— Давай, Сынок. Пойдем, выпьем. — Мой отец ушел, и я последовал за ним, зная, что никакое количество спиртного не сможет это исправить.
∞∞∞
— Кто она такая?
Три маленьких слова, которых я боялся с того самого дня, как понял, что не могу уйти от Арианны, теперь казались такими незначительными. Она лежала наверху, накачанная наркотиками и избитая, подвергшаяся нападению и сломленная, и все остальное больше не казалось мне важным.
— Арианна Капицола, — произнес я, встречая жесткий взгляд моего отца.
— Прости, тебе нужно повторить, Никколо, потому что это прозвучало так, как будто ты только что сказал мне, что наследница Капицолы наверху, в твоей постели. И я знаю, что ты не настолько чертовски глуп, парень.
— Это она.
Отец согнул руку, обхватившую стакан с бурбоном. Я почти не удивился, когда стакан со свистом пролетел мимо моего лица, разбившись о стену позади меня.
— Скажи мне, что ты не влюбился в нее? Посмотри мне в глаза и скажи, что ты не ложился в постель с врагом.
— Она не враг. Я знаю, ты думаешь, что она – путь к Роберто, но это не так. — Я старался говорить спокойно и сдержанно. — Они тоже ее используют. Я еще не знаю всех частей головоломки, но он использует свою собственную дочь, чтобы присоединиться к Фасцини. Мы кое-что упускаем, но я говорю тебе, что она не тот враг.
Мой отец откинулся на спинку стула, потирая челюсть. Гнев закипел в его взгляде. Он был зол, и я не винил его. В конце концов, я играл с ним. Я бы поставил Арианну на первое место в семье.
В нашей работе я совершил величайшее предательство.
— Что случилось, Никколо? И я хочу знать правду, Сынок. Не ту версию событий, которую ты хочешь, чтобы я знал. Мне нужна правда. И что бы ты ни сказал мне в ближайшие пять минут, твои слова определят меру твоего наказания.
Я вздрогнул от суровости его тона. Но пока Арианна была в безопасности, я мог справиться с любым его решением.
Поэтому я сказал ему.
В течение следующих десяти минут я рассказывал отцу обо всем, что произошло за последние несколько недель. Начиная с того, как я нашел Арианну в ту первую ночь, до того, как тайком привел ее в загородный клуб, выяснил, кто она на самом деле, вплоть до того момента, когда Бейли появился у моей двери сегодня вечером.
— Господи, Никколо, из всех девушек в кампусе это должна была быть она.
— Я знаю, что это не имеет значения, но я хочу, чтобы ты знал, что я никогда не планировал, чтобы это произошло.
Отец посмотрел на меня, разочарование затуманило его глаза.
— Ты любишь ее?
— Больше, чем я когда-либо любил что-либо еще, — сказал я без колебаний.
— Cazzo, Niccolò!49А этот Скотт Фасцини, что мы о нем знаем?
— Я поручил Томми заняться этим делом. Его семья богата. Они владеют несколькими предприятиями в округе и его окрестностях. Capizola Holdings и Fascini Associates с партнерами намерены подписать многомиллионную сделку в поддержку планов Роберто по реконструкции западного берега реки.
— Родители Арианны настаивали на том, чтобы она встречалась со Скоттом. Я думаю, они думают, что это хорошо для бизнеса. Но этот парень – настоящий мастер своего дела. Я почти уверен, что это он напал на нее в первую ночь, когда я ее встретил. Если я прав, Арианна была непреклонна, она не хотела идти в службу безопасности, и я держу пари, что она никогда не говорила об этом своим родителям. А это значит, что она должна знать, что им будет трудно поверить ей. Это было единственное, что имело смысл.
— Господи Иисусе, — тихо присвистнул отец.
— Ты видел, что он с ней сделал. — Я прижал кулак к бедру. — Я должен был привести ее сюда. Я должен был.
— Мы разберемся с этим позже. Кто еще в курсе, что она здесь?
— Я, Бейли, ты, Женевьева и Док.
— Хорошо, пусть так и будет. Посмотрим, что скажет Док. Я сделаю несколько звонков, посмотрю, что смогу разузнать об имени Фасцини.
— Черт, телохранитель; он знает, что Бейли забрал ее.
— Ты думаешь, он расскажет Капицоле?
— Не уверен. Бейли, похоже, думал, что он на ее стороне...
— Что может значить, что мы можем использовать его. Если Роберто узнает, что его дочь пропала, часы начнут тикать еще до того, как он ткнет пальцем в нашу сторону.
— Бейли может добраться до ее подруги. Может быть, она сможет выиграть нам немного времени?
— Выясни это. Но ради всего святого, Никколо, сделай так, чтобы этот парень не попал не в те руки.
— Он может с этим справиться. Я знал, что он сделает это, если я попрошу его.
— Убирайся отсюда. — Мой отец схватил телефонную трубку. Но я остановился у двери и оглянулся на него.
— Зачем ты это делаешь? Помогаешь ей?
— Потому что, несмотря на то, что ты думаешь обо мне, Сынок, я бросил один взгляд на эту девушку в твоих объятиях и увидел Алисию. Мысль о том, что кто-то когда-либо сотворил бы такое с моей маленькой девочкой... — Выражение его лица исказилось болью. — И потому, что, возможно, это может принести пользу нам обоим.
— Что ты имеешь в виду? — Я не был уверен, что мне нравится, к чему все это идет.
— Я так понимаю, ты уже решил, что сделаешь все возможное, чтобы защитить ее?
Я кивнул.
