Наконец узкая тропа стала немного шире, и вода мягко потекла рядом с нами. В нескольких ярдах впереди меня ритмично верх и вниз покачивался фонарь.

— Они добрались до дворца! — сказал один из мужчин, идущий впереди Тресы. — Теперь идите быстрее и тише.

Мы ускорили шаг, пока не добрались до клочка земли, защищённого скалистым выступом. Кожевник сделал нам знак идти вперёд, и в этот момент что-то коричневое и жидкое брызнуло сверху и упало в реку. Малачи обнял меня и потянул назад, отшатнувшись с отвращением. Кожевник усмехнулся и указал на несколько огромных труб, спускающихся с высокого каменного потолка, их широкие отверстия были прямо над рекой.

— Ну, а это дворцовая версия канализационной системы.

Мы присоединились к Кожевнику у каменной стены и выглянули из-за неё. Впереди тянулась короткая тропинка, ведущая вверх по течению к другому участку ровной земли. Куски металлических труб были сложены на краю площадки, рядом с большим горизонтальным винтом, соединённым с цепями и вёдрами, которые погружались в реку. Кожевник втиснулся рядом со мной и Анной и кивнул в сторону узкой лестницы, которая вела прямо вверх.

— Ремонтная шахта. Для тех, кто должен чинить трубы. В большинстве зданий этого города нет водопровода, но во дворце есть.

— Ты знаешь, куда ведёт эта лестница? — спросила Анна.

— Если мои информаторы не ошибаются, она ведёт в комнату для мытья посуды рядом с кухней. Если вы попадёте туда в "Огненный час", то там должно быть тихо. В это время Мазикины спят.

Он поднял свои странные часы, и они были почти на букве "О".

— Тогда чего же мы ждём, — сказала Анна.

Один за другим мы поднимались вокруг выступа, который скрывал тропу к заводу Кожевника от взгляда любого из обитателей дворца, которые должны были спуститься сюда.

Как только все его люди добрались до системы шестерёнок и вёдер, Кожевник посмотрел вверх на лестницу, которая уходила в темноту. То, что было наверху, было скрыто во мраке.

— Давайте, — сказал он. — Поднимитесь наверх и скажите, что нас ждёт.

Анна прищурила глаза.

— А ты не пойдёшь?

Он покачал головой.

— Я подумал, что, возможно, эту задачу лучше оставить воинам, — он одарил нас своей чернозубой улыбкой. — Но я пошлю Тресу.

Пока Кожевник подзывал Тресу, я подошла поближе к Анне.

— Я ей не доверяю, — прошептала я.

— Мы оторвём ей голову, если она хотя бы дёрнется не в ту сторону, — сухо сказала Анна.

Мы посмотрели на ступеньки лестницы.

— Если нас поймают, это будет плохо, — пробормотала Анна, взглянув на Малачи, который, казалось, оценивал Кожевника и его людей.

Интересно, считает ли он их оружие и смотрит куда они его прячут? Он был одним из тех, о ком я тоже беспокоилась. Что будет делать Королева, если он снова попадётся в её лапы?

Анна положила руку мне на плечо.

— Он может сыграть свою роль, Лила. А ты свою. Просто следуй за мной.

Я кивнула.

— Конечно, капитан.

— Народ, за работу, — рявкнула она. — Мне здесь становится скучно.

Малачи шагнул к нам. Видя его с такого расстояния, я вспомнила, что с ним сделали. Он стоял прямо и высоко, да, в штанах и тунике, которые сидели так, словно были сшиты по нему. Но кожа на его шее всё ещё была розовой от шрамов, и эти шрамы исполосовали всю правую сторону его лица. Я не хотела больше видеть, как он разрывается на части. Я хотела сказать ему, чтобы он остался, но знала, что он никогда этого не примет.

Мы втроём собрались у подножия лестницы, и к нам присоединилась Треса.

— Ты пойдёшь первой, — сказала Анна, сверкнув ядовитой улыбкой, полной предупреждения.

Треса пристально посмотрела на неё.

— Я пытаюсь помочь тебе, — тихо сказала она. — И мне жаль Такеши. Он был...

— Не произноси его имени, — отрезала Анна. — Если только ты не хочешь, чтобы это было твоё последнее слово.

Выражение лица Тресы не изменилось.

— В этом городе трудно отличить союзников от врагов, капитан. Легко перепутать одного с другим.

С сумкой за спиной и ножами на поясе она ступила на лестницу и начала подниматься. Я пошла следом за ней, Анна за мной, а Малачи замыкал шествие. Я подозревала, что Малачи хотел убедиться, что Анна окружена нами, и что он сможет поймать её, если она запнётся. Однако в данный момент она казалась довольно спокойной, как будто пустота внутри неё была заполнена расплавленной сталью. Не хотела бы я встретиться с Анной и её клинками, когда она была в таком состоянии.

