Услышав последнюю фразу, мама не смогла сдержать улыбку.

— О боже, — мягко сказала она. — А ты, Сьюзи? Тебя Пол Слейтер заставил проявить склонность к демонстрированию своей привлекательности?

— Едва ли, — отозвалась я.

Брэд снова отрыгнул. На этот раз, когда он это сделал, я услышала:

— Врушка.

Я сердито зыркнула в его сторону.

— Брэд, мне не нравится Пол Слейтер.

— Как по мне, все выглядело немного по-другому, когда я увидел вас двоих утром в крытом переходе, — возразил Брэд.

— Ты ошибся, — запальчиво ответила я. — Ты даже не представляешь, насколько ошибся!

— Ой, да ладно, брось, Сьюз. Ты определенно прихорашивалась. Если только ты не налакировала прическу так сильно, что твои пальцы просто застряли в волосах.

— Довольно! — прервала нас мама, пока я набирала воздух, чтобы отрицать и это утверждение. — Прекратите оба.

— Мне не нравится Пол Слейтер, — повторила я, просто на случай, если Брэд не услышал меня в первый раз. — Понятно? На самом деле я его ненавижу.

Мама, кажется, огорчилась.

— Сьюзи, ты меня поражаешь. Нельзя говорить, что ты ненавидишь людей. И когда ты вообще успела возненавидеть бедного мальчика? Ты же только сегодня его встретила.

— Она знала его и раньше, — охотно поделился Брэд. — Они познакомились летом в Пеббл-Бич.

Я снова прожгла его сердитым взглядом.

— Тебе-то откуда это известно?

— Так мне Пол рассказал, — пожал плечами Брэд.

Я застыла от накатившего ужаса — на секунду показалось, что Пол, чтобы насолить мне, выложил моей семье всю правду о медиаторстве.

— О, правда? А что еще он тебе рассказал?

— Только это, — ответил Брэд. И саркастично добавил: — Может, тебя это и удивит, Сьюз, но у людей есть масса тем для разговора помимо тебя.

— Брэд, следи за языком — предостерег сына Энди, появившись из кухни с подносом, на котором шипели полоски говядины, и еще одним — полным мягких тортилий, от которых поднимался пар. Опустив свою ношу на стол, он заметил пустое место рядом со мной. — А где Джейк?

Мы беспомощно переглянулись. Никто даже не заметил, что моего старшего сводного брата нет за столом. И никому не было известно, где Джейк. Но по тону Энди все понимали, что когда он появится дома, ему не жить.

— Может, он задержался на занятиях? — рискнула мама. — Ну ты же знаешь, Энди, это его первая неделя в колледже. Его расписание некоторое время может устаканиваться.

— Я спросил его утром, появится ли он домой к обеду, и он сказал, что будет, — огорченно возразил Энди. — Если он понял, что он задерживается, то мог бы хотя бы позвонить.

— Может, он застрял в какой-нибудь очереди на регистрацию, — попыталась успокоить его мама. — Ну ладно тебе, Энди. Ты приготовил чудесный обед. Будет жаль, если все остынет.

Энди сел за стол, но, судя по выражению лица, аппетит у него пропал.

— Просто если кто-то побеспокоился о том, чтобы приготовить вам вкусную еду, вежливость требует, чтобы все появились дома вовремя… — начал он речь, которую мы уже слышали не меньше четырехсот раз.

Вдруг прямо посреди его тирады хлопнула входная дверь, и из прихожей раздался голос Джейка:

— Не кипятись, я здесь. — Джейк отлично знал своего отца.

Мама послала Энди взгляд через миски с порезанным салатом и сыром, которые мы пустили по кругу. Взгляд, в котором читалось: «Вот видишь, я же тебе говорила».

— Привет, — поздоровался Джейк, зайдя в столовую своей обычной весьма неторопливой походкой. — Простите за опоздание. Задержался в книжном. Очереди за учебниками просто бешеные.

Мамин «я-же-тебе-говорила» взгляд стал еще выразительнее.

Энди в ответ лишь прорычал:

— Тебе повезло. На этот раз. Садись есть. — А потом переключил внимание на Брэда: — Подай сальсу.

Вот только Джейк не сел и не начал есть. Он остался стоять в дверях столовой, засунув одну руку в передний карман джинсов, а второй поигрывая ключами от машины.

