27

Мак постукивал по рулю в такт рэпу по радио, а Дастин ерзал рядом. Обычно их общая любовь к рэпу приводила к спонтанным джем-сейшинам в машине.

— Что случилось? — спросил он своего необычно молчаливого племянника. — Ты нервничаешь из-за внезапного дриблинга на футбольном поле? У тебя развилась фобия по отношению к гигантским жукам?

Дастин пнул бардачок, его ботинки оставили пыльные отпечатки. Поскольку он не пошевелился в ответ, Мак пропустил это мимо ушей.

— Так что же?

Парень потянул за ремень безопасности, будто боролся с питоном.

— Я... я должен тебе кое-что сказать. Просто не злись сразу, ладно? Я этого не делал.

Его слова не предвещали ничего хорошего. Мак приглушил музыку.

— У нас уже был этот разговор раньше, Дастин. Я не могу обещать, что не буду злиться, но выслушаю.

Его племянник повернулся к нему боком на сиденье.

— Серьезно, это не моя вина.

По-моему, он недавно говорил эти слова, разве нет?

— Хорошо, я готов выслушать.

Племянник вздохнул, будто только что вынырнул из глубин океана.

— Я знаю, кто позвонил насчет бомбы.

Руки Мака дернулись на руле, и машина вильнула вправо.

— Что? — Он съехал на обочину и припарковался.

— Серьезно, он всего лишь подросток, я был расстроен из-за переезда сюда. Он злился, что мне нужно уезжать. Не знаю, зачем он это сделал. Он просто был... взбешен.

Это было... невероятное с большой буквы «Б». Мак отстегнул ремень безопасности и повернулся лицом к своему племяннику.

— Поскольку я знаю твоих друзей, о ком идет речь? Джереми?

Мак увидел знакомые вытаращенные глаза, смотревшие на него.

— Я не хочу называть тебе его имя. Ты убьешь его.

Умный ход. Он уже может заказывать надгробие.

— Послушай, я знаю твоих друзей и могу читать тебя, как книгу. Джереми подонок и запросто может провернуть это дерьмо. Откуда он узнал, когда заканчивается турнир?

Его плечо приподнялось.

— Я отправил эсэмэску «Игра за игрой» всем своим друзьям, как всегда делал.

Красная дымка застилала глаза.

— Несмотря на то, что я конфисковал твой телефон?

— Я... вроде как вызвался подержать телефон Ретта, пока он играл.

Бл*дь. Черт. Дерьмо. Выдох Мака заполнил машину. Он сосчитал до десяти. Это не помогло.

— Дай мне секунду.

Он открыл свою дверь и провел одиночную китайскую тренировку, кружа вокруг своей машины, надеясь, что движение поможет ему обуздать свое желание потерять самообладание с идиотом-подростком. Ветер хлестал по лицу. Дастин вытянул шею, следя за каждым движением Мака. Машины проезжали мимо, вероятно, задаваясь вопросом, какого черта он делает. Он подумывал сделать табличку — «Продаю этого ребенка». Затем на ум пришла Эбби. Он не знал, как она это воспримет. Может она за ламинирует эту табличку. Он расправил плечи и вернулся в машину.

— Пожалуйста, не злись, — взмолился Дастин. — Ты прав. Он засранец, но он мой друг. Он не хотел никому навредить. Это ведь была шутка, ложная угроза.

Уши Мака горели. Жар распространился по лицу.

— Бомбы не было?! И ты думаешь, что из-за этого все в порядке? В какой вселенной ты живешь, Дастин Мейвен? — Его хладнокровие лопнуло. — Мне пришлось эвакуировать сотни людей из отеля в дни открытия и турнира. Люди были в ужасе. Черт возьми, даже я испугался. А ты думаешь, что это нормально, потому что...

— Тебе не нужно это повторять. Я знаю. Извини! Хорошо? — Его футболка сморщилась, когда он дернул ее. — Он мой друг, глупый друг, и он сделал это ради меня. Я заглажу свою вину перед тобой. Я больше не собираюсь с ним дружить, но, пожалуйста, не отправляй его в тюрьму.

Мак откинул голову на подголовник. Закрыл глаза. Угроза взрыва исходила от какого-то тупого друга-подростка Дастина. Ему даже в голову такое не могло прийти, если он только обратится к своим адвокатам, то парня посадят, Мак даже не готов был спорить на деньги об исходе дела.

— Может Джереми и в той твоей школе тогда тоже сообщил об угрозе взрыва?

— Нет, но он знал того парня. Вероятно, ему пришла в голову эта идея именно, когда я уезжал. Это не сложно...

Он благоразумно замолчал. Мак держал глаза плотно закрытыми.

— Как ты узнал? Что еще более важно, когда?

