Хорния поднялась и что-то тихо сказала Секуру. Тот кивнул, положил голову на передние ноги и прикрыл глаза.

— Моя спальня готова? — обратилась она к горничным.

— Да, луни Лурия, все готово, — почтительно доложила одна из прислужниц.

— Хорошо, уберите здесь, — распорядилась аристократка и обернулась к хорнию. — Отец, я готова сменить тебя в любой миг, в случае необходимости сразу зови.

Он что-то фыркнул, не поднимая головы, и Лурия направилась к боковому выходу из зала. Сергей стал обдумывать дальнейшие действия. Вскочить и броситься прямо на Секура? Слишком опасно. Любая эква-служанка легко собьет его с ног, а сам хорний мог и молнией шарахнуть в случае опасности. От молний магический «иммунитет» человека не спас бы. Следовало подождать, пока все разойдутся, и маг получше заснет.

Вестник продолжил следить за происходящим в зале. Прибравшись, часть служанок ушла, но две довнии так и остались дежурить возле дремлющего лукса. Сергей предположил, что они простоят там всю ночь, а значит, застать Секура одного ему вряд ли получится. Настала пора переходить к активным действиям, но человек все никак не мог решиться выйти из укрытия. Внезапно он почувствовал легкое прикосновение к спине и замер. Испуганно глянув вверх, он заметил, как бронированная фигура над ним подергала хвостом. Оказалось, Серый прятался вовсе не под статуей, а под самым настоящим живым экусом. К счастью, шлем сильно сужал стражнику обзор, поэтому он до сих пор не заметил притаившегося человека.

Сергей стал медленно пятиться, пока не уперся в какое-то препятствие. «А кто это у нас тут прячется?» — услышал он возглас Лурии и попытался встать, однако все тело охватила странная слабость. Не успев вовремя отреагировать на обездвиживающее заклятие, вестник уже не мог ему сопротивляться. Ковровая дорожка заглушила цокот копыт, так что Серый не слышал, как эква к нему подкрадывалась. Стражник обернулся на голос и, поприветствовав дочь хозяина почтительным кивком, вновь замер. Молодая хорния подняла человека за руку, положила его на спину и куда-то понесла. «Забавный малыш, как он тут оказался? — вслух рассуждала она по пути. — Не припомню такого в нашем зверинце». Эква пронесла своего пленника по лабиринту коридоров в заднюю часть замка. Спустившись в подвальное помещение, она сбросила свою ношу на пол и обратилась к местному распорядителю:

— Пекус, смотри, кого я поймала! Я собиралась взглянуть перед сном на потуги младших пройти через защиту и повстречала этого кари в холле. У тебя никто не сбегал, случайно?

— Нет, хозяйка, это не наш, — ответил бурый довний. — У нас таких уродцев отродясь не водилось.

— Ясно, в любом случае, приготовь клетку. Я займусь им после того, как прогоним врагов.

Довний ушел в соседнее помещение, а эква создала светящийся шарик, чтобы осмотреть свой улов. Удивленно вздохнув, она отступила на шаг, и по ее шерстке пробежала дрожь.

— Вестник?! — пораженно воскликнула хорния.

— Да, собственной персоной, — усмехнулся Серый.

— Что Вы тут делаете? — спросила она.

— Исполняю волю Люсеи, конечно же, — туманно пояснил ее пленник.

— Как Вы тут оказались?

— По воле Люсеи, — терпеливо повторил вестник.

— Вы хотите разрушить защиту? — произнесла Лурия.

— Старшие братья бросили вызов создательнице, — сказал Сергей. — А я собираюсь им помешать.

— Воля Люсеи в том, чтобы поднять экусов на великую битву! И ее милость будет обращена к победителю! — воскликнула эква. — Я пойду извещу отца.

— Стой! Я хочу кое-что тебе рассказать, — остановил ее человек.

Серый чувствовал, как онемение стало постепенно проходить. Он не надеялся убедить гордую луни, но желал как можно дольше ее задержать, чтобы она не подняла тревоги. Посланник богини стал подробно рассказывать о проклятии. Потом он перешел на историю предательства. В конечности медленно возвращалась сила, но человек пока старался не показывать вида.

— Это ложь! — яростно воскликнула хорния, когда вестник упомянул роль Митиса Сэро в этих событиях.

— Нет, это — правда. И Люсея не освободится, пока вы не отдадите мне королевские амулеты, — жестко заявил Сергей.

Он вскочил на ноги и вынул из ножен меч. Сперва он хотел просто припугнуть экву, но, почувствовав охватившее его тепло, понял что происходит и воздел клинок над головой. От хорнии к человеку протянулся светящийся поток энергии, и Лурия стала быстро слабеть. Попытавшись сделать шаг, она споткнулась и повалилась на пол. Из-за отобранной у волшебницы силы у Серого волосы встали дыбом, а по коже забегали разряды энергии. Теплое чувство превратилось в сжигавший его изнутри жаркий огонь.

