Когда дуло лазерной пушки уставилось в глаза подопытного, лаборатория засветилась желто-зелеными красками. Сам же смотритель поначалу выглядел жертвой, испытывающей тягчайшие, несказанные муки. А потом… потом… усовершенствованный, пожелтевший, смотритель порвал ремешки.

- Я - радиоактивный человек! Бойтесь меня, смертные!

- С возвращением к жизни, кореш – Ханк попытался накинуть на Фернок розовый халат, как получил отворот-поворот.

Переживший эксперимент быстро понял, что он теперь может и, посчитав себя всевышним, а людей – жалкими марионетками, недостойными внимания богов, отрекся от Адвоката.

- Ты – никто и ничто, запомни! Твои коварность и жадность послужили великой цели – созданию меня – совершенства в плоти сверхчеловека! Теперь прочь с дороги, пока не получил смертельную дозу!

Радиоактивный Человек - разумный поток энергии, губительной для всего живого… Докторов, попытавшихся его снова связать, он прикончил силой мысли – из желтых пальцев вышла та самая негативная энергия.

- Меня тебе не убить! – смело заявил Ханк.

- Хм – у Радиоактивного на сей счет имелась своя точка зрения, - Ну, ок. Спор для дураков. Если не сдохнешь, значит, просто помучаешься! – он поразил мутанта той же радиацией. Только, в отличие от парней в халатах, Ханк ожидаемо не умер, а лишь ослаб на какое-то время.

- Незрима, неслышима, не имеет никакого вкуса, никакого цвета и никакого запаха, а посему . Вызывает , при непосредственном употреблении, которую называют лучевой болезнью. Иногда смертельна, но тем и прекрасна. Угадайте с одного раза, бестолочи, что это? - убив всех, кроме Гранда и его неумираемого помощничка, Фернок направился к лифту, - Это - радиация!

- Не скисай! – крикнул Лэтс Ханку.

- Не скисать? После облучения? Это что, у вас шутки такие?

- Да нет, не шутки. Это мы еще легко отделались.

Глава 15 – властелин.

Нью-Йорк – каждый путешественник со временем задается мечтой туда попасть и прочувствовать этот город изнутри. Этот город, который никогда не спит. Первая остановка и начало навсегда оставленного в памяти путешествия по США двадцатишестилетнего художника Лектора Смита прошли в приветствии его неразлучных друзей. В Нью-Йорке Смит провел уже около восьми дней и, пользуясь почтой, социальными сетями и другими ресурсами, охотно делился впечатлениями с предками. И хоть не все они светлые,

кое-какие были мрачными, безоблачными, в целом, ему очень понравился город. По его словам, он кипел жизнью. Жизни этой, опять же по его словам, наблюдалось здесь больше, чем в приевшемся Лондоне.

Приземлившись и ужасно измотавшись после перелёта и одной пересадки в Атланте…

Сонливость, мучившая парня на протяжении всего полета, исчезла. В нем проснулся неутомимый путешественник. Несмотря на объяснимую усталость, ему казалось, он бы и не уснул в уже тогда наступившее утро, если бы хоть одним глазком не посмотрел на то, что на протяжении вот уже нескольких десятков лет будоражит умы. Дорога вела через знаменитый Бруклинский мост. Это - один из самых красивых мостов мира, гигант, соединяющий Манхэттен и Бруклин.

Когда-то Бруклин считался самостоятельным городом, но со временем присоединился к Нью-Йорку. Переезжая через мост, Смиту как на ладони открылась вся панорама сверкающих зданий.

Частично удачному приключению Герберт был обязан своему влиятельному дяде, заказавшему для него белого длинного друга – лимузин марки Alfa Romeo, довольно проворную модель.

Во время ознакомительной поездки юноша частенько открывал книгу Ремарка, читал по два-три листа и клал обратно в рюкзак. Надумав прикорнуть после достопримечательного моста, он подложил резиновую подушку под шею и утонул в мягком диване.

“Все хорошее когда-нибудь заканчивается”

Герберт и подумать не мог, что запланированная недельная экскурсия прервется в первые же часы его пребывания в Нью-Йорке:

народ, столпившийся посреди улицы, вначале вызвал у мальчика некое подобие любопытства, затем нагнал необъяснимую тревогу.