К тому времени, как пещера сузилась, превратившись в вертикальный туннель, мои руки и ноги начали болеть. Когда мы начинали подъем, я чувствовала себя сильной, но удивительно, как быстро эта энергия иссякла. Рафаэль говорил, что город нас не поддержит, что мы постепенно ослабеем. Может быть, несмотря на то, что мы с Малачи и могли немного подзарядить друг друга, этого было недостаточно, чтобы сохранить наши силы. Закусив губу, я посмотрела вниз и увидела Анну, её лицо было бледным и мрачным, а Малачи был ещё ниже, цепляясь за лестницу. Я была готова поспорить, что его сердце колотилось, и я не могла до него дотянуться.

— Вы в порядке? — спросила я.

Они оба кивнули и, подняв глаза, я увидела, как Треса смотрит на меня сверху вниз.

— Заткнись к чёртовой матери, — прошипела она. — Мы уже близко.

Когда мы добрались до люка, она вытащила плоский металлический предмет размером с линейку и просунула его между металлической дверью и камнем. Мгновение спустя она приподняла люк на несколько сантиметров и огляделась. Затем она подняла крышку полностью и выбралась наружу. Я нетерпеливо последовала за ней, оказавшись в тёмной комнате, где пахло дерьмом и гниющим мясом. Я прикрыла нос рукой и отошла в сторону, пропуская Анну.

— Фу. Что это?

— Мы близко к кухне, — прошептала Треса.

— Я не хочу знать, что у них в меню, — пробормотала я, подходя к люку и поднимая Малачи.

Его мышцы подёргивались, и он с благодарностью прислонился ко мне. Я провела рукой по его потному лицу, жалея, что мы не можем остановиться здесь и отдохнуть. Но мы не могли упустить возможность, которую нам предоставил "Огненный час".

Я закрыла люк и установила грубый запорный механизм так, чтобы он выглядел запертым, но его можно было легко отодвинуть толчком снизу. Треса одобрительно кивнула мне. Она вытащила из-под плаща маленький фонарь и с помощью чего-то похожего на английскую булавку размером с ладонь высекла искру и зажгла свечу внутри. Мы находились в комнате с высоким потолком, с одной стороны которой тянулась гигантская труба, а с другой — желоб. Он был заполнен металлическими пластинами и ножами, всё в грязи. Единственная дверь вела в примитивную, но огромную кухню с множеством каминов. Железные горшки и большие плоские сковородки были сложены в разных местах.

— Кухня должна быть близ главного коридора, — прошептала Треса, когда мы сгрудились в дверях. — А тронный зал находится в самом конце.

— Мы должны посчитать, сколько времени нам потребуется, чтобы добраться до тронного зала, — сказал Малачи, — и определить возможные точки выхода.

— А также местонахождение и количество стражей, — ровным голосом добавила Анна. — Мы обманываем себя, если считаем, что все в этом дворце спят.

— Согласна, — сказала я, вытаскивая нож. Остальные последовали моему примеру. — Я пойду первой.

Анна кивнула. Мы натянули капюшоны на головы и прокрались через дверной проём в тихую кухню. Треса поднесла фонарь поближе к телу, чтобы можно было легко прикрыть его плащом. Позади себя я слышала тихое хриплое дыхание Малачи.

Мы добрались до главного коридора и выглянули наружу. Пол, освещённый фонарями, мерцающими вдоль коридора, выглядел так, словно был сделан из узких стеблей полированного белого дерева. Мой лоб нахмурился, когда я указала на него.

— Я думала, здесь нет деревьев.

Треса бросила на меня взгляд.

— Это не дерево, тупица. Как ты думаешь, почему они его называют Костяным дворцом?

— И почему они так чертовски буквальны?

Я выглянула в коридор и увидела большую открытую комнату в сорока метрах от нас. Она была освещена голубым сиянием. Я оглянулась через плечо на Анну.

— Спорим, это портал?

Она кивнула. Треса подняла палец.

— Я буду считать шаги. Пошли.

Я бросилась вслед за Тресой, бесшумной трусцой, стараясь слишком не задумываться о том, что именно... или кто на самом деле... лежал у меня под ногами.

Тихий кашель удивления раздался позади нас. Я резко обернулась. Малачи и Анна стояли лицом к лицу с двумя Мазикиными. Они были одеты в кожаные плащи, один красный, другой синий, и смотрели на нас, высунув языки. Тот, что в синем, вёл на поводке человека в таком же синем плаще. Если они поднимут тревогу, на нас тут же набросится бесчисленное количество Мазикинов. У нас не было другого выхода, кроме как вернуться на кухню, а Мазикины преграждали нам путь.

Тот, что в красном, открыл рот. Анна потянулась за ножами, но, к сожалению, недостаточно быстро. Вой пронзил тишину...

И закончился пронзительным воем, когда Мазикин в синем сомкнул челюсти на горле Мазикина в красном плаще.