— Катю вот не принял, — даже с сожалением проговорила Роза.

— Он принимает далеко не всех, — с видом мудреца проговорил Раздолбаев.

— Значит, мы избранные! — страшно обрадовалась Роза. — Поняла, лошина? Мы цари!

— Я рада, — тяжело вздохнула Шмелефанова, думая, что всё это слишком странно и что никакие красавчики не стоят таких страданий. Тем более, красавчик тоже попался с отклонениями.

Компания вновь направилась за стол. Но спокойно сесть на место им не дали.

— Ко мне! — вдруг приказал Николай, глядя прямо на “своё наказание” и хлопая себя по колену.

— Вы меня узнаёте? Я Шаня, не собачка, не белочка, — удивившись, отреагировала та, тем не менее подходя ближе.

Ваня сразу же забеспокоился, насторожилась и Ольга. Остальные принялись ждать, что будет дальше.

— Слишком много слов, нахлебница, — поморщился Николай, взял бутылку (Шаня попятилась, думая, что он применит её в качестве оружия), налил в рюмку незамерзающей жидкости и протянул ей. — Пей.

— Папа, ты сдурел?! — взвился Иван.

— Вы меня уже в позапрошлую субботу спаивали, не хочу больше, — озадаченно отмахнулась Шмеленкова. — Память отшибло? — участливо поинтересовалась она.

— Нужно усвоить пройденный материал, — произнёс очень странную фразу Николай. — Ты должна знать! — заявил он и значительно посмотрел на Шаню, словно собираясь посвятить её в тайное общество. — Кто-то должен научить тебя жизни, — прибавил он.

— Ты ей ещё что-нибудь предложи, — посоветовала Вера и мерзко захихикала.

— Держи фантазию! — прикрикнула на неё вездесущая Таисия.

— Коля, немедленно отцепись от Шани! Достаточно! — вступилась Ольга.

— Шаня, не вздумай! — нахмурился Иван, складывая руки на груди.

— Ты на ней решил эту водку проверить? — выдвинула предположение Долдонова.

— Мне нужно, чтобы она знала! — упрямо повторил Николай, словно на дне рюмки скрывалась какая-то правда. — Пей! — сурово повторил он.

— Пей! Пей! Пей! Пей! — принялась скандировать Роза, которой было интересно, что будет дальше.

— Вы с головой поругались? — решил уточнил Миша.

— Папа, я тебя убью, — вдруг решительно пригрозил Иван.

— Я тебя сам убью, сынок, — абсолютно ровным голосом пообещал Травкин-старший. — Нахлебница, пей немедленно! — гавкнул он, и Шаня подумала, что он применит силу, если она откажется.

Разумеется, она могла бы отказаться. Даже убежать. Едва ли пьяный Николай, пусть и одержимый маниакальной решимостью споить её, смог бы догнать. Но экспериментаторше- Шане и самой было интересно, что будет.

— Виноваты будете вы, — заметила она и залпом осушила рюмку. Раздался удивлённый возглас Сары и тихое шипение Вани.

Было такое ощущение, что Шаню подожгли изнутри. Жуткий горький вкус, безумный жар, что-то ударило в голову, а затем за спиной словно выросли огненные крылья.

— Не забывай закусывать, — назидательно произнёс Николай, вталкивая в рот поморщившейся Шане кусок чёрного хлеба.

— Коль, ты козёл! — всплеснула руками Ольга. — Шанечка! Шанечка, ты меня слышишь? Ты в порядке?

Шаня сверкающими глазами посмотрела на неё, хотела ответить, что вполне, но вместо этого почему-то начала неудержимо смеяться, даже ржать.

— Ну всё, пиздец, — резюмировала Таисия.

— Она одержима! — встрепенулась Лоло, тыча в Шмеленкову пальчиком.

— Куда прозаичнее, просто бухая, — разубедила её Вера.

— Вот мы и доказали! — торжествующе объявил Николай, хлопнув ладонью по столу.

