Я опустила руки, он повернулся к коню.

- Итак, я слушаю вопросы, миледи.

- Тогда я начну. Кто такие Призыватели?

- Враги, - сказал он, отцепляя от седла мокрые вещи.

- Почему?

Он улыбнулся.

- Неизбежность.

- С каких пор враг – это неизбежность?

- Видишь ли, - Лорен передал мне мою сумку и принялся развешивать вещи на ветвях. – Есть те, кто защищают Равновесие Природы, и те, кому хочется его уничтожить. И враги есть постоянно.

Я рассмеялась.

- Кто может быть врагом Природы?

Взгляд Всадника был лишен веселья.

- Хранители Равновесия и Призыватели Хаоса – противоположные силы, - сказал он. – Ты не знала?

Я покачала головой.

- Все на земле – результат Равновесия изначальных стихий Жизни, Смерти, Тьмы и Света. Долг Хранителей – защищать Равновесие, а Призыватели постоянно пытаются это нарушить, - Лорен перестал развешивать вещи и подошел ко мне. – Вечная борьба. Хранители не пускают Призывателей. А те ищут шанса впустить Хаос…

- Всадники, - перебила я. – Всадники на стороне Равновесия?

Он фыркнул.

- Ты звучишь неуверенно.

- Но, - сказала я, - ты убиваешь.

- С каких пор убийство не часть Природы?

- Но это намеренно… в бою.

Он замер. Я увидела, как он помрачнел.

- Я не Целитель, - ответил он. – И не из Мерит. Не сравнивай меня с вашим невинным… воспитанием.

Он явно хотел сказать не «воспитание». Его тон жалил. Я отозвалась:

- А я не из вашего жестокого мира, так что не рассчитывай, что я пойму.

Лорен снял седло с Арро.

- Точно, - согласился он, смягчившись. – Порой у нас нет выбора, и приходится брать оружие, особенно, когда жизнь в опасности, - он оставил седло на пне. – Ты ведь понимаешь, что у Призывателей преимущество, - продолжил он. – Война не прекращается. Происходящее это только доказывает. И станет только хуже.

Я задумалась.

- Это связано с поиском ракушки?

Лорен выронил поводья и вышел из-за дуба ко мне.

- Ты ведь не говорила с кузиной?

- Нет. Но я вспомнила часть куплета: «Песнь ракушки услышь, дождь к…»

Он схватил меня за руки.

- Где ты это слышала?

Я застыла, не ожидавшая его прикосновения.

- Ты спокойно отцеплял седло, говоря о судьбе Земли, а теперь бесишься из-за каких-то слов?

- Ты знаешь. Откуда?

Всадник был слишком близко, глаза его были синими.

- Я встретила старика, провидца, - сказала я, едва дыша. – Он сказал, что наступает тьма, что я должна найти ракушку, - и что я пряталась от чего-то, что еще не видела. Я вдруг захотела, чтобы провидец ошибся во всем.

- Провидец, - Лорен встревожился. – У него было имя?

- Харкер.

Его взгляд ожесточился.

- Держись от него подальше.

Я вспомнила старика, что был одиноким и мучился от боли.

- Он безобиден.

- Безобиден? – рявкнул он. Лорен отпустил меня и отошел. – Он – причина всего этого.

- Как? Почему?

- Харкер предложил Призывателям то, чего у него не было, и это привело к новой атаке, - его тон ужасал. – Об этом он явно умолчал.

Я потирала руки, его хватка была крепкой.

- Но зачем он сказал мне найти ракушку?

- Надеюсь, из чувства вины, - прошептал Лорен. – Миледи, та ракушка – амулет, один из четырех, что защищают Хранители в замке Тарнек. Но из-за этого предателя мы потеряли их, Призыватели украли их, - он поджал губы. – Они разбросаны и скрыты, они пытаются выманить нас…

- Что за амулеты?

- Шар, ракушка, камень и меч. Символы Жизни, Смерти, Тьмы и Света, изначальных стихий.

Я потеряла дар речи.

- И… что они делают?

- Они связаны под надзором Хранителей. Так оберегается Равновесие, циклы этих сил защищаются. Если амулеты разделены, силы становятся нестабильными, все живое в опасности.

- Почему? – прокричала я, удивив Всадника. Но я вдруг разозлилась из-за этого разговора, не желая верить, что такой силой беспечно играли. – Почему все так просто… Почему наши жизни в опасности из-за разделенных амулетов?

