- Может присядешь? – спросил он, его красивый голос поднимался и опадал как музыка, но я лишь фыркнула, почти задохнувшись от пульсирующей боли, проскользнувшей мимо обезболивающего амулета. Двери открылись, и я заковыляла внутрь, оперевшись спиной на стенку роскошного лифта, сдув с глаз прядь волос. Я ненавидела инвалидные коляски почти также сильно, как иглы.

Трент по привычке выразил свое мнение приподнятой бровью, закатил кресло и молча встал рядом со мной, блокируя колеса на случай, если я все же захочу сесть. С тихим вздохом, он вытащил связку ключей из кармана и активировал почти всю нижнюю часть панели. Ключи – как-то необычно. Тренту нравилась его электронная система считывания карточек, и я задумалась, повлиял ли на это недавний взлом.

Двери закрылись, но мы не двинулись, пока Трент нажимал кнопки.

- Я рад, что ты решила снять чары, - начал он, его мысли были явно о чем-то другом. - Что за сложности?

Я бросила взгляд на кресло, желая чтобы мне не было так больно.

- Ты же знаешь, что я проделала дыру в Безвременье, когда создала лей-линию. Реальность демонов сжимается, и если исчезнет Безвременье – исчезнет и источник магии. Не говоря уже о том, насколько сильно демоническое общество злится на то, что я помогла тебе исправить геном эльфов. Если я не смогу удержаться на этой стороне лей-линий, моя жизнь превратится в настоящий ад.

Лифт начал спускаться. Трент отвернулся от панели и перевел взгляд на меня.

- Все не так уж страшно.  Тебе не придется беспокоиться о сокращении Безвременья почти целое поколение. Что касается остального – тебя не заберут, поэтому не беспокойся по этому поводу.

Я недоверчиво посмотрела на Трента - мне не нравилась его уверенность, потому что неприятности были у меня, не у него.

- Не смей преуменьшать мои страхи! – воскликнула я, прищурив глаза. Опираясь на костыль, я подняла руку, показывая ему браслет. - Я сидела в клетке и наблюдала, как эти придурки делали ужасные вещи с Вайноной. Я была абсолютно бессильна. Я больше не хочу быть бессильной. Я хочу снять эту чертову штуку, но это становится все труднее!

Трент вздохнул, чем привел меня в бешенство.

- Хорошо. После того, как посмотрим на лабораторию, мы рассмотрим твои варианты. Как я говорил, ничего серьезного не произошло. Это всего лишь маленький дисбаланс. Я не позволю Алу тебя забрать, Рэйчел. Поверь мне.

Ну да. Я больше не могла стоять прямо, и, схватившись за ручку кресла, с угрюмым видом села – у меня болела вся правая часть тела.

- Меня не волнует, что ты там придумал, чтобы удержать Ала под контролем, поскольку он все равно прорвется через это, как пикси сквозь папиросную бумагу, и я застряну в Безвременье. Снова. - Я подняла взгляд, глядя на  самоуверенное лицо Трента - И на этот раз, ты ничем не сможешь его остановить. Чертовски большое спасибо, Трент.

Его пальцы сжались на моем костыле.

- Почему ты всегда злишься на меня?

Я посмотрела на него, чувствуя боль во всем теле, разочарованная тем, что не могла остановить издевательства над Вайноной, и смущенная, что эльф стал свидетелем моей слабости и вспышки ярости.

- Тебе выкатить сокращенный список или полный?

- Я устал от этого, - неожиданно спокойно ответил  Трент, но кончики его ушей были красными и движение, чтобы поставить костыль в угол, было слишком быстрым. - Еще со времен лагеря, ты придираешься ко мне и моим идеям.

Придираюсь к нему?

- Это ты действуешь мне на нервы, - заявила я, мое сердце дико колотилось. - Мне начать с сегодняшнего дня и идти назад? Ты ударил меня чарами боли…

- Ты же сама бросилась под них. Я уже попросил прощения  за это, - перебил Трент, его зеленые глаза прищурились.

- Ты посадил меня в клетку. Заставил бороться за свою жизнь на крысиных боях!

Трент резко ударил по кнопке на панели, и лифт рывком остановился. В отдалении зазвучал слабый звонок.

- Твоя жизнь никогда не была в опасности, и за это я тоже извинился, - в его глазах вспыхнула злость, и чему-то во мне это нравилось.

