- Можешь идти к Втащилину, - улыбнулся он. - Пусть теперь попробует не подписать!

- Товарищ полковник, разрешите спросить? - обратился к нему Зайцев.

- Спрашивайте!

- А может, мы издадим новый приказ и заменим председателя комиссии? Уж больно нелегко иметь дело с товарищем Втащилиным!

- Черта с два! - возразил Худков. - Комбат, может быть, нарочно все это устраивает, чтобы мы вывели его из комиссии! Больно хитер! Нет, пусть уж побудет до конца года, а там увидим! Кстати, а почему это ты бегаешь к нему? Пусть этим занимается Потоцкий! В конце концов, он офицер! Может в этом случае Втащилин перестанет упрямиться?

- Тогда я доложу товарищу Потоцкому?

- Потом доложишь, - кивнул головой Худков. - А сейчас сходи к комбату сам, в последний раз, и подпиши у него этот документ. А уже потом пусть ходит к нему Потоцкий.

- Разрешите идти?

- Идите!

Когда Зайцев вошел в приемную командира учебного батальона, Шильненков сказал ему приветливо: - Проходи, Иван, товарищ подполковник ждет тебя!

- Ну, что, нажаловался? - молвил сурово комбат, увидев Зайцева. Его маленькие поросячьи глазки, казалось, готовы были просверлить Ивана.

- Не нажаловался, а доложил! - спокойно ответил Зайцев.

- А какая разница?

- А разница в том, - промолвил Зайцев, - что я был обязан отнести после обеда товарищу Худкову акт. Ну, я его и отнес неподписанным. А когда он спросил, чего я не подписал, пришлось ему все рассказать…

- Ладно, давай бумагу, - буркнул успокоившийся комбат, вытащил из письменного прибора авторучку и быстро расписался. - На, забирай, - пробормотал он и протянул Ивану документ.

- Разрешите идти?

- Идите!

- Есть!

Сразу же по прибытии в штаб Зайцев зашел к полковнику Худкову.

- Ну, что, подписал? - спросил военачальник.

- Так точно!

- Ну, и хорошо, - улыбнулся Худков. - Давай акт, я его сегодня же утвержу у командира.

Зайцев протянул ему злополучный листок.

- Ну, иди, занимайся делами, - сказал с мягкостью в голосе зампотылу.

Иван вернулся в кабинет и занялся накладными. Затем он засел за меню и, поглощенный работой, не обратил внимания на скрип открываемой двери. - Наверное, Потоцкий, - подумал он и с полной невозмутимостью продолжил свою работу. Вдруг в ноздри Зайцеву ударил резкий запах водки. Иван поднял голову и подскочил: напротив него сидел пьяный в дымину Шорник!

- Вацлав, что с тобой?! - вскричал непроизвольно Зайцев. - Никак ты напился?

- Н-не…просто н-напился…, Ваня, - пробормотал Шорник, - а пр-рямо-таки нассался!

- Как же ты дошел до штаба? Тебя же развезло?

- А в-вот…т-так…и дош…шел! - ответил заплетавшимся языком Шорник.

- Господи, что же делать? - подумал Иван. В том, что Шорник уже не в состоянии передвигать ноги, он уже не сомневался. Достаточно было взглянуть на его глаза - мутные, остекленевшие - чтобы понять, что парень принял невероятное количество спиртного.

- Что же делать, Вацлав? - спросил растерявшийся Зайцев. - Ты же сейчас в штабе! Ведь погоришь!

- А н-нам все равно, - запел вдруг Шорник, - что ф-фуй, что бревно!!!

- Тихо ты! - закричал Зайцев. - Еще не хватало, чтобы услышал командир!

В это время неожиданно открылась дверь, и вошел Потоцкий. - Что тут у тебя за шум? - спросил он и посмотрел на Шорника. - Ба! Товарищ Шорник, а вы, пожалуй, пьяны!

- Тихо, товарищ лейтенант! - взмолился Зайцев. - Не надо его выдавать! Пропадет парень!

- Да я и не собираюсь его выдавать! - возмутился Потоцкий. - Я никогда не был доносчиком! Но что нам делать? А вдруг сюда зайдет кто-нибудь из начальства?

Шорник в это время сидел на стуле Потоцкого, опустив голову на грудь. Казалось, что происходившее его совершенно не волновало. Иван подбежал к двери и закрыл ее на ключ.

- Надо каким-то образом вывести его отсюда в роту, - сказал шепотом Потоцкий.

- А как мы это сделаем? - спросил Зайцев. Это же надо вести его, поддерживая с двух сторон. А вдруг навстречу попадется кто-нибудь из начальства?

