- Значит, мы уже сегодня не будет ночевать в казарме?

- Не будем. Вот сейчас, в это самое время, ребята перетаскивают в клуб матрацы. На них и будем спать!

- Так в «выходные» же показывают кино «молодым»?

- Никакого кино не будет. Коли решили ремонтировать роту, значит, зрительный зал на три-четыре дня будет наш!

- А как быть с тумбочками? В них ведь наше имущество? Наверное, мне надо сходить в роту и принять участие в переносе вещей?

- Да, без тебя справятся! - махнул рукой Шорник. - Нам нужно только перенести в клуб свое постельное белье и подушки. Пошли!

- Погоди. Я позвоню в библиотеку, - сказал Зайцев. - Там у меня Горбачев наводит порядок. Надо и его вызвать в роту, чтобы забрал свою постель! - И он потянулся к телефону. Однако из трубки доносились только долгие гудки.- Может он куда-нибудь вышел? - заколебался Иван и снова набрал номер библиотеки. Опять длинные гудки!

- Да ну его в бисту! - сказал Шорник. - Пошли, распорядимся, чтобы «молодые» снесли его постель в клуб.

Появившись в ротной казарме, наши герои обнаружили, что она буквально на глазах превратилась в гигантский муравейник. В основном, суетились «молодые» воины и «черпаки». «Старики» стояли в стороне и неодобрительно смотрели на эту чехарду.

Зайцев подошел к Гундарю. - Ну, что, Леня, - спросил он, - и надолго затеяли всю эту мудистику?

- Да дня на четыре, - пробормотал тот. - «Папе» же что в голову стукнет - так вынь да положь! Видишь, как мечутся? Перенести кровати - это еще что! А вот как начнут штукатурить и белить! Ну, скажем, с кубриком проще. Вынесли кровати и тумбочки и, давай, ремонтируй! А как быть с оружейной да с моей каптеркой? Замучаешься!

- Да, а как же быть с дневальными? - удивился Иван. - Как они будут нести службу?

- Им еще хуже! - буркнул Гундарь. - Ну-ка, придется вымывать полы после побелки! Да это еще похлеще, чем с мылом и содой! Знаешь, как побелка держится? Видимо, будем привлекать на мытье полов всех «молодых». Придется временно отказаться от всех прочих работ!

- Эй, Иван! - закричал из спального помещения Шорник. - Давай, очищай свою тумбочку да свертывай постель!

Зайцев направился к своей кровати. Вытащив из тумбочки зубную пасту, щетку и мыло, он засунул их в карман, а затем быстро свернул свою постель в небольшой тюк.

- Взваливай на плечо! - крикнул Шорник. - Пошли в клуб!

Они спустились по лестнице вниз.

В клубе тоже суетились солдаты. - Сюда! - кричал Карчемарскас, показывая рукой на заднюю часть здания. - Входите со стороны пожарной двери!

Шорник и Зайцев прошли в ту дверь и оказались в зрительном зале, где демонстрировались кинофильмы.

- Ложи постель на сцену, - сказал Шорник. - Мы со «стариками» будем спать там. А остальные лягут в зале. Там сдвинут зрительские ряды.

- А как же быть с Горбачевым? - спросил Зайцев. - Ведь он ничего про ремонт не знает, и может возникнуть недоразумение!

- А пусть как хочет, так и разбирается! - ответил со злостью Шорник. - Еще не хватало ухаживать за салабоном!

- Нет. Я пойду и заберу его постель! - возразил Иван. - Так не годится! Вместе работаем и вдруг - подводить!

- Но он же «молодой»?! - возмутился Шорник. - Что ты, нанимался его обслуживать?

- Мало ли что! - промолвил Зайцев. - Все-таки, он мой коллега! Ну, я пошел!

- Как знаешь! - пробурчал Шорник, но тут же хлопнул себя по лбу. - Тьфу, ты, Господи, я и забыл! - улыбнулся он. - Меня же просил Кулешов, чтобы я позвал тебя сегодня на празднование его дня рождения!

- Что за чудеса? - удивился Иван. - Как известно, «старики» не очень-то меня любят! Что-то тут не то!

- Надо пойти, Иван! - сказал с серьезностью в голосе Шорник. - Возможно, и возникнет какое-то примирение!

- А где будет попойка?

- Да на стадионе. Мы там посидим «на природе», поговорим, ну, и выпьем по стаканчику!

- Ладно, а по сколько сдавать?

- Да по «пятерке» с носа!

- Ну, на, возьми, коли уже решили отмечать.

