— Люсея ничего не говорила мне про битвы, — заметил Сергей и сунул под нос сановнику свиток. — Здесь ее поручение записано в предельно четком виде.

— Естественно, Вы же не экус, поэтому Вам не понять всей глубины ее замыслов, — снисходительно ответил Континатор. — Если бы создательнице действительно понадобились королевские медальоны, они бы оказались у нее в тот же миг, как она этого пожелала бы.

Сергей почувствовал, что проиграл этот раунд. Возражая и настаивая на своем, он лишь выставил бы себя «глупой обезьяной», которая «не способна понять всей глубины». Желание богини устроить великую битву покажется всем тирнийцам близким и понятным, ведь их бусину с этой целью и создавали. Чего добьется человек, отказавшись в этом участвовать? Он потеряет поддержку младших кланов и народа, ничего не выиграв взамен. Главы старших кланов ему откажут, а свои шансы выкрасть амулеты Серый оценивал не слишком высоко. Сказать правду о пленении создательницы? Ему никто не поверит, известно же, что не по силам смертным справиться с богиней. Да и его союзники вряд-ли обрадуются, услышав о предательстве Митиса Сэро, ведь младшие кланы тоже ведут свои рода от него.

— Кто и с кем будет воевать? — спросил человек.

— Расклад сил очевиден, — вступил в разговор Нолентус. — Тотум старших кланов против тотум одного младшего. Если они победят, Вы получите амулеты.

— Но их войска намного уступают вашим. Разве это будет честная битва? — произнес Серый.

— На Вас лежит благословение Люсеи. Это, как минимум уравнивает, силы, — ответил экус.

Условия были объявлены, и человеку ничего не оставалось, кроме как принять их. Все произошло, словно в каком-нибудь фантастическом романе: герою вручили войско и отправили воевать с могучим врагом. Только Серый вовсе не был готов драться. После головокружительно-безумной атаки на демона, он желал впредь держаться подальше от полей сражений. Шальная удача приходит лишь раз, и повторно испытывать судьбу вестнику не хотелось.

Он задал еще пару уточняющих вопросов и в итоге дал свое согласие. Вернувшись в гостевые покои, Сергей стал задумчиво расхаживать из угла в угол. Он знал, что Люсея ему ничем не поможет. Что человек мог противопоставить экусам? Нолентус с компанией считали его говорящим животным и, скорее всего, не верили в способность вестника командовать армией. Впрочем, он и сам не особо в это верил. Серый вытащил из переметной сумки Луденсы деревянный футляр и взвесил его на руке. «Правила войны, — подумал он. — Войны? Или, может быть… игры?» Хмыкнув, он положил книгу на стол и откинул крышку. Экусы воевали по четким правилам. Прям как в какой-нибудь компьютерной стратегии.

Когда-то Серый любил играть в электронные игры и провел немало компаний на виртуальных полях сражений. Часто ему встречались миссии, где требовалось биться против превосходящего силами врага. Для успеха, как правило, требовалось либо разбить неприятеля по частям, либо удачным маневром пробиться в тыл и захватить базу в обход его обороны. Конечно, в Тирнии у человека не имелось возможности «сохраниться», и играть придется сразу на сложном уровне против очень опытных соперников, но эта мысль придала ему уверенности. Тирнийцы всю жизнь играли в одну игру, а он прошел их десяток. И главное, что Сергей уяснил, в любых правилах есть лазейки и читы. Всегда найдется «несбалансированный» юнит, на силе которого можно построить тактику битвы. Он внимательно посмотрел на дремлющую возле окна медную довнию и ухмыльнулся: один такой «юнит» у него уже был.

ГЛАВА 4-1

СТРАТЕГИЧЕСКОЕ ОТСТУПЛЕНИЕ

Переговоры затянулись чуть ли не на полсезона. Согласовать требования, и пожелания глав девяти кланов оказалось непросто, тем более что и Серый тоже выдвинул свои условия. Только полный контроль над войсками коалиции младших кланов давал шансы на победу, поэтому вестник потребовал клятву в верности на Бусине от всех, кто встанет под его знамена. После долгих споров и согласований братья, наконец, пришли к соглашению, и объединенные армии кланов выдвинулись на первоначальные позиции.

Поросшая редким кустарником степь видала уже немало сражений. Чуть ли не каждый сезон кланы выводили здесь в бой свои легионы в споре за очередную деревню, лес или ферму, располагавшиеся в призовых землях. Но еще ни разу в истории в битву не бросались войска сразу всех кланов одновременно. Завтрашний бой должен был стать поистине знаменательным. Должен был стать, но — не станет.

На горизонте виднелись стройные шеренги шатров старших братьев, и этих шатров было в три раза больше, чем на стороне Вестника. Сергей понимал, что в прямой атаке у него нет ни единого шанса, а значит, эту атаку не стоит и начинать. Сейчас главное — сохранить войска, потом — ввести врага в заблуждение и ударить там, где никто не ждет. Но даже если все пункты этого плана удастся осуществить, человек сделает лишь первый шаг к победе.

— Алекта, ты точно сможешь провести отряд этим путем? — обратился он к стоявшей рядом экве.

— Ну сколько можно! — возмутилась медная довния. — Ты уже прайд раз спрашивал!

