Человек оглянулся на своих спутников. Позади него выстроился целый караван. Помимо экв и фламина Альбуса, шедших с посланником Люсеи с самого начала, за ним увязались паломники из деревень, и чем дальше Сергей продвигался, тем больше их становилось.

Вестник отдал приказ двигаться дальше, и Селика, несущая человека на себе в этот раз, ступила на мост. По ту сторону реки его уже ожидали. Вдоль прямой, как стрела, улицы, поднимавшейся от моста к королевскому дворцу, в два ряда выстроилось войско Сэро-Виграма. За ними на тротуаре толпились жители города и приезжие, собравшиеся поприветствовать посланца создательницы. На всех балконах, выходивших в сторону улицы, тоже стояли зрители. Хотя Серый уже свыкся с положением «духовного лидера», такой огромной толпой его встречали впервые, и человек почувствовал себя не в своей тарелке. Его отряд медленно двигался вверх по улице. Приветственные крики слились в сплошной гам, экусы вставали на дыбы и радостно размахивали передними ногами. Солдаты старались сохранять невозмутимость, хотя Серый заметил, с каким ужасом, восторгом и благоговением они смотрели на Селику. Слухи об эвлонской воительнице, бившейся насмерть с демонами, просочились и сюда.

Рядовые носили простые деревянные щитки, такие же, как в войсках лукса Астуса. Отличались они лишь ярко-рыжей окраской, очевидно, чтобы в пылу сражения не спутать где свой, где чужой. Через каждый прайд бойцов на полкорпуса перед строем стояли бригадиры, имевшие дополнительно повязанный на шею рыжий шарф, и железный набалдашник ланса. Тотум прайдов возглавляли лейтенанты в стальных нагрудниках. По пути Сергей насчитал четырнадцать таких бронированных фигур. Самое мощное войско Тирнии не дотягивало даже до легиона — по меркам Эвлона этого и один гарнизон не хватило бы укомплектовать. Однако, по сравнению с кланом Сэро-Спес, войска Сэро-Виграма превосходили его в пять раз. Даже если другие младшие кланы имели больше бойцов, чем у Астуса, а другие старшие — меньше, чем у Виграмов, неравенство сил все равно оставалось довольно приличным. «Нет, воевать — плохая идея», — решил вестник, глядя на солдат, и понадеялся на мирный исход своих переговоров.

Караван посланца Люсеи добрался до дворцовой площади и остановился напротив высоких ажурных ворот. Сергей понадеялся, что его не заставят долго ждать. Не зря же его встретили почетным караулом? Конечно, человек заготовил на всякий случай обличительную речь о «правителях-отступниках», но лучше было бы обойтись без таких крайних мер.

Створки медленно разошлись, и навстречу вестнику вышли четверо экусов. Пока они приближались, фламин Альбус тихонько сообщил человеку, кто из них кем является. У двух хорниев в центре на шеях висели клиновидные кайлубисовые подвески с закругленным верхом. Сергей сразу узнал королевские амулеты. От близости цели у него задрожали руки, и застучал в ушах пульс. Выброс адреналина заставил ускориться кровоток, а на коже выступили капельки пота. Ему захотелось броситься вперед и быстро сорвать медальоны с цепочек, но такое простое решение казалось не очень-то благоразумным. Вряд ли человека так просто отпустят. Пробиваться сквозь плотные толпы и убегать от солдат — удел суровых киногероев, а не обычных людей. Кроме того, Сергею требовалось заполучить не два, а три амулета, и местонахождение последнего из них оставалось загадкой.

— Добро пожаловать в Тирнос, вестник Сегри! — заговорил глава старшего клана. — Явление посланца создательницы — это великая радость для всех тирнийцев! В ознаменование такого события мы подготовили в праздник, и хотим пригласить Вас на торжество сегодня в полвечера!

Приветствие хорния толпа поддержала радостными криками и топотом. Быстро оглядевшись, Серый от досады поморщился. Очередная задержка, но ничего не поделать: народ желал от души повеселиться в честь его появления, и вестнику не стоило их разочаровывать. Однако слова Сэро-Виграма заронили надежду: возможно, правители согласятся расстаться со своими амулетами, раз уж они подготовили такую теплую встречу?

— Благодарю, вас за великодушное приглашение. Я с великой радостью присоединюсь к вам в торжествах, во славу пресветлой Люсеи, — ответил Сергей и смиренно добавил: — Я — всего лишь скромный слуга создательницы, призванный донести до вас ее волю.

— Воля богини — столь серьезная вещь, что не стоит ее обсуждать посреди улицы, — произнес Нолентус Сэро-Виграм. — Предлагаю вернуться к этому вопросу на свежую голову завтра с утра. А сейчас, пока готовится праздник, позвольте проводить Вас отдохнуть в подготовленных для Вас покоях.

Сергей со своими спутниками въехал в ворота. Паломники, естественно, остались снаружи.

— Нолентус, ты знаешь, зачем я приехал, — произнес Сергей.

