Главы кланов выжидающе глядели на вестника, и Серый, закончив смотр союзников, заговорил:

— Доблестные эквиши, вы принесли клятву верности, и я, следуя путем указанным создательницей, приведу наш союз к победе!

— Да! Начистим бока старшим в завтрашней битве! — с энтузиазмом прорычал Оунс.

— Нет, не начистим, — возразил человек. — Потому что битва завтра не состоится.

Экусы изумленно замерли, не веря своим ушам. Они надеялись быстро разбить неприятеля одной сокрушительной атакой, а Сергей до сего момента не считал нужным их разубеждать.

— Почему? — наконец, выдавил из себя вопрос Рем.

— Подумайте сами, армия старших кланов в три раза больше, чем наши объединенные силы. Они лучше экипированы, их бойцы прекрасно обучены. Можем ли мы победить в таких обстоятельствах?

— Но с нами будет сама Люсея! — воскликнул тигровый довний.

— Конечно, создательница приведет нас к победе, но она не будет за нас сражаться, — начал объяснения вестник. — Если бы она спустилась на поле боя, то победила бы всех в одиночку. И зачем тогда нужны были бы наши войска? Как мы смогли бы продемонстрировать ей свою доблесть и бесстрашие?

— Она могла бы увеличить силы солдат… — прошипел Стелий Сэро-Ангис.

— Нет! Неужели вы не слушали своих фламинов? — патетически возмутился Сергей. — Каждый боец, от майора до последнего рядового, должен показать свою силу, ловкость и храбрость! Свою, а не заимствованную у богини! В победе, подаренной свыше, нет никакой чести! Мы сами — своими силами, должны разбить грозного противника! Только тогда эта война войдет в легенды!

Отпрыски Сэро потрясенно молчали. Как оказалось, надежды на легкую и быструю компанию не оправдались. Экусы стали постепенно осознавать, во что они ввязались.

— Но мы же победим? — неуверенно спросил Рем.

— Конечно! — ответил человек, постаравшись придать голосу как можно больше уверенности. — Если будем неукоснительно следовать советам Люсеи. Атаковать неприятеля, имеющего столь значительные преимущества, было бы просто глупостью, а создательница не станет помогать глупцам. В первую очередь нам надо сохранить армию, поэтому мы отступим в форт Эскарандум. Ведущее к форту ущелье настолько узко, что его сможет удерживать даже небольшой отряд.

— Но это справедливо и для старших! — заговорил Стелий. — Они оставят пару табунов солдат, чтобы мы не смогли выбраться, а сами отправятся захватывать наши владения! Не забывайте, что по договору вся Тирния стала считаться призовыми землями!

— Вы все думаете, что мы так загоним себя в ловушку? — поинтересовался вестник. — Неужели, никто не видит альтернативы?

Луксы посмотрели на карту, а потом один за другим вскинули головы.

— Замечательно! Значит, и старшие братья решат точно так же, как вы, — усмехнулся Сергей. — Неприятель разделит силы и пошлет их против ваших замков. Но они разбросаны так далеко, что только путь до них займет два-три прайда дней. И ваши гарнизоны смогут еще долго отбивать атаки даже против превосходящих сил. Города старших — наоборот находятся на равнинах. Они плохо укреплены, и наша армия сможет легко взять любой из них. Захват столицы клана, как вы помните, означает его поражение, и мы сможем быстро ослабить противника.

— Но из моих владений нет другого прохода, кроме перевала Шерканум! — воскликнул Рем. — Форт окружают неприступные горы и глубокие каньоны! Как мы пройдем на равнины, если нас запрут в Эскарандуме?

— Есть иной путь, — произнес человек.

— Я знаю свои земли, как свое копыто! — упрямо сказал Сэро-Стрейн. — Там нет другой дороги.

— Вам придется довериться Люсее, — твердо ответил вестник. — Она приведет нас к победе, если ваша вера будет крепка, и никто не усомниться в ее советах, какими бы необычными они не казались.

— Хорошо, вестник, мудрость богини никто сомнению не подвергнет, — заговорил майор Астус. — Какие наши дальнейшие действия?

— Как только сядет солнце, командуйте отступление. Мы должны оторваться от противника и скрыться в форте Эскарандум прежде, чем они поймут, в чем дело. Когда старшие кланы решат, что загнали нас в ловушку, и разделят силы для атаки на ваши земли, мы нанесем удар.

— Куда мы направим свои войска из форта? — спросил Стелий.

— Дальнейшие планы я раскрою в Эскарандуме, — ответил человек. — Здесь нас слишком легко подслушать.

Экусы стали обсуждать детали предстоящей операции. Свернуть и увести целую армию за одну ночь — задача хоть и не из самых сложных, но требовала согласованности действий всех отрядов. Дело осложнялось тем, что их командиры еще не успели друг с другом сработаться. Обсуждение очередности следования закончилось предсказуемо: кланы решено было отводить в порядке старшинства. Вестник старался пресекать пустые споры и переходы на личности, поэтому к закату все командиры успели договориться и разошлись по своим отрядам.