— Прости, я волнуюсь, — ответил Серый, похлопав ее по спине. — От этого зависит слишком многое.

— Ладно, — фыркнула эква, примирительно ткнувшись мордочкой в плечо. — Если твоя магичка сделает мост через Рыжий Каньон, то через полпрайда дней мы окажемся прям возле Лакумены. Обещаю.

— Луденса? — обернулся вестник к хорнии.

— Да, Сегри, не беспокойся, — ответила его спутница. — Я тренировалась, и теперь без проблем создам «Млечный путь» в нужное время.

Кивнув, Сергей опять повернулся к Алекте:

— От твоей матери вестей не поступало?

— Нет, — вскинула голову довния. — У нас нет сигнальщицы, поэтому я не могу послать твое предложение ей напрямую. Я отправила сообщения во все деревни, где мы иногда появляемся, но бывало, отряд целый сезон не заходил в обжитые места.

— Ясно, держи меня в курсе, — сказал Сергей.

Отряд Фурьялы в одиночку едва сводил концы с концами. Им приходилось тщательно выбирать и подолгу выслеживать свою жертву. Разбойницы не могли похвастать хорошей добычей, и отряду уже не раз приходилось отрабатывать проигрыш на фермах или каменоломне. В составе армии ситуация в корне менялась: имея преимущество в правилах, эквы могли стать острием атаки, способным легко пробить вражеский строй. Немногие экусы выдержат двойной удар ланса, а нанесенное эквами поражение еще и здорово деморализует вражеских солдат. Армии кланов относились к Фурьяле пренебрежительно, но если разбойница встанет на сторону вестника, то старших братьев ждет весьма неприятный сюрприз.

— Вестник, все собрались, — доложил подошедший довний-офицер. — Ждут только Вас.

Сергей кивнул и направился к штабной палатке. Из-за плотной ткани доносились голоса, спорящие на повышенных тонах, и человек задержался у входа, чтобы послушать.

— …так же глуп, как муриса, хорошо, хоть говорить научился! — Серый узнал голос Рема Сэро-Стрейна, главу первого из младших кланов.

— Ты плохо знаешь мурис, очень хитрые и проворные зверьки, — возразил оппоненту Сэро-Спес. — Зато я точно уверен в чистоте своего рода. А твой хвост пышноват для Стрейнов, и ни капли не походит на хвост шерки.

— Потому что мой род не происходит от шерки!

— Если Митис смог превратить мурису в экву, так почему он не сделал то же самое с шерки? — ехидно поинтересовался Астус.

Сергей уже слышал историю о происхождении младших кланов и сразу понял, в чем суть взаимных подколок двух экусов. Если верить легенде, после ссоры со своей четвертой женой Митис Сэро поклялся более никогда не иметь дела с эквами. Вскоре он пожалел о своем обещании, но своего слова нарушить не мог, поэтому нашел другой выход из положения. Правитель стал превращать в экв различных животных и брать в жены их. Действие магии длилось не слишком долго — всего два тотума сезонов, и эквы едва успевали выносить и выкормить жеребенка перед своим развоплощением. Поэтому Митису приходилось часто менять своих волшебных жен. С тех пор звери, от которых произошли младшие кланы, изображались на их флагах, а у глав родов часто проявлялась во внешности та или иная черта своего тотемного животного. Всерьез в эту легенду никто не верил, но если Астус Сэро-Спес относился к ней с иронией, то Рема Сэро-Стрейна обижал даже малейший намек на подобное происхождение. В отличие от всеобщих любимиц — милых и озорных мурис, шерки являлся не слишком-то симпатичным крысоподобным созданием.

Вестник шагнул внутрь палатки, и спор прекратился. Экусы стояли возле стола полукругом, выстроившись в порядке старшинства, так что Астус и Рем оказались друг напротив друга. В свете факелов шкуры высокородных экусов ярко блестели за исключением чисто-белой шерсти главы шестого клана, оказавшегося хорнием. Человек медленно обвел своих союзников взглядом, примечая в них родовые черты. На ушах Астуса торчали кисточки, и выражением морды он походил на мурису. В семье Сэро-Спесов все экусы, если не считать нескольких хорниев, рождались с серебряной шкурой. Возле него за столом стоял Стелий Сэро-Ангис, правивший восьмым кланом. Золотая шерсть с гривой довния ничем особым не выделялись, но от его немигающих глаз становилось не по себе. Большая радужка карего цвета и узкий вертикальный зрачок напоминали глаза випера — змеи, похожей на кобру, но не ядовитой. Далее расположился Оунс Сэро-Като. Его тотемом был илбис — уменьшенная копия тигра. Медную шерсть Оунса покрывали серебряные полосы, повторявшие тигриную расцветку. Следом стоял Велификор Сэро-Алес. Родовая черта хорния проявилась в необычного вида гриве: ее волоски у корней срастались вместе, а потом расходились в разные стороны образовавшейся иглы, делая их похожими на птичьи перья. На флаге Сэро-Алесов изображался парящий ларус. Глава старшего из младших кланов Рем Сэро-Стрейн оказался единственным, чья внешность ничем не напоминала шерки — их тотемного животного. В роду Стрейнов все экусы имели куцые крысиные хвостики, что даже нашло отражение в «Правилах войны», но Рем наоборот отличался хвостом очень пышным и опускавшимся почти до самой земли.