- Ты охотился на меня, как на животное! – продолжила я, его гнев распалял мой собственный.

Пахнущий озоном и  ветками деревьев Трент склонился надо мной. Его руки легли на ручки кресла и пиджак распахнулся, показывая красивую талию.

- Ты копалась в моем столе, - ответил он резко. - Ты украла то, что могло зарыть меня и весь мой вид в землю. Считаешь, я должен был это проигнорировать? Сейчас я не стал бы охотиться на тебя.

Коляска задрожала, когда он выпрямился и снова отошел. Встав у стены, он подбоченился и напряженно замер.

Прекрасно. Этот пункт я могу вычеркнуть из списка «Почему меня бесит Трент». Но в нем было еще много пунктов, которые раздражали меня.

- Ты убиваешь людей, - сказала я, признаваясь в том, что действительно меня беспокоит. - Постоянно. Ненавижу это.

- А ты нет, - его тон был полон сарказма, раздражая меня. Трент повернулся лицом ко мне: - Когда-нибудь ты поблагодаришь меня за это особое умение. Я не горжусь данной способностью, но я рад ей. И ты жива благодаря ей. Я не прошу благодарности, просто перестань «кидать в меня камни» за то, что я делаю и поступаю так,  как у самой тебя храбрости не хватает.

О. Мой. Бог. Он считает способность убивать людей искусством?

- Ты убиваешь своих собственных товарищей! – закричала я, мой желудок сжался, когда я наклонилась вперед в кресле и дико зажестикулировала. - Джонатан почти вырастил тебя! А ты натравил на него свору собак как на какого-то ушлого вора! Айви и Дженкс тоже убивают, но никогда тех, кто им доверяет!

- Джонатан не мертв.

Как будто закончив разговор, Трент нажал на кнопку, заставив лифт снова двигаться. Шокированная, я рванулась из кресла и снова нажала кнопку остановки. Машина качнулась и остановилась, и Трент отступил от меня, напряженно застыв. Мой сердце колотилось.

- Он… он не мертв? – с запинкой спросила я, вспоминая ужасающий крик на закате – от этого пугающего звука даже лошадь подо мной загарцевала. Лошадь знала, что это был за звук. Я тоже.

Глаза Трента метнулись ко мне.

- Я же сказал, он не умер. Я никогда не лгал тебе. Ну может однажды. За это мне тоже надо извиниться?

Ошеломленная, я потянулась к креслу и скользнула в него.

- Где он? В отпуске?

Трент, казалось, расслабился - напряжение в его плечах ослабло, когда я осторожно подняла ногу, с болью поставив ее на подставку.

- Он в псарне. Буквально.

Я покосилась на него, и Трент пожал плечами. На его губах играла слабая улыбка, когда он закрепил мой костыль на спинке кресла.

- Я попросил Квена превратить его в собаку в самый последний момент. Его покусали из-за неразберихи, но он выжил – как я и хотел. Я бы сам это сделал, но ты брезглива, а заставить тебя понять свое положение было гораздо важнее, чем заставить Джонатана понять свое.

- Ты и со мной собирался так поступить? Превратить в собаку? Посадить в свою псарню, пока я не научусь сидеть и лежать по твоей команде? – воскликнула я, покраснев: я вспомнила собак, поющих о моей крови, когда я бежала, потом тех же собак, прыгающих на забор, чтобы достать меня, и потом, когда я стояла перед ними и видела, как они пресмыкаются.

Трент разблокировал кресло и слегка сдвинул его.

- Он пытался убить тебя, используя мою магию, - сказал он, не отвечая мне. - Я не мог простить этого. Я обращу его обратно, когда его характер улучшится. Хотя собакой он мне нравится больше. Он один из лучших моих ищеек.

Ошеломленная, я села в кресле прямее и попыталась разобраться в услышанном. Джонатан жив? Не знаю, почему для меня это важно, но это так. Трент все еще был убийцей и ублюдком, но что-то, казалось, изменилось.

- Не знаю, то ли я чертовски впечатлена, то ли чувствую отвращение.

- Как я и сказал, - сказал Трент, нажимая кнопку, чтобы заставить лифт двигаться. - Всегда злишься на меня.

Я молчала, чувствуя его присутствие за спиной; вспомнила опасный требовательный тон его голоса, когда он решил, что Вайнона пытается навредить мне. Он искал меня. Нашел, когда другие не смогли. Это тоже важно.