Спокойно попросив шофера проверить, не приключилось ли ничего экстренного, Смит тем самым обрек мужчину на смерть. Берни (так величали водителя) высунул голову в окно. Ничего толком не разглядев, шофер вышел из машины и приблизился к паникующей толпе.

Там, в самом центре, лежал человек, припадочно умоляющий вызвать медиков. Позеленевшая кожа на лице несчастного выглядела крайне отпугивающе. Судя по хриплому голосу и выступающим на лице жутким волдырям, мужчина отдавал концы.

Берни, в чье воспитание входило незамедлительное оказание помощи, достал телефон для вызова скорой, но связаться не получилось из-за внезапного появления идентичных симптомов.

- Боже! Что это? – кисть шофера начала разбухать, а костяшки стали жидкообразными. Умирающие понимали, никакие крики о помощи тут не помогут.

Заметив издалека падающую фигуру Берни, Герберт выскочил из лимузина и побежал назад.

Штаб-квартира супергероев.

У вернувшихся из космоса Шторма, Крэйта, Визари, Хэллы, Героймена и Сплава появилось несколько вопросов к мистеру Вэйну. Спаун (он же Вэйн – богач, филантроп, предприниматель) копался в мастерской, ремонтировал свой мотоцикл, поврежденный во время последней погони за воришками, при этом его лицо выражало

отрешенность.

- Где ты пропадал все это время, пока мы воевали с кальмарами? – не удержался Паттерсон.

- Хм – несмотря на вполне обоснованное любопытство, Вэйн проявил строгость, - Думаешь, кроме конфликтов, проходящих вне моей юрисдикции, у меня нет забот?

- Хорош умничать – сказал жрец ветров, - Колись, на какой границе устранял беспорядки! Женева? Париж?

Спауну приходилось отвлекаться от неотложных морок и идти на уступки.

- Первое – он сдерживал дотошность друзей, пока та не перешла все границы, - Это все? Или еще будут вопросы?

- Еще парочка – оттолкнула жреца Хэлла, весьма недовольная нынешним раскладом, - Какого черта ты не отвечаешь? Твои многомиллионные игрушки были бы очень кстати, будь ты менее самолюбив.

Устав от набегов, богач занял позу:

- Ими распоряжаюсь только я, пора бы уже смириться.

Прикинувшись обиженной, суур громко хмыкнула.

Захватив пару винтиков из пластмассовой корзинки, Спаун сообщил героям вслед.

- В городе недавно произошел всплеск радиации, источник которой неясен. Что-то вроде эпидемии. Погибло несколько человек. Может, разберетесь?

Напыжившись, Паттерсон резко тряхнул руками.

- Тебе так нужна наша помощь?

- Не мне – сказал Ночник, - Не я же там умираю без противорадиационной защиты.

- Оно и видно…

- Так что, вы пойдете или мне прикажете?

Сплав ответил за Крэйта.

- Чини свой байк. Мы все разрулим.

Джон с нескрываемым раздражением швырнул использованные инструменты обратно в корзину и снял грязные перчатки.

“Дьявол”

Направляясь к выходу из убежища, Крэйт пристал к Визари с расспросом.

- Как ты считаешь, денежный мешок в курсе предательства Ханка или еще пока не знает?

- Ему никто не говорил – свободно ответила ведьма, - Но ничего такого, о чем бы Джон не знал, не существует.

- Не смею спорить…

Грув-стрит.

Сначала люди думали, что на небе завис Героймен, поэтому долго стояли и щедро одаряли летуна аплодисментами. Но, получше разглядев очертания загадочного объекта, они поняли, как сильно ошибались.

- Перед вами никакой не сын Зеддера, жалкие марионетки! – громко проговорил, буквально прокричал неизвестный, который втайне от народа повсюду извергал радиацию. Голос неприятный, злой, полный антипод геройменскому. После первой жертвы коварного мутанта, упавшей на спину пожелтевшей старухи жителей обуял безотчетный страх. Улица чуть не раскололась от установившегося переполоха.