца позади, забыть о той кошмарной ночи и погасить вспышки страха, преследующие его с тех пор. Мрачные мысли, конечно, никуда не денутся, но он больше не будет цепляться за них. Его окружает ослепительное море и бездонное небо, он слишком переполнен всей этой красотой, чтобы и дальше упиваться эмоциями, которые впервые оттеснены на задворки его сознания.

Все вместе они срываются с места и уже через минуту оказываются у кромки воды, наблюдая за тем, как на пустынный ровный пляж набегают и отступают волны. Каждый раз, когда вода касается ног Лолы и Изабель, девушки взвизгивают. Даже парни не решаются нырнуть первыми.

— Блин, она холодная! — Хьюго заходит в воду по колено и, съежившись, оборачивается к ним. — Давай, Иззи, у тебя нет другого выбора!

Они с Изабель обменивается взглядами, потом отступают от края на несколько метров и, сосчитав до трех, с криками несутся к воде. От Хьюго в стороны летят брызги, а Изабель чуть медленнее погружается за ним, вскрикивая каждый раз, когда вода доходит до бедер. Матео держится позади и поглядывает на Лолу, которая с прижатыми к груди руками идет вперед. На ней желтый купальник, кожа начинает приобретать золотистый оттенок, волосы озаряет солнце. Матео осторожно отправляется за ней, прикусив губу не только из-за холодной воды, бьющей по икрам, но и потому что хочет насладиться всем происходящим. Пока Лола входит в ледяную синюю воду, он смотрит на ее спину и думает: «Я люблю ее. Как же сильно я люблю ее».

Поравнявшись с ней, он улыбается и морщится.

— Вперед. Мы можем это сделать!

Он протягивает ей руку. Она берет его ладонь и вскрикивает, когда он тянет ее вперед, а холодная вода вдруг становится глубже и доходит им до пояса.

— Давай! Это быстро, хоть и неприятно! — подбадривает он, а потом со смехом отпускает руку и ныряет вперед. Вокруг него смыкаются ледяные воды, и на миг его сковывает страх, что сердце остановится от такого потрясения. Но потом он видит струйку пузырьков, поднимающуюся к блестящей поверхности, а над ними — размытые контуры Лолиного лица, когда она смотрит на него. Так восхитительно снова оказаться под водой. Ему кажется, что море его меняет, возвращает к тому человеку, которым он был раньше, и дарит то, что принадлежит ему по праву. Он чувствует это внутри, практически ощущает, как все отвратительные воспоминания тают. Мир над ним съеживается. Глаза застилает голубая жидкость, которая с глубиной становится темнее. Теперь это новый Матео — свежий, яркий и чистый, как новорожденный младенец.

Он устремляется вглубь, обхватывает Лолу за щиколотки и одним резким движением дергает ее ноги на себя. Она с приглушенным криком опрокидывается назад. Он выныривает на поверхность и вытирает ладонями глаза. Солнце отражается в воде, и какое-то время он не видит ее из-за ослепляющих солнечных зайчиков. Но вот она возникает рядом с ним, тяжело дыша и хватаясь за его руку.

— Ах ты, козел! — отплевываясь, восклицает она.

— Вот видишь? — смеется он. — Быстро, хоть и... — Он замолкает на полуслове, когда она наваливается на него всем телом и подминает под себя. Но он успевает схватить ее и тянет за собой. Пока она ему не ответила, он быстро отплывает от нее, Лола визжит и брызгается в него.

Когда они наконец останавливаются и поворачивают к берегу, оказывается, что пляж остался далеко позади. Где-то вдалеке виднеются головы Хьюго и Изабель, которые плещутся в воде и что-то подбрасывают в воздух.

Матео, тяжело дыша, оборачивается к Лоле. По его лицу стекает вода, волосы липнут ко лбу.

— Продолжим?

— Ты с ума сошел? Мы уже и так далеко заплыли! — восклицает она.

Матео делает глубокий вдох и ныряет под нее, спускаясь все глубже и глубже к темному дну. Наверху он видит Лолу, которая все еще держится на воде и ждет, когда он выплывет. Он постепенно выдыхает воздух маленькими порциями, невесомо паря на самой глубине у морского дна. Поверхность над его головой озаряется золотистыми лучами солнца. Он чувствует спокойствие, защиту. Словно готов остаться здесь навсегда.

А после вырывается из воды, окатывая Лолу множеством брызг.

— Господи, да ты псих! — кашляя и ловя ртом воздух, кричит она, а он смеется над ее испуганным выражением лица, довольный тем, что ему удалось ее напугать. Потом тащит ее на мель, где ногами касается твердого песка. Притягивает к себе, крепко обнимая, дышит в ухо, целует щеку, лицо. Лола поворачивается к нему, и их губы, холодные и соленые, встречаются. Она обхватывает руками его голову, с волос стекает вода. Между жаркими и исступленными поцелуями Матео на миг открывает глаза и видит, что в ней отражаются цвета моря: капли воды, которыми усыпаны ее скулы, стекают по лбу и повисают на ресницах, сверкая на солнце словно бриллианты. Бледная веснушчатая кожа на щеках и носу слегка обгорела, отраженные от воды блики света танцуют на лбу. Он чувствует, как прижимаются их грудные клетки, ее нога скользит по его бедру, ступни соприкасаются в мягком песке. И думает, что вот и настал тот миг. Он вернулся — живой, страстный, влюбленный, а преследующие его последние несколько недель кошмары ушли навсегда.