- Ну, вот и молодец! - обрадовался Шорник и взял деньги. - Тогда я сразу же после ужина зайду за тобой!

Иван отправился в казарму и перенес вещи Горбачева в клуб. Его постель он положил рядом со своей на матрац, извлеченный из большой общей кучи.

Вернувшись в штаб, он тут же занялся накладными и как раз к приходу Потоцкого справился с работой.

- Что там ваши солдаты мечутся перед клубом? - поинтересовался начпрод. - Опять затеяли какие-нибудь маневры?

- Да ремонт в роте, - ответил Зайцев. - Теперь дня три-четыре придется ночевать в клубе!

- Все у нас, как снег на голову! - пробормотал Потоцкий. - Ничего не умеем делать постепенно! Все спешим как на пожар!

В это время вошел Горбачев.

- Послушай, Иван, - спросил Зайцев, - а где ты был? Я звонил тебе после четырех, но никто в библиотеке к телефону не подходил!

- А мы с Натальей Семеновной были в это время в кладовке, - ухмыльнулся Горбачев, - и не могли слышать звонки. К тому же, у нас было немало работы!

- Смотри, наработаешься! - рассмеялся Потоцкий. - Узнает прапорщик Бабурин, тогда тебе не сдобровать!

- Или капитан Вмочилин, - добавил Зайцев, и все дружно рассмеялись.

- Может я пойду в роту и перенесу свою постель? - спросил после паузы Горбачев, - Я встретил тут фотографа Середова, и он сказал, что у нас ремонт.

- Я уже перенес твою постель, можешь не волноваться! - ответил Зайцев. - Она сейчас там лежит, в клубе, на сцене, рядом с моей!

- Ну, спасибо! - улыбнулся Горбачев.

Сразу же после ужина Зайцев отправился вместе с Шорником за стадион. Здесь, неподалеку от продовольственного склада, в небольшом сосновом лесочке они уселись, ожидая «стариков».

- Что-то никого нет, - пробормотал Зайцев после получасового ожидания. - И зачем тогда было вести все эти разговоры?

- Да сейчас придут, не волнуйся! - возразил Шорник. - Нужно же принести выпивку и закуску и при этом не попастся на глаза начальству! Вон, смотри, двое уже идут!

Действительно, на поляне появились Гундарь и Лисеенков, тащившие огромные сумки.

- Вы уже тут? - воскликнул Гундарь. - А я смотрю: вроде никого нет!

- Глянь-ка, даже Иван заявился! - удивился Лисеенков. - Какой сюрприз! Ну-ка, до нас снизошел!

Зайцев побагровел.

- Брось ты ссориться! - махнул рукой Шорник. - Сколько можно? В конце концов, мы же «старики»?

- Ладно, я ничего…,- пробормотал Лисеенков. - Просто так сказал…А вон остальные! - Он показал рукой в сторону кустарника. Оттуда вышли Кулешов, Миронов и Гусаков.

- Ну, что, ребята, все собрались? - спросил Кулешов. - Что-то я не вижу Балобина?

- Он позже подойдет! - сказал Гундарь. - Там нужно закончить какую-то срочную работу. Поэтому, давайте, приступим!

Воины уселись в кружок, а в середину положили выпивку и закуску.

- Ого! - удивился Зайцев. - У вас тут спиртного на всю роту хватит! Тут только вина одного…Раз, два... Восемь бутылок!

- И все - по ноль-восемь! - с гордостью сказал Кулешов. - Портвейн, а не какое-нибудь говно!

- А если кто захочет чего-нибудь покрепче, - промолвил улыбавшийся Гундарь, - пожалуйста, есть самогоночка! Я тут достал парочку бутылок у баб в деревне!

- Это прекрасно! - потер руки Шорник. - Самогон - мой самый любимый напиток!

- Давайте, ребята! Вот отварное мясо, огурцы! - махнул рукой Кулешов. - Не скромничайте: день рождения бывает только раз в году!

- Возьмите еще три банки консервов, - сказал Зайцев. - Я тут раздобыл их по случаю. Вскрывайте и будем есть!

- А что за консервы? - спросил Гусаков.

- Да рыбные. В томатном соусе! - ответил Шорник. - Дайте-ка нож!

- Ну, за твое здоровье! - поднял стакан Гундарь, обращаясь к Кулешову. - Всяческих тебе, Паша, благ! Желаю тебе крепкого здоровья и успешного увольнения в запас. Да чтобы никогда не пришлось опять надевать солдатскую форму!