Найдя слова «Причины эпистатуса», я выделил несколько пунктов, которые могли иметь место: резкое прекращение приема противосудорожных препаратов; злоупотребление лекарственными средствами, которые могут изменять эффекты противосудорожных средств; употребление алкоголя и наркотиков — это было маловероятно, но Крис говорила, что делала неправильный выбор, поэтому я не стал исключать. И все это значило только одно — ее жизнь не так проста и хороша, как я считал.

Посмотрев на дату в нижнем уголке экрана, я плюнул на позднее или точнее раннее время и набрал номер Слима. Пора было выяснить правду! А обещанные сроки истекли несколько дней назад.

***

Сообщив, что моя просьба была выполнена, со мной не спешили поделиться собранной информацией.

— И долго ты еще будешь молчать? — я крутился на вращающемся стуле и смотрел в потолок. А Слим тем временем, сидел, упершись локтями в колени, опустив голову.

— Я считаю, что тебе лучше не знать этого. Серьезно, брось ее. Найди простую и милую девушку, если так хочешь встречаться с кем-то, а о ней забудь.

— Забыть? — остановил вращение. — Если бы все было так просто и легко, я, может быть, и последовал твоему совету, гений — оторвавшись от лицезрения собственных ног, он посмотрел на меня.

— И что значат твои слова? — отталкиваясь пятками от пола, я за два рывка приблизился к нему, соприкасаясь коленями.

— Произнести по слогам? Я не уй-ду от-сю-да, по-ка не ус-лы-шу все, что хо-тел — закончив этот каламбур, выпрямился на стуле. — Достаточно?

— Вполне! — зло бросил мне в лицо и отвернулся. — Но договоримся так: рассказывать я буду в той последовательности, которую сам выберу.

— Валяй — разрешая, махнул рукой.

— Начну пожалуй с того самого Адама, про которого ты мне говорил.

— Ты вычислил его? По одному имени? — это было так неожиданно, что даже заставило по-другому ощущать собственное тело. Я сменил позу на стуле и приготовился слушать, но взгляд друга настораживал.

— Когда я стал копаться в биографиях этих людей, имя само всплыло. Только ты сильно заблуждался, думая, что центром всего является Кристин. Главный персонаж тут как раз Адам. И не просто какой-то Адам, а…

— Слим?

— Ты знаешь его. Вся страна знает. Его фамилия Андроус. Адам Андроус. Один из самых богатых и влиятельных людей мира — отклонившись на спинку стула, парень начал поворачиваться на нем из стороны в сторону, давая мне время переварить это.

«Ее жизнь принадлежит мужчине. Очень влиятельному мужчине. Порой кажется, что его власть безгранична» — так вот что он имел в виду, говоря о влиянии. Значит, это была правда. Кристин жила не за счет денег Оуэна. Ее обеспечивал другой. В сотни раз превосходящий своим состоянием.

— Подробнее. Фамилия знакомая, но…

— И почему я не удивлен? Тебя интересуют только твои машинки. Ты хоть бы изредка смотрел новости.

— Эй! Я же молчу, что ты у нас повернутый на компах.

— Ага, как же! Молчит он — с нечеловеческой скоростью набрав что-то на клавиатуре, он вывел на экране фото того самого Андроуса. И был он намного старше, чем предполагаемый покровитель Крис.

— Адам Андроус. Сорок девять лет. Владелец корпорации «Андроус Энтерпрайзис». Стоимость его активов оценивается в пятьдесят два и семь десятых миллиарда долларов — нажав на какую-то клавишу, Слим сложил руки в замок и поднес их к лицу. На экране стали сменяться разные фотографии. — Сейчас ты видишь то, чем занимается этот человек. У него самая крупная судостроительная и судоперевозочная компания США, сеть пятизвездочных отелей, игорных домов, ночных клубов, частных клиник. Есть еще компания, которая обеспечивает безопасность крупных мировых организаций. Это высокотехнологичные системы наблюдения, охранное подразделение, компьютерная безопасность — я сидел и не мог проглотить собственную слюну.

— Это еще не все.

— Еще не все?! По мне, так уже перебор — провел рукой над головой.

— Сейчас Андроус активно ведет политическую деятельность, но, думаю, он сам понимает, что далеко продвинуться ему не помогут даже деньги.

— Почему?

— Да потому, что он и так имеет больше, чем должен простой человек. К власти не ставят тех, кем нельзя управлять. У каждого в мире своя роль. И решают такие как Адам. А исполняют те, на которых мы смотрим с экрана. Но Андроус захотел стать всем и сразу. Этого не допустит ни одна из сторон — повернувшись на стуле, Слим вновь набрал что-то и фотографии мужчины сменились на фото женщины.

— С тысяча девятьсот девяносто девятого года женат на Эвелин Девон. Британки голубых кровей — я смотрел на изображение невероятно красивой женщины. Казалось, в ней не было ни одного изъяна. Лицо, фигура, одежда — все было безупречно. Только выглядела она очень холодно и надменно.

— Ее родословная берет начало с семнадцатого века и даже имеет свой герб. Мать и отец, Грейс и Александр Девон, приближенные к королевской семье — чем больше я узнавал, тем дурнее мне становилось. Эти люди, о которых мне рассказывали — какое отношение они имели к Крис?

