- То есть ты говоришь мне, что у тебя уже так много занятий что ты должна пропустить обед?

Я подтверждаю.

- Похоже на то.

 Здешняя школа гораздо более продвинута, чем та, в которую я ходила дома. Мне нужно догнать остальных, прежде чем опустится еще ниже. Кроме того, у меня нет с собой обеда. Дома у нас с мамой были проблемы с деньгами. Неловко, так как в Калифорнии нам каждый день давали горячий обед. Сегодня, не смогу пообедать, у меня нет с собой денег, чтобы заплатить за него.

Майлз сужает глаза.

 - В другой раз, значит. Надеюсь, ты сдержишь свое обещание, Райли.

Обед в библиотеке проходит быстро, я начиталась, и поэтому, растущая паника внутри меня начинает стихать. Потом замечаю Гвен в классе химии. Она не поздоровалась, но подняла свой подбородок, когда заметила меня. Мои последние два урока - латинский с искусством. Урок латыни пролетел быстро, так как я учила язык три года, потом искусство, и дала своему жареному мозгу отдохнуть.

Уборщица начала убирать школу, и в конце дня я забираю свои книги из шкафчика, когда слышу пронзительный "Извиняюсь".

Я осматриваюсь, чтобы увидеть хмурый взгляд. Толстая блондинистая челка покрывает ее лицо, подчеркивая ее заостренный подбородок, единственную часть лица, которую не закрывала ее шевелюра.

- Тебе нужно держатся подальше от моего парня, - сообщает она, держа руку на бедре.

Мои глаза случайно посмотрели на открытое декольте, ее груди поднялись в мою сторону. Я замечаю, что ученики, которые остались, смотрят на нас.

- Нет проблем, - я отвечаю равномерно. Потом складываю больше книг в свою сумку.

- Я серьезно, - она жалит снаружи.

Я громко выдыхаю и неохотно даю ей свое внимание.

 - Кто твой парень?

Она моргает, не веря мне.

- Такер Мэтьюс.

Такер, ну конечно.

- Как я уже говорила, это не проблема.

 Я снова начинаю разворачиваться, когда она хватает меня за руку, чтобы остановить меня.

Потом она приближается ближе к моему лицу.

 - Держись подальше от него. Ты поняла меня?

- Да. Думаю я уже поняла это, - я тяну свою руку из ее.

- Достаточно Хейли.

Мы оба посмотрели туда, откуда прозвучал этот голос. Я сразу же поняла, это - он. Я узнаю, эти волнистые волосы, широкие плечи, и его уверенную позу. Но теперь я могу видеть его темно-синие глаза, и они смотрят так, будто хотят застрелить, блондинку по имени Хейли.

- Но она за Такером… - Хейли начала спорить.

Он склонил голову.

- Я сомневаюсь в этом.

Она фыркает с разочарованием.

- Все видели, как она флиртовала с ним.

Мои глаза расширились от ее слов. Он смотрит на меня, потом поворачивается к Хейли.

- Все видели, Такер показал ей, где лестница, а потом она убежала от него. Ты должна беспокоиться за него. Не за нее.

Рот Хейли открывается, и я думаю мой тоже. Интересно, как он узнал, его не было видно нигде сегодня.

- Ты там был, Лукас? - Спрашивает она тихим голосом.

Он кивает.

Хейли незаметно выдыхает, но она не извинится. Она поворачивается и смотрит на меня в последний раз.

 - Не связывайся с Такером. И не забывай это, - предупреждает меня, прежде чем поворачивается и уходит с моего поля зрения.

- Думаю, вы двое достойны друг друга, - бормочу я себе под нос.

Потом мои глаза возвращаются к Лукасу, который молча стоит, глядя на меня с непроницаемым выражением. Я ловлю свой взгляд на его полных губах, и как он твёрдо сжимает свои челюсти. Его волнистые каштановые волосы блестят и поднимаются со лба, как только он проводит по ним рукой. Лукас настолько красив, что трудно не смотреть. Наверное, у него полно девушек ,которые бегают за ним, и я ловлю себя на том, что разочарована этой мыслю. Я чувствовала связь с ним той ночью, и с тех пор его темный силуэт остался у меня в памяти. Но теперь, когда я вижу его так близко, я понимаю, что это было нереально, не могло быть реальным. Он не из тех парней, которые смотрят на таких как я. Несмотря на то, что он не доволен Хейли сейчас, она его тип: популярная, агрессивная, уверенная в себе, выставляющая себя на показ. Он очаровывает их, подобно воздуху.

