Вскоре подлесок стал гуще, и отряд снизил скорость передвижения. Над тропой нависли толстые ветки дубов, и человеку пришлось пригнуться к спине довния, чтобы не получить удара по голове. «Пора!» — подумал Серый, увидев приближение очередного сука. Он подтянул ноги и резко подпрыгнул. От удара животом об ветку у вестника сбилось дыхание. Он вцепился пальцами в шероховатую кору и повис, приходя в себя после удара. Пока экусы заметили пропажу и стали разворачиваться, человек взобрался на ветку, переполз к стволу и стал карабкаться вверх. Быстро свалить толстый дуб похитителям не удалось бы, и у вестника имелись все шансы дождаться, пока его хватятся и начнут искать.

Довнии несколько раз от души лягнули по стволу, но безрезультатно — Серый даже ничего не почувствовал. Они тихонько посовещались, потом один из солдат ускакал, а остальные остались на страже. Человек решил спрятаться поглубже в листьях и перелез на несколько веток повыше. На него сердито зацокала муриса — юркий зверек выглядывал из узкого дупла в стволе дуба. Сергей подполз ближе, и муриса, недовольно заверещав, выскочила наружу и перепрыгнула на соседнее дерево, откуда принялась ругать нарушителя на своем цокающем языке.

У вестника на шее висело два амулета. «Уж лучше они останутся тут, чем достанутся похитителям», — подумал он. Сунув руку в дупло, Сергей нащупал кучу маленьких шариков — у мурисы там оказался склад орехов и желудей. Человек снял медальоны и запихнул их под самый низ кучи.

Вечерело. В лучшем случае вестника начнут искать только утром. Оставалось надеяться, что экусы до этого времени не придумают, как снять человека с верхушки дерева. Серый стал готовиться к ночевке: нашел удобную развилку и устроился так, чтобы случайно не свалиться, если он вдруг уснет. Наконец, к похитителям подоспела подмога. Гонец вернулся с каким-то хорнием, одетым в простую матерчатую сбрую с железными пряжками. Вестник решил, что его попытаются парализовать, и для проверки раслаблено повис на ветках — тело держалось. «Ничего у них не получится», — удовлетворенно подумал он. Видимо, хорний пришел к такому же выводу. Вскинув голову, маг, безо всяких предисловий и попыток переговоров, запустил вверх огненный шар. Взрывная волна сорвала с дерева всю листву. Человека выкинуло из развилки, и он, собирая боками по пути все суки, полетел вниз.

Ветки, хоть и наставив ему синяков, замедлили падение, но все равно от удара о землю Серый потерял сознание. Когда он пришел в себя, то обнаружил, что его крепко связали, перекинули через спину и куда-то продолжают нести.

— …сбегутся на феерверк! — ворчливо выговаривал на ходу офицер.

— Так его же магия не берет, — отвечал хорний. — Сам же говорил «Срочно — срочно»!

— Мог бы придумать что-то менее заметное.

— Ха, придумать. А потом сам бы жаловался Айвусу, что я слишком долго возился, — хмыкнул хорний и убежал вперед, прекратив разговор.

Слово «айвус» переводилось как «древнейший». Видимо с этим «древнейшим» Сергею и предстояло вскоре повстречаться. Лес погрузился в темноту, лишь где-то впереди маячил созданный хорнием светящийся шарик.

Скакали довольно долго — почти до пол-утра следующего дня. На каждом подскоке тело человека пронзала боль от ушибов, а нос и щека, оказавшиеся прямо напротив одной из пряжек сбруи, покрылись сетью мелких царапин. Дорогу Серый запомнить не мог бы при всем желании. Даже примерного направления. Все, что он видел: ноги экусов, да покрытый мелким кустарником подлесок.

Наконец, отряд прибыл на место. Человека сбросили на землю, и он, кое-как приняв сидячее положение, осмотрелся. Небольшая поляна была очищена от кустов, а трава — коротко подстрижена. Посередине возвышались развалины сторожевой башни. Массивные каменные блоки покрывал толстый слой мха, при этом, деревянная крыша выглядела достаточно новой, а окна первого этажа были закрыты резными ставнями. Вполне возможно, что башню изначально и построили в виде развалин — уж больно живописно она смотрелась.

Навстречу отряду из башни вышел хорний. Двигался он неторопливо с полной уверенностью, что все остальные будут ждать столько, сколько потребуется. Его шерсть выглядела не белой, как у прочих хорниев, а абсолютно седой. Седые волоски блестят иначе, чем белые. Истончившаяся шкура обтягивала слабые усохшие мышцы старика, а на морде кожа собиралась складками морщин. Хотя стояла еще теплая погода, экуса прикрывала толстая стеганая попона. Этого хорния неспроста называли «древнейшим», выглядел он так, будто видел создание мира. Что же помогло ему так долго прожить?

— Айвус? — хрипло спросил Сергей.

— Да, Александр, теперь меня зовут так, — фыркнул экус.

— Я не Александр, — сказал человек.

— Слышал, — опять усмехнулся старик. — Но между нами-то, к чему эти глупости? Я знал, что ты не сумеешь сохранить всю свою силу, но что ослабеешь настолько — не ожидал. Надо было раньше тобой заняться.