— Э-э, слушайте… — начал он.

Мы поглядели на него в ожидании чего-нибудь интересного: ну там, что Джейк заявит, мол, пиццерия опять намудрила с его сменами, и он не сможет остаться на обед. Обычно следом за этими словами следовали неплохие пиротехнические эффекты от Энди.

Однако Джейк вместо этого сказал:

— Я привел с собой друга. Надеюсь, вы не против.

Поскольку отчим скорее предпочел бы, чтобы вокруг его обеденного стола столпилась тысяча человек, чем чтобы один из нас за этим самым столом отсутствовал, он спокойно ответил:

— Да, хорошо. Тут на всех хватит. Возьми столовые приборы.

Так что Джейк отправился на кухню за тарелкой, ножом и вилкой, а в это время его «друг» наконец показался нам, ссутулив плечи. До этого он, очевидно, слонялся по гостиной, явно ошеломленный количеством семейных фото, которые мама развесила по всем стенам.

Увы, друг Джейка оказался не женского пола, так что нам не было смысла предвкушать, как мы позже задразним его. Впрочем Нил Янкоу, как он нам представился, был, как бы выразился Дэвид, интересным экземпляром. Он выглядел опрятно, что уже выделяло его среди приятелей-серфингистов Джейка. Джинсы Нила не висели где-то на уровне середины бедер, а сидели надлежащим образом за счет ремня на талии, что тоже ставило его намного выше большинства молодых людей его возраста.

Однако это не означало, что Нил был красавчиком. Его очень сложно было так назвать. В глаза сразу бросались почти болезненная худоба, нездоровый цвет лица и очень длинные светлые волосы. Тем не менее мама его явно одобрила, поскольку он был убийственно вежлив, называя ее мэм — ну, например, он сказал: «Огромное спасибо, что разрешили остаться на обед, мэм», — хотя его предположение, что еду приготовила мама, слегка попахивало сексизмом, поскольку готовил у нас Энди.

И все же никто, похоже, не обиделся, и молодому мастеру Нилу освободили место за столом. Он сел и вслед за Джейком приступил к еде… не очень охотно, но с признательностью, которая казалось непритворной. Вскоре мы узнали, что Нил ходил вместе с Джейком на семинары по введению в английскую литературу. Нил, как и Джейк, учился на первом курсе Эн-Си — местное сленговое сокращение для Северо-Калифорнийского государственного колледжа. Его отцу принадлежали несколько местных ресторанов, включая один или два, в которых я вообще-то периодически ела. Как и Джейк, Нил еще не определился, в каком именно направлении хочет специализироваться, но, как и Джейк, надеялся насладиться учебой в колледже гораздо больше, чем в школе, поскольку выстроил расписание таким образом, чтобы с утра у него не было ни одного урока и он мог бы проводить утренние часы в кровати, ну или — если так уж выйдет, что он проснется раньше одиннадцати — оседлав волны на пляже Кармела.

К концу обеда у меня накопилась масса вопросов к Нилу. Особенно один конкретный, который — я ни капли не сомневалась — совершенно не волновал никого, кроме меня. И все же я действительно чувствовала, что мне нужно хоть какое-то объяснение. Не то чтобы я могла его получить. Не тогда, когда вокруг столько народу.

В этом состояла часть проблемы. Вокруг было слишком много народу. И я имею в виду не только тех, кто сидел за обеденным столом. Нет, был здесь еще один парень, который зашел в столовую и простоял там все время, пока мы ели, прямехонько за стулом Нила, в полной тишине наблюдая за ним со зловещим выражением на лице.

Этот парень, в отличие от Нила, был симпатичным. Темноволосый, с ямочкой на подбородке, и было очевидно, что под этими джинсами и черной тенниской скрывалось тело, которое… скажем так, он, несомненно, долго и упорно трудился, чтобы накачать такие трицепсы, не говоря уже об убийственном, как я подозревала, прессе.

Вот только это было не единственное отличие между этим парнем и другом Джейка Нилом. Была еще одна маленькая мелочь, а именно, что Нил, насколько я могла судить, выглядел несомненно и очевидно живым, в то время как парень, стоящий за его спиной был, ну… Мертв.