***

Рыжий склон отвесным обрывом уходил вниз. Сергей опасливо выглянул за край и быстро отступил. Далекое дно терялось в густой тени. До бегущей там горной речки солнце сможет добраться лучами только ближе к полудню. Проводник из гарнизона привел вестника к месту, где склоны каньона сближались на минимальное расстояние, но оно все-таки оставалось довольно приличным: около трехсот метров. Построить здесь мост экусы не смогли бы. Слишком велико расстояние для подвесного моста, и слишком глубок был каньон, чтобы построить опоры для многопролетного.

— Во-о-он там у нас было логово, — поделилась воспоминаниями Алекта, ткнув копытом куда-то по ту сторону обрыва. — Места пустынные, а дорогу не сразу то и сыщешь. Оттуда мы даже на равнины набеги иногда совершали.

— Значит, там прямой путь в Лакумену? — спросил Сергей.

— Там, — подтвердила разбойница. — Но далеко не прямой. Поплутать тотум дней придется, прежде чем выберемся.

— Луденса, твое заклинание достанет до другого края каньона? — обратился человек к сопровождавшей его хорнии.

— Достанет, только солбиса много понадобится, — ответила волшебница.

— Сможешь продержать мост, пока все переправятся?

— Заклинание будет работать табун кору, — стала объяснять хорния. — Но если взять больше солбиса, то я смогу сделать проход шире, чтобы прошло несколько экусов вряд.

— Ясно. Создай его прямо сейчас, я хочу глянуть, что по ту сторону каньона, — приказал вестник.

— Эмм… Сегри, ты же так не пройдешь, — неуверенно проговорила Луденса. — Помнишь, как в прошлый раз чуть не свалился с башни?

— Я не пойду, меня понесут, — ответил он, обернувшись к Селике.

— Что? Куда это я тебя понесу? — осведомилась рыжая довния.

— Во-о-он туда, — Сергей указал на еле-заметно мерцавшую дымку, возникшую над пропастью.

Селика нервно сглотнула и неуверенно потрогала волшебную дорогу. «Пылающая трава!» — тихонько выругалась эква и осторожно поставила на мост вторую ногу. Сергей забрался верхом и скомандовал ей двигаться дальше.

— Луденса, когда мы перейдем, прерви заклинание, — распорядился человек. — Следи за той стороной, и вновь создай мост, когда мы вернемся. Алекта, покажешь мне там дорогу.

— Нет! — резко вскинула голову медная довния.

— Что значит — нет? Ты поклялась следовать за мной, — напомнил Серый.

— Но… я… — по ее шкуре пробежала дрожь. — Вдруг он меня не выдержит! Выглядит, как простой туман!

— Мой мост абсолютно прочный! — возмутилась Луденса.

— Но можно хотя бы сделать его поярче? — жалобно попросила довния.

— Нет, не получится.

— У меня при мысли встать прямо на воздух поджилки трясутся!

— Значит, прав был Редукс когда говорил, что эквы струсят в самый ответственный момент, — произнес вестник.

— Что? Он так говорил?! — сердито воскликнула Алекта. — Я вовсе не струсила!

Напоминание о брошенном бригадиром оскорблении помогло экве справиться со своим страхом, и она решительно шагнула вперед.

— Идемте, чего встали, — буркнула она, протиснувшись мимо Селики.

У Сергея и самого замирало сердце при взгляде вниз. Все-таки ночью идти было бы легче: и «млечный путь» светился ярче, и далекое дно скрыла бы тьма. Человек поднял голову кверху и постарался не думать о том, как его тело, набрав приличную скорость, падает на острые серые камни. К счастью, Селика не отличалась таким буйным воображением. Убедившись в прочности моста, она шагала по молочной дымке, как по обычной мостовой.

Эквы переправились через каньон и стали взбираться по пологому склону, оставляя копытами в рыжих лишайниках длинные борозды. Вскоре они добрались до седловины между двух пиков, и взору вестника открылась небольшая долина. По ее склонам рос густой кустарник, увешанный гроздьями рандий, а внизу вокруг небольшого озера виднелись останки развалившихся шалашей. Вокруг кустов шныряли стайки маленьких красно-синих птиц, а на песчаном пляже у воды отдыхало семейство илбисов.

— Вот здесь мы и прятались, — пояснила Алекта.

— Да тут целый сад, — произнес Серый. — Вы не пробовали фруктами торговать? Рандии дорого стоят.

— Это-же дички, — ответила медная эква. — Совершенно несладкие. Их даже задешево неохотно берут.

Она подошла к ближайшему кусту и, откусив гроздь, с наслаждением стала жевать. Сергей сорвал себе рандию и тоже попробовал: скулы моментально свело кислым соком. Действительно, на продажу эти фрукты не годились.

— Все детство их ела, — поделилась воспоминаниями разбойница. — Мы тут прожили почти два тотума сезонов. Потом нас выследили и пленили, и пришлось отрабатывать на рандиевых плантациях. Поэтому я терпеть не могу садовые рандии, а дички обожаю до сих пор!

— Места маловато, вся армия не поместится, — произнес вестник. — Тут есть другие долины?

— Есть, но такие же маленькие, — ответила Алекта. — Придется отряды частями перемещать.

— Плохо, тяжело будет добиться от них слаженных действий, — поморщился Сергей.