«На помощь!» — из последних сил крикнула эква. Смысла скрываться больше не было, и вестник, пинком распахнув дверь, выбежал в коридор. На шум стали выглядывать экусы, испуганно шарахавшиеся при виде искрящегося меча. Внутренности Серого скрутило от боли, и только охватившая его ярость заставляла продолжать двигаться дальше. От полученной магической силы вестнику следовало избавиться, и как можно скорее. Ворвавшись в холл, он увернулся от неуклюжих бронированных стражников и вбежал в главный зал Сэро-Лакумов. Пожилой хорний поднял голову, недоуменно огляделся по сторонам и повернулся к вторгнувшемуся человеку. Сергей направил клинок на Секура и «выстрелил». Луч магической силы ударил в голову мага. Экус дернулся, как от разряда, и обмяк, впав в полуобморочное состояние.

Если голодному человеку сбросить на голову мешок картошки — это его не накормит, а наоборот, может даже стать причиной гибели. Так и хорний в этот миг почувствовал себя, как стукнутый пыльным мешком. Прежде чем использовать полученную магическую энергию ее требовалось «переварить» и «усвоить», но сперва — прийти в себя после внезапного «подарка».

Снаружи донесся нарастающий гул, завершившийся звоном лопнувшей струны. Несколько секунд тишины. Резкий вскрик командира, и легион экусов взревел атакующим кличем, а земля затряслась от ударов копыт армии вестника. Два табуна скаков солдаты преодолели в мгновение ока. Стражники не успели запереть двери замка, а экусы в полном латном доспехе, дежурившие в холле, играли скорее декоративную роль, чем охранную и не смогли оказать сопротивление. Вскоре главный зал Сэро-Лакумов оказался заполнен войсками. Селика с Алектой пробились сквозь строй к своему подопечному и встали по сторонам, исполняя свои функции телохранительниц, а следом к посланцу создательницы подошли четверо младших братьев. Сергей поднял руку, требуя тишины. Этот жест вестника уже был всем знаком, и экусы стали замирать. Когда стих цокот копыт и перестук деревянных пластин нагрудников, человек торжественно заговорил:

— Секур Сэро-Лакум, твой город — пал и, согласно заключенного Договора, я требую капитуляции клана Сэро-Лакумов.

Пожилой экус медленно обвел взглядом набившихся в зал солдат, опустил голову и ответил:

— Я подчиняюсь.

Зал взорвался ликующими криками. Отступление, тяжелый путь по горам, бесславно закончившаяся первая атака на город сильно подорвали дух солдат, но эта победа показала, что, не смотря на все выпавшие им испытания, Люсея не оставила их.

— Секур, нам надо обсудить некоторые вопросы, — радостно произнес Рем Сэро-Стрейн.

— Посреди ночи? Какой ты нетерпеливый, — мрачно усмехнулся побежденный экус. — Мы все обсудим, но сперва я прошу вестника переговорить со мной наедине.

— Хорошо, веди, — разрешил Серый и взмахнул рукой.

Хорний прошел сквозь толпу солдат к выходу из зала, поднялся по лестнице на второй этаж и привел посланца богини к своему кабинету.

— Ждите у входа, — приказал человек своим телохранительницам и вошел внутрь.

Обстановка отличалась роскошью, присущей всем старшим братьям. Высокие окна от пола до потолка с витражными вставками в верхней части. Резной стол такого размера, что на нем могло улечься три экуса в ряд. Гобелены, ковры, стальное оружие развешенное по стенам, а над рабочим местом хозяина висел массивный шлем с вырезом под рог хорниев. Сергей подошел поближе, чтобы его рассмотреть: так и есть — чистый кайлубис.

Глава клана вынул из-под стола подушку, устало присел и отвернулся к окну, не решаясь заговорить. Сергей его не торопил. Он прошелся вдоль стен, любуясь вышивкой гобеленов и резьбой на церемониальных лансах. Собравшись с мыслями, Секур, наконец заговорил:

— Вестник, я осознаю тяжесть своей вины перед создательницей. Я молю лишь об одном: попросите Люсею помиловать моих детей.

— С чего ты взял, что богиня будет их наказывать? — удивился Серый.

— Из-за предательства, — ответил хорний. — Наш предок предал создательницу, и на всем нашем роде лежит проклятие.

— Значит, ты знаешь о том, как Митис Сэро и Робур Кастигор пленили Люсею? — спросил человек.

— Да, нам стало это известно из секретной части «Наставления». Наш предок подробно все изложил для сведения потомков.

— Почему же вы отказались вернуть амулеты, если знали, что они требуются для освобождения создательницы?

— Потому что испугались ее гнева. За предательство пред ней ответит весь наш род. Ведь род Кастигоров она уже уничтожила.

— Не совсем так, — решил уточнить этот момент Серый. — Когда Синсера Кастигор — последняя из рода — узнала о предательстве, она публично изобличила преступление предка и отреклась от своего рода. Таким образом, формально род Кастигоров прервался, но Синсера осталась жива. Свой поступок она совершила вовсе не из страха перед богиней, а из необходимости снять с Эвлона проклятие.

— Значит, можно надеяться, что кары создательницы минуют моих детей?

— Да, Секур, от имени Люсеи я обещаю, что твоих детей и остальных отпрысков рода Сэро не коснется кара за предательство Митиса Сэро, — торжественно заявил вестник. — Но ты и остальные старшие братья виновны в том, что пошли против воли богини, и будете наказаны за свои собственные поступки.