— Может быть, есть способ для тебя оставить девушку, а для нас использовать ее как рычаг давления на Роберто.
Конечно, он бы рассмотрел это именно так. Я должен был догадаться.
У меня свело челюсть.
— Не смотри на меня так, Никколо. Ты навлек это на нас. Ты. Ты должен был знать в ту секунду, когда решил привести ее сюда, что ты передаешь мне рычаги, которые нам нужны, чтобы заставить Роберто отступить.
И он был прав.
Конечно, он был чертовски прав.
И все же проглотить это было не так-то просто.
— Я не позволю тебе причинить ей боль, — произнес я с вызовом.
— И я не ожидал бы меньшего. Она твоя женщина, твое сердце, ты должен защищать ее ценой своей жизни. Но не забывай, любовь ослепляет нас. Любовь делает нас слабыми. Настанет день, когда тебе придется сделать выбор: семья или твое сердце, и этому выбору я не завидую.
Арианна.
Моим выбором всегда будет Арианна.
Но мог ли я действительно пожертвовать всем? Моей семьей. Алисией и Бейли. Маттео и Энцо. Моими тетей и дядей.
Даже моим отцом.
Мог ли я обречь Арианну на жизнь, связанную с мафиози, нарушившим кодекс чести кардинала?
— Я вижу, тебе нужно многое обдумать. Иди, побудь со своей девушкой. Мне нужно сделать несколько звонков.
— Спасибо. — Я вышел из его кабинета и закрыл дверь, прислонив голову к дереву. Когда Бейли появился у моей двери и произнес имя Арианны, все, о чем я мог думать, это добраться до нее, защитить ее. Я не остановился, чтобы обдумать последствия, потому что все, что я видел, была она.
Но мой отец был прав. Я привел в движение цепочку событий, которую теперь было уже не остановить.
Цепь событий, к которым я не знал, был ли кто-то из нас готов.
Цепь событий, после которых мы можем не выжить.
∞∞∞
Я тихонько постучал в дверь. Она приоткрылась, и Женевьева улыбнулась мне.
— Она спрашивала о тебе. — Женевьева открыла дверь, и я увидел Арианну, лежащую на моей кровати и тихо разговаривающую с доктором.
— Никко, — выдохнула она, слезы защипали ей глаза.
Я подошел к ней, сел на край и взял ее ладонь в свою.
— Как ты себя чувствуешь?
— Немного ослабленно и болезненно.
Она опустила взгляд, но я мягко приподнял ее подбородок.
— Теперь ты в безопасности.
— Никколо, можно тебя на пару слов снаружи?
— Конечно, Док. Я сейчас вернусь, хорошо?
— Обещаешь? — Страх затуманил взгляд Арианны.
— Обещаю. Женевьева будет прямо здесь.
— Конечно. — Она кивнула, переходя на другую сторону кровати.
— Я зайду завтра, чтобы проведать тебя, хорошо, Арианна? — произнес Док.
— Спасибо вам за все.
Он тепло улыбнулся ей, прежде чем выйти из комнаты. Я последовал за ним в коридор, прикрыв за собой дверь.
— Как она?
— Мисс Росси, — его бровь с сомнением приподнялась. Но он знал правила игры и не стал бы задавать вопросов. — Сильная. Вполне вероятно, что перед нападением ей дали успокоительное. Я дал ей попить и обработал несколько незначительных порезов. Она сообщила мне, что она девственница, поэтому я также взял образцы крови, чтобы провести полное обследование, так как она не может вспомнить, надевал ли нападавший презерватив.
Я прикрыл глаза, мой кулак метнулся к стене. Боль пронзила мое запястье и поднялась вверх по руке.
— Никко...
— Извините, док, — я резко вздохнул, прижимая руку к телу.
— Мне продолжать?
Я кивнул.
— Очень хорошо. Поскольку мисс Росси не принимает противозачаточные средства, я также выдал ей таблетки на случай экстренной контрацепции. Я хотел бы зайти завтра и задокументировать все новые синяки. У нее есть несколько слабых кровоподтеков вокруг горла, что наводит на мысль...
— Мне не нужны подробности, — выдавил я. — Мне просто нужно знать, все ли с ней будет в порядке.
— Как я уже сказал, она сильная. После нескольких глотков жидкости и обезболивающих она уже казалась намного бодрее. Но, Никколо, подобные вещи влияют на всех по-разному. Физические шрамы заживут, но на то, чтобы избавиться от шрамов эмоциональных, может уйти больше времени. — Выражение его лица стало мрачным. — Я сделал фото доказательства и мазки. Полагаю, вы захотите, чтобы я проанализировал и зафиксировал их?
Я кивнул, слишком взволнованный, чтобы ответить.
— Иди, побудь с ней, остальное может подождать до завтра. — Док сжал мое плечо.
— Спасибо, Док, я ценю это.
Он побежал по коридору, а я вернулся в свою спальню. Арианна и Женевьева разговаривали, но девушка сразу же перевела взгляд на меня.
— Я оставлю вас одних. Если тебе что-нибудь понадобится...
— Спасибо. — Я слабо улыбнулся Женевьеве, и она покинула нас, напряжение же наполнило пространство комнаты.
— Мне жаль, — всхлипнула Арианна. — Мне очень, очень жаль.
Я бросился к ней, опустился на край кровати и заключил мою девочку в объятия.
— Тебе не за что извиняться, любимая моя.
— Н-но я хотела, чтобы это был ты. Я хотела подарить тебе все свои первые впечатления, Никко. Все до единого.