- Не только начальство, а и любой встречный! - добавил начпрод. - А это значит, что немедленно донесут! Тогда не оберешься неприятностей!

- Постойте! - сказал Иван. - Я придумал! Давайте-ка отведем его тихонечко в медпункт. Он тут рядом. Откроем окно. Шорник как-нибудь вылезет наружу, а мы возьмем его под руки и заведем в медпункт. Тут, шагов двести, как-нибудь дотащим…

- А вдруг кто увидит? - заколебался Потоцкий.

- Вряд ли, - возразил Зайцев. - Смотрите, окна штаба закрыты кустарником, да все высшее руководство пребывает на другой стороне. Вот если мы выведем Шорника с той стороны, - он махнул рукой, - тут уже его наверняка увидят и, возможно, даже сам командир части!

- Сохрани Бог! - перепугался начпрод. - Тогда мы пропали! Припишут все, что было и чего не было!

- Тогда нужно действовать! - решительно сказал Зайцев. В трудные мгновения он умел собраться с духом. - Давайте, я открою окно, а потом вы сходите в здравпункт и договоритесь с Пинаевым.

- А он не заложит? - заколебался Потоцкий.

- Нет, не волнуйтесь! Давайте сначала выключим свет.

Вдвоем они быстро распахнули окно, и Потоцкий вылез наружу.

- В-ваня? К-куд-да он уш…шел? - спросил вдруг Шорник. - Н…небось…п-пош…шел за п-пат…рулем?

- Какой тут к черту патруль?! - рассердился Иван. - Ты что, не слышал, о чем мы говорили?

- Н-не слышал, - сказал несвоим голосом Шорник. - Я…В-вань-ня…п-получил письмо…, - он полез в карман. - Г-где он-но? Эх…П-пот-терял! - И Шорник заплакал.

- Тихо ты! - зашумел на него Иван, но все было бесполезно.

В это время со стороны улицы послышались чьи-то шаги. - Это я! - сказал внезапно появившийся возле окна Потоцкий. - Давай сюда Шорника! Пинаев ждет!

- Вацлав, лезь в окно! - приказал Иван.

- В ок-но? - переспросил Шорник и с недоумением уставился на Зайцева. - З-за-чем?

Иван подбежал к товарищу и стал его подталкивать: - Давай, Валя, ну, лезь!

- Да что ты м-меня как ж-женщину?! - закричал Шорник. - А-а! Щекотно! Д-дай-ка я сам! - Он неожиданно подскочил, взгромоздился на подоконник и рухнул всей своей массой вниз.

- Ай! Иоп твою мать! - заорал Потоцкий. - Все ноги отдавил, мудила! Давай, Иван, лезь!

Зайцев аккуратно спрыгнул вниз и прикрыл окно. После некоторой сумятицы они подхватили под руки Шорника и потащили его в медпункт. Только теперь Иван понял, что задача у них была не из легких! Шорник едва передвигал ноги и почти всю свою тяжесть обрушил на худосочного Зайцева. Потоцкий, правда, старался изо всех сил помочь своему подчиненному, но это ненамного облегчало дело.

- К-куда…в-вы м-меня в-ведете? - вопрошал одеревенелым языком Шорник. - Н-на…гау…пату…вахту?

- Тихо ты, не шуми! - прикрикнул Потоцкий. - Попадемся из-за тебя!

Но Шорник от этого не успокоился. - Г-где я?! - крикнул он. - К-куда я п-поп-пал?

Наконец, наши герои подошли к входу в медпункт. Там их ждал Пинаев с двумя здоровенными парнями. - Это курсанты, - сказал он. - Они не выдадут!

Курсанты по команде санинструктора быстро подбежали к Шорнику и сменили измученных Зайцева с Потоцким.

- Тащите его вверх! - приказал Пинаев. - И сразу же ложите в постель, в третью палату!

Воины повиновались.

Но не успели они войти в здравпункт, как Шорник вдруг стал вырываться и громко запел: - Вечерний звон! Вечерний звон!

- Быстрее, долбоиобы!!! - заорал Пинаев.

Курсанты рванули так стремительно, что Шорник показался в их руках легчайшим перышком! Через мгновение они исчезли в глубине здания.

- Спасибо, товарищ сержант! - сказал, улыбаясь, Потоцкий.

- Спасибо! - повторил Иван.

- На здоровье! - ответил Пинаев и знаком подозвал к себе Зайцева. - Спасибо в карман не положишь! - пробурчал он ему в ухо. - Ставь бутылку за помощь!

- В этом можешь не сомневаться! - ответил Иван.