Интересно, собирается ли он представиться или сказать что-нибудь. К моему удивлению, он этого не делает. Он просто уходит. Я смотрю на удаляющуюся фигуру в коридоре, пока она не исчезает. Странно.

Остальные ученики отводят глаза и продолжают собирать свои вещи. Замечаю Гвен среди них. Я уже забыла про этот инцидент у лестницы.

- Его зовут Лукас Дизель, - говорит Гвен, хлопнув дверцей шкафчика, идущая в шаге от меня, - самый горячий парень, которого я когда-либо видела в реальной жизни.

Она приподнимает один палец.

 - Каждая девушка в школе хочет его, - поднимает второй палец, - и он говорил с тобой в твой первый день.

 Гвен указывает пальцем в меня.

- Большое дело.

- Так как ты, очевидно, услышала все это, ты знаешь, что он не сказал мне ни слова.

Она пожимает плечами.

- Он знает, что ты, по крайней мере, существуешь, и защитил тебя. Это что-то значит.

- Так что, он полный сноб или что-то типа того? - спрашиваю я , все еще остро реагируя на его бессловесно игнорирование ко мне.

Гвен вытаскивает пачку жевательной резинки и предлагает мне одну. Я взяла, в качестве дружбы и поддерживаю ее разговор. Несмотря на мой здравый смысл, меня интересует Лукас.

- Он не сноб, - задумчиво продолжает,- он просто немного напуганный и недоступный. И у него нет подруги, если тебе интересно.

- Мне не было, - быстро отвечаю я.

- Угу, - говорит она, не веря мне.

Мы выходим на улицу, прохладное солнце, и Гвен продолжает говорить о нем.

- У него было много девушек, но он никогда не был серьезным. Он настоящий сердцеед. Если девушка плачет в ванной, вероятнее всего, это из-за него. Кроме его подруги, с которой я знакома, Софи Беккер. Они были вместе весь прошлый год. Но теперь не вместе, несмотря на то, что она продолжает бросаться ему на шею.

- Спасибо за информацию Гвен,- говорю я сухо. Теперь, когда мои предположения о нём фактически подтвердились, я готова сменить тему. Я осматриваю полупустую стоянку, интересно, Майлз еще здесь или уехал домой.

Удовольствие блестит в ее глазах, прежде чем спросить:

- Тебя подвезти?

Так как я не вижу никаких признаков Майлза, принимаю предложение Гвен. Она ведет меня к старому ярко-красному фольксвагену кролику. Его передние крыло покрыто ржавчиной, и кажется, распадается там, где они накрывают шин. Она замечает мое критическое выражение.

- Не очень, но на ней можно ездить.

К моему удивлению, в салоне довольно чисто и выглядит намного лучше чем корпус, - я говорю Гвен, где живу, и она переходит на дорогу.

- Я была новенькой в прошлом году, - говорит она, - почти все остальные, кроме нас, жили здесь всю свою жизнь.

Я смотрю на нее, и у меня ощущение, что она говорит, словно у нее здесь не так много друзей.

- Мы переехали из Манхэттена. Ты можешь в это поверить? - она фыркает, - переехать из Манхэттена, чтобы жить здесь? Мой папа устроился на работу в Албанию и теперь я здесь ... застряла в нигде. Что насчет тебя? Переезд в новое место в конец твоего старшего года, должно быть это действительно отстой.

Я закрываю глаза и делаю вдох.

 - Да, это так.

 Я чувствую, как она отстраняется от дороги и смотрит на меня, ожидая, что я расскажу свою историю. Когда я этого не делаю, она просто спрашивает.

- Так почему же ты переехала сюда?

Я смотрю на нее.

- Моя мама умерла. Моим братом и его семья позволили мне остаться,- я чувствую ее шок. Могу только представить ее реакцию, если бы я рассказывала все подробности.

- Мне очень жаль, - говорит она тихо ,- что насчет твоего отца?

Я пожимаю плечами и смотрю в окно, заметив, что мы приближаемся к дому Кайла.

- Я думаю, что он тоже мертв.

Правда в том, что он жил с мамой и со мной, когда я была маленькой. Я помню его грязные волосы и татуировки, которыми были покрыты все руки. Он тоже был наркоманом. Однажды, он ушел и не вернулся. Социальная служба не смогла разыскать его, тогда это был первый раз, когда мама потеряла надо мной опеку. На протяжении многих лет, маме надоело слушать, как я спрашиваю про него и наконец, сказала мне, что он вероятней всего мертв.