— Наш общий друг слышал о награде. Ему нужны деньги на колледж, поэтому он подумывал рассказать все тебе. Я умолял его позволить мне все рассказать самому вместо него.

Его голова повернулась, встретившись с ним взглядом.

— Храбро. — Угрозу в его голосе нельзя было не заметить.

— Ни черта ни храбро. Но ты похож на черную пантеру, когда злишься. Пугаешь до чертиков людей. Я сказал ему, что меня ты не убьешь.

Он издал жужжащий звук.

— Пока нет.

— Я и раньше делал глупости. Ты же меня прощал.

О, черт. Карта Прощения. Иногда ему хотелось разорвать эту карту пополам.

— Я должен. Ты — семья. Теперь Джереми...

— Он облажался. Он очень переживал, что я уехал и знал, что мне это не нравилось, я ненавидел наш переезд. Он пытался отомстить тебе за меня.

Этот комментарий был прямым попаданием Маку в сердце.

— Ты хотел мне отомстить?

Дастин отстегнул ремень безопасности и положил локти на колени.

— Я так злился из-за того, что мы переехали. Каждый раз, когда я обустраиваюсь и завожу друзей, мы переезжаем. На этот раз я хотел... остаться со своими друзьями. Закончить с ними среднюю школу.

Ах, черт. Мак долго молчал.

— Я знаю, ты ненавидишь переезды, — сказал он через некоторое время, — но я обещал твоей матери, что мы всегда будем вместе. Надеюсь, когда-нибудь ты поймешь почему.

Его кулак ударил по воздуху.

— Я уже достаточно взрослый! Мне больше не нужно, чтобы ты притворялся моим отцом. Я знаю, что у меня его нет.

Если бы сердце могло гореть, то его сердце было бы в огне. Мак положил руку на плечо Дастина.

— Ты хочешь сказать, что тебя устраивает, что у тебя нет отца?

— Конечно.

— Ладно. У меня был самый дерьмовый отец в округе, а я все еще не в порядке с этим дерьмом.

— Может я умнее тебя.

Он фыркнул, раскаленный докрасна ожог превратился из острого в раздражающий.

— Может, ты полон дерьма. Дастин, я пытался дать тебе то, что мог бы дать нормальный отец, хотя мне пришлось учиться на книгах, как поступают нормальные отцы, черт возьми. Это не весело, когда с тобой обращаются так, будто ты пустое место и не существуешь, я не хотел, чтобы ты ощущал себя никем.

Дастин посмотрел вниз на ноги.

— Иногда мне казалось, что я — никто, когда мы переезжали.

Мак откинулся на спинку сиденья. О, Господи.

— Мне казалось, что отели важнее меня.

Эта пощечина заставила его вспомнить цитату Роберта Бернса о лучших планах мышей и людей.

— Посмотри на меня, — произнес Мак. — Отели — это то, чем я занимаюсь. Ты и твоя мама — часть того, кто я есть. Нет ничего важнее тебя и моей сестры. — Боже, пусть он поверит в его слова.

Кадык Дастина дернулся, как река, меняющая русло.

— Так ты не раздавишь Джереми, как жука?

Точно.

— Я еще не решил, что делать с Джереми, но разоблачитель получит деньги на колледж. Кто это был? Генри?

— Господи, ты что, читаешь мысли? Да, это был Генри.

Мак снова пристегнул ремень безопасности.

— Этот парень всегда казался мне приверженцем правил и правды.

— Он хочет стать адвокатом. Думает, что это его гражданский долг.

По крайней мере, хоть кто-то шел по прямой и узкой дороге.

— Тебе все равно придется рассказать все матери. Я не буду посланником в этом деле.

— Она будет плакать, не так ли?

Выплачет ведра слез, малыш.

— Она может. Тебе придется ее обнять и загладить свою вину.

— Черт.

Точно. Мак отъехал от обочины. Несколько минут они ехали молча.

— Спасибо, что поверил мне, когда я сказал, что не имею к этому никакого отношения.

Он говорил, как человек, который только что был спасен баптистами. Мак попытался перестать думать о последствиях, как ему предупредить Аарона, придумать, что делать с этим сопляком Джереми, и сообщить Пег...

— Не за что. Кроме того, ты же знаешь, что я умею читать мысли, верно? Было бы глупо пытаться протащить что-то подобное мимо меня.

Парень опустил стекло. Включил музыку по громче.

— Почему у меня нет этого твоего гена?

— Не волнуйся. Он может у тебя проявиться. — И поскольку текст предоставил ему такую возможность, он ударил Дастина по руке, прочитав рэп, раздающийся из радио: — «И я люблю тебя таким». В конце концов, именно к этому все и сводилось.

Дастин покачал головой и в такт прочитал припев в ответ Маку.

Он ухмыльнулся.

Его племянник может и подросток, совершающий ошибки, но он поступил правильно.

Есть за что быть благодарным ему.