— Вестник, оставим этот разговор до завтра, — поморщившись, ответил глава старшего клана.

Сэро-Виграм ускорил шаг, чтобы оказаться подальше от человека. Его реакция Серому не понравилась, но он понадеялся, что правители Тирнии просто хотят что-то выторговать за свои амулеты. Что-то более материальное, чем «благодарность богини».

Отведенные гостям комнаты оказались довольно уютными и просторными. Сводчатые потолки уходили ввысь метра на четыре, а широкие чуть ли не во всю стену окна свободно пропускали солнечный свет. По центру стояла гигантских размеров кровать с балдахином из тонкой полупрозрачной ткани, способная вместить четверых экусов за раз. Даже королева Синсера довольствовалась в Эвлоне покоями меньших размеров. Видимо, правители Тирнии очень любили роскошь. Если своих гостей они селили в таких шикарных спальнях, то какие апартаменты они могли иметь сами?

Оставив вещи в комнате, Сергей со своими спутниками отправился осматривать дворец. Местные интерьеры разительно отличались от аскетичного убранства замка Сэро-Спеса. Полы были отделаны дубовым паркетом, скрывавшимся под толстыми ковровыми дорожками. Стены укрывали расшитые золотом и кайлубисом гобелены, а в широких нишах стояли статуи экусов в тяжелых стальных доспехах. Причем, броня покрывала все тело фигур, включая ноги и шею, а головы прятались под шлемами с разноцветными плюмажами.

— Вестник, позвольте Вам кое-что показать, — произнес фламин Альбус, сворачивая в боковой проход.

Галерея, в которую хорний привел Серого, оказалась отделана гобеленами в розово-белых тонах. Здесь висели картины, изображавшие экв в белоснежных попонах, чьи гривы украшали розы и лилии, и экусов в форме, отдаленно напоминавшей гусарские мундиры. На подставках стояли изящные хрустальные статуэтки, а в конце коридора высился мраморный алтарь. В камне было вырезано изображение соприкасавшихся носами экуса с эквой.

— Смотрите, все, что здесь есть, находилось когда-то в Утреннем замке, — стал рассказывать хорний. — Предки лукса Астуса постепенно распродавали все эти украшения, чтобы купить продовольствие в неурожайные годы. У нас в горах земля слишком скудная, и любой град или засуха могли вызвать голод. Сделать запас хотя бы на пару сезонов для нас уже считается большой удачей.

Человек медленно пошел вперед, оглядываясь по сторонам. Прибыв в Утренний замок, он поначалу решил, что аскетизм свойственен всем местным жителям. Как оказалось, Сергей ошибался. Сэро-Спесам приходилось заботиться о выживании, и только поэтому им было уже не до роскоши.

До полвечера времени оставалось немного, и гости вернулись в отведенные им апартаменты. Селика стала надраивать свои доспехи, а Луденса расправила и проинспектировала попону. Зеленая ткань всю дорогу пролежала в сумке, и хорния по совету Сергея сбрызнула ее водой, чтобы разгладить складки. Фламин Альбус тоже приготовил праздничный наряд. По сравнению с повседневной попоной, эта имела более насыщенный зеленый цвет и была украшена вышитыми на боках лайтилюсами. Единственный, кто не участвовал в приготовлениях — это Алекта. Свою боевую экипировку медная довния и так держала в идеальном порядке, а другой одежды у нее не имелось.

В дверь постучал довний-слуга и сообщил, что их уже ожидают. Следом за экусом Сергей со своими спутниками проследовал на надвратную площадку, где уже стояли главы старших кланов. Двое из них — Нолентус и Секур — пришли в сопровождении экв. Насчет спутницы Сэро-Виграма сомнений не возникало — слухи о капризном нраве «первой леди» Тирнии ходили по всей бусине. Джелида Сэро-Виграм наверняка потратила немало времени в приготовлениях. На мордочке хорнии не топорщилось ни единого волоска — все они выглядели идеально уложенными. Плетение гривы показалось Серому незнакомым. Прическа Джелиды хоть и не была такой сложной, как королевская розочка, но кари, делавший ей укладку, дрессировался явно не один год.

Другая хорния, которая стояла возле Секура, выглядела слишком юной, чтобы быть женой пожилого экуса. Ей едва ли исполнился табун сезонов. Эква с нескрываемым интересом уставилась на человека. От любопытства хорния вытянула мордочку вперед, невольно взмахнула хвостом и поджала переднюю ногу. Сергей решил, что она дочь Сэро-Лакума, и приветливо кивнул. Секур, вполголоса сделал своей спутнице замечание, и она смущенно потупилась, продолжая искоса глядеть на посланца Люсеи.

Позади луксов выстроились хорнии в солнечно-зеленых попонах. Висевшие на их шеях амулеты фламинов серебристо поблескивали кайлубисом. Судя по трепету, охватившему Альбуса, эти экусы занимали далеко не последние места в местной религиозной иерархии. Скорее всего, они все были «встречающими рассвет» — высшее духовное звание, нечто вроде земных епископов.