− Заимствуешь?

Он кашляет в кулак.

− Я проводил время с новым охранником на прошлой неделе. Он был молод, интересен и понятия не имел, кем я был. Так что я флиртовал с ним достаточно долго, чтобы наблюдать за его пальцами, в то время как он водил ими по своему допуску.

Джордан ухмыляется.

− Хитрый.

− Я бы предпочел «ловкий», но я согласен и на это. Это был определенно один из моих самых прекрасных моментов, − он поднимает взгляд и замечает, как мы пялимся на него.

− Что? Я не верю в дискриминацию по признаку пола.

− О, не волнуйся, − говорит Саммер. − Мы уже знаем, что ты не избирательный.

− Или скромный, − добавляет Лэв.

Гейб показывает им средний палец.

— Теперь вы можете поблагодарить меня. Я нашел. Кайла перевозят в семь. Осталось совсем немного времени.

Я призадумываюсь.

− Этого будет достаточно. Но серьезно, если вам не хочется рисковать своей шеей с такого рода временными рамками, уходите сейчас. Я лучше приму завтра пару пуль, чем позволю Мэлоуну стереть мои воспоминания. И я обязана попытаться сделать что-то для Кайла. Что-нибудь.

Гейб берет мою руку.

− Я обязан не позволить Мэлоуну приблизиться к твоему мозгу. Мы семья. Мы держимся вместе.

− Точно, − говорит Джордан.

Саммер кивает. Октавия и Лэв оба напяливают мрачные улыбки, но сигнализируют, что они в деле.

Я сжимаю руку Гейба, и мои плечи расслабляются. Несмотря на мои протесты, у меня гораздо больше шансов с их помощью.

− Ладно, тогда. Что мы знаем об охране лагеря? Везде камеры, замки, которые требуют конкретного допуска, вдобавок активные системы защиты по периметру и камеры предварительного заключения.

− Активные защиты теперь включают ВАДы, − говорит Лэв. — Их починили, когда ты ушла, Соф.

− Класс, − ВАДы, другими словами воздушные атакующие дроны, одни из самых любимых оружий Красной Зоны, от которых трудно уклониться.

− Все это можно отключить, − говорит Октавия. − Если бы у меня было два месяца, я смогла бы найти способ проникнуть туда незамеченными, взять дрона и использовать его в нашу пользу. Теперь же даже если я могу выбить его из строя, они поймают меня за секунду.

Саммер накручивает прядь волос на палец.

− Ты должна выбить его из строя таким образом, чтобы они не смогли сразу же вновь включить его, как только тебя поймают. Может у меня есть что-нибудь, − она залезает на раковину и исчезает в вентиляции.

− Что, если мы выведем из строя электричество? — спрашиваю я. — И генераторы?

Лэв качает головой.

− В ту минуту, когда система обнаружит несанкционированную деятельность, весь лагерь погрузится в строгую изоляцию, пока ее не нейтрализуют. Выведи из строя электричество, и мы все тоже застрянем в темноте.

− Поэтому, даже если идея Саммер сработает, мы застрянем до тех пор, пока охрана не включит систему.

Октавия сердито смотрит на свой планшет.

− Вот почему мой способ будет лучше — мы не застрянем.

Я прислоняю голову к стене.

− У нас нет времени на твой способ.

− Есть аварийная блокировка, — Джордан показывает на Лэва. — Когда-то мы узнали об этом от Бондаря пару лет назад, помнишь? Проблема только в том, что единственным человеком, у которого есть ключ, чтобы приступить к использованию такого варианта — это Мэлоун.

А единственный здесь, кто может добраться до Мэлоуна — это я.

− Я могу справиться с этой частью. Мой рюкзак все равно в его кабинете. Мне надо идти.

− Как ты попадешь внутрь? − спрашивает Гейб.

− Я придумаю что-нибудь. Он интересуется моими воспоминаниями.

Лэв кивает.

− Так, значит пока ты у Мэлоуна, Октавия отключает систему безопасности и портит их сеть с чем-то, что есть у Саммер. Мы идем к блокировке. Ты отключаешь ее. Но система безопасности будет работать до тех пор, пока мы не сможем выяснить способ, как заглушить их телефонные сигналы.

− Отвлечь будет легче, − говорит Гейб. − Моя специальность. С моим заимствованным допуском я смогу доставить нас на склады снабжения. Я считаю, что мы покажем нашу признательность за проведенное в этом месте время, частично взорвав его.

− Эй! − Саммер машет мне флешкой, затем бросает ее. Я ловлю ее, в то время как она сползает на раковину. − Это кое-что, над чем я работаю. Нам придется проверить ее, но я думаю, она сработает.

Я протягиваю флешку Октавии.

− Что насчет Кайла? Нам нужно удачно выбрать время. До него будет легче добраться, когда его выведут из того места, где его держат, и будут вести к транспорту.

− Все нужно рассчитать, − говорит Джордан. − И нам нужны колеса, чтобы выйти за ворота.

− И место встречи.

− И припасы для побега.

− И зенитные ракеты, − закатывает глаза Гейб.

Лэв хмыкает.

— Включил его в те припасы, которые нам нужны.

Гейб ударяет его.

− Я серьезно. Предположим, что мы выйдем за ворота, но как мы уничтожим команду преследователей?

− Снег может помочь с этим, − говорит Октавия. − Завтра утром будет буря. Может начаться уже, ну, в любое время.

Мы все оглядываемся, как будто здесь есть окна. Или, может, это нарастающее напряжение. Нам нужно немного выпустить пар, нужно какое-то движение. Я в любом случае сделаю это. Все мое тело гудит от нервной энергии.

− Еще кое-что, − Джордан поворачивается ко мне. − Как только все начнется, то мы станем против всех. Наверное, только не против самых молодых ГИ. Но, в особенности, когда они узнают, что это мы, Фитцпатрик объединит остальные шесть. Они будут частью группы, которая попытается остановить нас.

Она имеет в виду конкретно Коула. Что делать, если Коул попытается драться со мной?

Я сворачиваю пальцы на ногах на холодном кафельном полу.

— До тех пор, пока Фитцпатрик и другие не подозревают, что весь наш блок замешан в этом.

Что было бы хуже? Драться против своих друзей или с ними, чтобы они пострадали из-за моего мятежа? С каждым новым препятствием этот план становится все более подавляющим.

Саммер скрещивает руки, ее ногти впиваются в кожу.

− Они тоже могли это сделать. Мы не узнаем, пока это не произойдет.

− Точно, − говорит Гейб. − Итак, давайте распланируем, как убраться к чертям отсюда и уменьшим шансы каждого попасть под пулю.