- Просто? – оскалился Всадник. – Ты ничего не знаешь о бесконечном присмотре Хранителей! – он отошел, взял себя в руки и вернулся. Его голос был ровным, но все еще слишком громким. – Подумай о Равновесии, о потоке изначальных сил, ты ведь, как Целитель, связана с ними. Рассвет, закат, урожай и увядание… Каждый день, каждый год цикл повторяется. Почему? Потому что так должно быть. Если одной силы становится больше, или она исчезает, все пропало. Ты видела, что это привело к трем месяцам засухи, представь, что дождь вообще не прольется.

Слова ударяли по мне.

- Ты говоришь о дожде! А не о свете, тьме… или смерти!

- Не будет дождя, - мягко, но настойчиво говорил Всадник. – Это выбор Призывателей. Понимаешь? Изначальные силы связывают Природу и Землю. Они должны быть в равновесии, тогда сбалансированы и элементы – земля, вода, ветер и огонь. Но в руках Призывателей амулеты становятся игрушками, - он сузил глаза. – Они могут убрать воду… если захотят.

Я услышала свой выдох, меня словно ударили этой угрозой. Засуха была прихотью жестокости.

- Теперь ты понимаешь, как они играют нашими жизнями, - Лорен подошел и прошептал это. – Они не могут разрушить амулеты, но могут управлять, обернуть Природу против себя. Разорить землю и свести с ума существ. Они нападут с такой силой, какую мы не видели. Амулеты нужно вернуть, чтобы помешать им.

Я, вроде, кивнула. Веселье и злость исчезли. Плечо покалывало, во мне была нить тепла…

Лорен склонил голову, разглядывая меня.

- Я вижу сомнение в твоих глазах. Ты задаешь все вопросы, но не главный. Задать его за тебя? – он заговорил еще мягче. – Почему Призыватели ищут тебя, Эви Кэрью? Что пробудило эту связь?

- Моя метка. Наверное, она что-то значит, но я не знала… - я замолчала, задумавшись. Провидец боялся моей метки, спрашивал, что у меня общего с Ларк. Я с подозрением посмотрела на Всадника.

- Кузина. Кто она?

Он сказал:

- Лучше спроси, почему твою кузину выбрали искать помощи Мерит.

- Потому что были знаки!

- А кто посылал их, миледи? – я покачала головой, и он ответил. – Ларк призвали Хранители из замка Тарнек, нам нужна была ее помощь. И нужна твоя помощь.

Всадник был слишком близко, и это, и его слова заставило меня задержать дыхание.

- У каждого амулета есть Страж, который может спасти или разрушить его. Четыре амулета – четыре Стража, Стража Тарнека. Только они могут найти и вернуть амулеты, восстановить Равновесие. Ларк – одна из них.

Ларк. Милая и робкая Ларк. Как это? Но в этом был смысл.

Я прошептала:

- Я хорошо знаю кузину, ее связь со всем, а значит, она ваша Стражница Жизни.

Кивок. В груди заболело, следующий вопрос было сложно задать.

- Если Ларк – Стражница Жизни, то кто я?

- А ты, миледи, Стражница Смерти.

8

Жар поднимался по горлу к щекам. Я отшатнулась.

- Это не то, о чем ты подумала, - сказал за моей спиной Лорен.

- Откуда тебе знать, что я подумала?

- Твои глаза вспыхнули, когда ты отвернулась, словно ты пыталась отогнать это. Словно это оскорбило тебя.

- Не связь, Всадник, а титул, - я встревожилась, что он такое заметил. – Я Целитель. Как я могу быть Стражницей Смерти?

- Ты не так понимаешь. Ты видишь в смерти зло.

Я вспылила:

- Я никогда не видела зла в смерти! Это необходимость! – но после Райфа я не видела в ней смысла. Смерть преследовала меня… или я шла за ней, а теперь этот юноша бросил ее мне, увенчал меня этим словом. Я была уязвлена этим. Если я Стражница, то почему не Света? Или хотя бы Тьмы? Лишь мы не Смерти.

Но Лорен тихо сказал:

- Не Смертоносная Стражница, а Стражница Смерти, ее амулета. Конечно, ты Целитель. Единственная из немногих.

- Так назвал меня Харкер. Вы с ним одинаково говорите, а его я считала сумасшедшим.