— Зачем ты мне рассказываешь об этом?

— Потому что они часть того целого, к которому принадлежит интересуемая тебя девушка. Или ты уже испугался? Мне остановиться?

— Нет — он был прав. Я напуган. Но ни в коем случае не дам задний ход. — Сколько ей лет? Выглядит молодо.

— Да, для своих тридцати семи — у меня даже немного расширились глаза. Женщине на фотографиях можно было дать максимум тридцать лет.

— Итак, Эвелин Андроус. В возрасте пятнадцати лет сбегает в Америку и до начала девяностых о ней нет никакой информации. Затем, словно по щелчку пальцев, она начинает появляться в нескольких довольно крупных журналах. Обложки, дефиле… В общем набирает славу и становиться довольно значимой фигурой с сфере моды. Но после замужества с Андроусом прекращает эту деятельность. Начинает вести жизнь светской львицы. Приемы, благотворительность, организация выставок, своя линия ювелирных украшений, и тому подобное — почесав затылок, размял шею.

— Если у него есть настолько привлекательная жена, а к этому еще и огромные возможности, то зачем ему Крис? Я просто не понимаю, как их жизни могли пересечься? Что значит, она принадлежит ему? Кристин что, его любовница? А Оуэн? Как связан со всем этим он?

— Ты бежишь впереди паровоза, Вер. Я же сказал, что порядок выбираю сам — мои нервы сдавали. Правая нога сильно тряслась.

— Извини. Продолжай.

— Помнишь фото блондинки, которое ты мне показывал. Я еще сказал, что знаю ее? — кивком ответил на его вопрос. — Это Габриэлла Андроус. Дочь Адама.

— Дочь? Внебрачная?

— Нет. Тут все намного запутаннее — нажатие одной кнопки, и перед моими глазами возникает коллаж из фотографий той девушки, которую я видел всего лишь один раз. Мельком и в ночи.

Смотря на нее вблизи, рассмотрев каждые черты, понимаю, что она еще прекрасней, чем мне запомнилось. Совершенство — единственное слово, которое подходит к ней. Словно само воплощение понятия красоты. И внутри меня что-то просыпается. Желание, похоть, восхищение. Все это огромной волной ударяет по мне и уносит вглубь темноты. Туда, откуда нет выхода. Но пугает не это. А то, что сейчас она напоминает мне кого-то еще больше, чем в первый раз, когда я увидел ее с ним тем поздним вечером.

— Что ты хочешь сказать?

— Она не его родная дочь.

— А чья?

— Семьи Уильям, которая погибла в автокатастрофе вскоре после ее рождения.

— Он удочерил ее?

— Да, но… — Слим начинает вести себя так, будто пытается скрыть ужасную тайну. Сильно нервничает, отводит глаза.

— Но что Слим? Рассказывай!

— После смерти семьи Габриэллы, ее берет на воспитание Грейс Девон, мать Эвелин. Это был восемьдесят восьмой год, тот, в который она сбежала из Англии.

— Тогда… Боже…

— Не буду утверждать, но может быть, Эвелин пришлось не по душе решение матери.

— И из-за этого она убежала? На другой континент?

— Мы может предполагать, но правду знают только они сами.

— Хорошо, но как так получилось, что Адам стал приемным отцом этой Габриэллы? Грейс добровольно отдала ребенка, которого воспитывала? А что же Эвелин?

— Я не знаю. Все, что известно, так это то, что Эвелин сама забрала Габриэллу, когда ей было одиннадцать. Затем, через неделю, состоялась их с Адамом свадьба, после которой он официально объявил девочку своим единственным ребенком и наследником.

— Они не могли завести своих детей? И все равно это странно. У меня сложилось впечатление, что Эвелин недолюбливала Габриэллу.

— Я сам ломал голову над этой ситуацией. Но понял одно. Андроус не просчитался, сделав ее своим приемником.

— Как ты это понял?

— По ее достижениям. У этой девчонки золотые мозги. В прямом смысле. Она за год осваивала двухгодичный школьный курс. В двенадцать лет получила диплом о среднем образовании, а затем поступила в Калифорнийский университет в Лос-Анджелесе. Результаты ее тестов поражают. Она получила максимальное значение по SAT!

— Вижу, это девчонка задела тебя — усмехнулся я. — Есть же дети — вундеркинды. Считай, что Габриэлла одна из них.

— Учеба еще не все. В возрасте одиннадцати лет она аккомпанировала королевскому филармоническому оркестру.

— Это что еще?

— Это то, что считается невозможным. Я не музыкант, поэтому ничего не могу сказать о ее таланте к игре на фортепиано. Но она стала сенсацией. И не только в Англии. Конечно, здесь не обошлось без вмешательства Грейс, потому что в молодости она была солисткой-инструменталисткой этого оркестра до тех пор, пока не покинула его из-за травмы запястья. Но даже с ее связями, не думаю, что это было бы возможно, не имей Габриэлла выдающихся способностей.

— И все равно это не дает ответов на мои вопросы.

— Тогда продолжим рассказ мужчиной, который имеет весьма странное имя. На сцену выходит мистер Оуэн — щелкнув пальцами, он несколько раз обвел невидимый круг указательным пальцем в воздухе.