Человек промолчал, не найдя, что сказать. Очевидно, его приняли за другого, но почему — он пока не мог понять.

— Ты провел луксов, как жеребят, заставив отдать тебе амулеты, — продолжил Айвус, — придется исправить эту оплошность.

— Я их выиграл в честном бою! — возмутился Серый.

— Честный бой? Ты против смертных? — старик расхохотался. — В честном бою обезьяне экуса не победить!

Он обернулся к довнию-офицеру и приказал:

— Принеси медальоны.

Солдаты подняли Серого за плечи, а офицер дернул за ворот рубашки, оборвав несколько пуговиц.

— Их нет! — испуганно доложил он. — Тут только вот что…

Довний стащил с шеи человека шнурок с кайлубисовой бусиной. Эту награду Сергей получил еще в Эвлоне за помощь в уничтожении демона и с тех пор ни разу не снимал. Айвус положил бусину на копыто, сердито фыркнул и зашвырнул ее в кусты.

— Где амулеты?! — взревел он.

— Они были на нем, я видел, как он их надел перед поездкой, — дрожащим голосом сообщил офицер.

— Где амулеты?! — Айвус пристально уставился на похищенного человека.

Серый почувствовал прикосновение к мозгу ментального щупальца. Хорний был уверен, что вестник имеет к магии иммунитет, но сейчас от злости мог об этом забыть. Еще чуть-чуть, и он бы вломился прямо в мысли человека.

— Они упали! — выкрикнул Сергей.

— Как — упали? — наморщил нос хорний.

— По пути! Я что виноват, что меня вверх ногами везли?

— Где упали?

— Откуда я знаю? Меня оглушили, и полдороги я был без сознания.

Гневный взгляд старика переместился на офицера, и Серый вздохнул с облегчением. Похоже, ему удалось отсрочить ментальный допрос.

— Болваны копытоголовые! — с копыта древнего хорния сорвалась маленькая молния и ударила в круп провинившегося экуса. — Найти! Прочесать все! Заглянуть под каждый листик, но чтоб медальоны были тут!

Полы попоны разъяренного экуса слегка разошлись, и в прорехе показался блестящий кайлубисовый клин. Взгляд вестника уперся в его шею, и по телу пробежала дрожь. Третий королевский медальон. Тот самый — с тирнийской «звездочкой», из-за пропажи которого Лакумы и Дисы враждовали почти два легиона сезонов. Откуда он взялся у этого старика?

Перепуганные солдаты бросились в лес, оставив после себя запах паленой шерсти. С хозяином осталось только двое телохранителей. Он неторопливо развернулся и так же неторопливо пошел в дом.

— Что делать с пленником? — спросил телохранитель.

— В яму, — распорядился Айвус. — Возможно, я захочу с ним еще разок побеседовать.

Человека поволокли к обрушившейся части башни. Там в полу был проделан лаз, закрытый толстой ржавой решеткой. Экусы отодвинули засов и спихнули Сергея вниз. Пролетев несколько метров, он упал боком в грязь — в крыше над ямой зияла огромная дыра, и дождевая вода размочила скопившуюся на полу пыль. Серый переполз в относительно сухое место и устроился на ворохе прелых листьев, насколько это позволяли связанные руки с ногами. В книгах герои сразу же перетирали веревки о предусмотрительно подкинутый автором острый камень, но в этой яме ничего подобного не наблюдалось. Стены и пол подвала были отделаны гладкими округлыми валунами. Возможно, какой-нибудь подходящий предмет мог лежать в слое грязи, но лезть в нее человек пока не хотел. Зубами дотянуться до веревок Серый не мог — руки ему связали за спиной. Как похитители вообще догадались связать руки сзади? Впрочем, это было вполне объяснимо. Если земным лошадям завести передние ноги за спину невозможно, не вывернув напрочь их из суставов, то конечности экусов были намного гибче, и местных преступников иногда связывали подобным образом. Вестник попробовал подвигать руками, чтобы ослабить путы, но набухшая от воды веревка сидела, как влитая. Оставалось надеяться, что она просохнет и не будет держаться так крепко.

Человек стал стал обдумывать свое положение. Любой уважающий себя кинозлодей перед тем, как заточить героя в подземелье, должен был рассказать ему обо всех своих планах, а этот, сволочь такая, даже не изволил толком представиться. Кто он такой? Кто мог скрываться за прозвищем «Айвус»? Сергей не был силен в истории Тирнии, но некоторые соображения у него появились. Хорний назвал его «Александром». Хотя это имя упоминалось в «Наставлении Митиса Сэро», тирнийцы читали его, как «лекасиандре» — похожее по написанию местное слово. Правильно произнести его мог только тот, кто слышал это слово ранее. Кто мог сказать о нем Айвусу? Кто-то, кто жил во времена его посещения Тирнии? Кто-то, кто украл амулет и передал его потом Айвусу?

Обычные экусы доживали до полутора тотумов табунов сезонов, или примерно до ста лет по земным меркам. Митис Сэро прожил почти в два раза больше, но он обладал величайшей магией, доступной местным жителям. Вряд ли похититель амулета смог бы прожить еще дольше. Возможно, Айвус не второй, а третий в этой цепочке, все-таки прошло два легиона сезонов с тех времен.