— Что ты доказал? — ледяным тоном поинтересовался сын.

— Во-первых, — загибая пальцы, начал Николай, — она легко поддаётся убеждению и совершенно не в состоянии сопротивляться. Во-вторых, я всё-таки выявил у неё тягу к алкоголю! В-третьих… — он сделал паузу, — почувствует утром боль — и, может, пить больше не будет.

— Ты это специально сделал, чтобы она потом от похмелья мучалась?! — воскликнул озарённый догадкой Ваня. — Отомстить ей решил?

— Сын! — громовым голосом отозвался Николай. — Мои побуждения чисты, как душа котёнка!

— Котят приносят в жертву Сатане, — в полусне пробормотала баба Лоло.

И в этот момент в кармане Шаниных шорт вдруг ожил телефон.

— Чёрт, совсем забыли, что Лёша приезжает! — так и схватилась за голову Ольга, проворно вскочила и отобрала у Шмеленковой мобильник. — Шанечка, лучше я поговорю. А ты иди… лучше сядь.

Шаня не спорила. Всё ещё хихикая, она попыталась сделать шаг, но с гравитационным полем Земли что-то случилось, поэтому она чуть не поздоровалась с полом.

— Капец ты, — только и смогла сказать Сарочка, хватая невменяемую подругу под локоть.

— Я тебя убью, — мрачно пообещал Иван, поддерживая Шаню с другой стороны. Саре невольно вспомнилось, как они вдвоём тащили Шмеленкову в медпункт.

— Да лан, всё нормально, — со странной улыбкой не от мира сего поведала Шаня.

— Белочку уже видишь? — заинтересованно скакала вокруг Роза. — А карликов?

— Фу, бесстыжая алкашка, — прогундел Илья, за что немедленно получил подзатыльник от Шаниной верной младшей подруги.

— А я с ним согласен, — процедил недовольный Иван. Общими усилиями они с Сарой усадили её на стул и сели рядом — Шмульдина слева, Травкин справа.

— Да брось, не так уж много она выпила, — жизнерадостно заявил Раздолбаев. — Мне вот интересно, что она сейчас говорить будет. Вдруг с нами самым сокровенным поделится? И, да, насчёт белочки тоже интересно. Ну что, разрушитель легенд, ты её уже видишь?

— Заткнись, — не разжимая зубов, потребовал Ваня.

Миша только обречённо вздохнул, садясь напротив Шани. Роза во все глаза смотрела на покрасневшую Шмеленкову, словно та была оракулом. А Катя, как ни странно, о чём-то беседовала с Ильёй.

Тем временем Ольга вела переговоры с Шаниным отцом.

— Лёшенька, привет! С приземлением тебя! — проворковала она. — Хорошо дела. Что? Да совсем я не пьяная, ты чего! Шаня? Шаня прекрасно! Да жива она, не бойся. А подойти не может. Да, она не может. Потому что не может. Всё тебе знать надо, любопытный какой! — выдавая себя с головой, захихикала Травкина. — Всё, ждём тебя, пока-пока!

— Ну что там? — спросила Таисия, как только дочь положила трубку.

— Он только выехал, пока гуляем дальше, — беззаботно отозвалась Ольга.

Алексей Шмеленков, бросив телефон на переднее сиденье, внимательно уставился на дорогу, прибавляя скорость. Шоссе было полупустым, перед глухой стеной леса мерцала цепочка светлячков-фонарей. Алексей был не на шутку встревожен. Голос Травкиной ему совершенно не понравился. Отсутствие Шани — тем более. Говорил же он жене — нечего оставлять её с этими чудиками!

В голове проносились самые невероятные догадки. Шаню избили до полусмерти и держат в подвале. Шаня перебила всю семью, сохранив жизнь Ольге, которая напилась с горя. Шаня давно уже сбежала, и Травкины от волнения напились. Шани уже и в живых-то нет, и они напились, опять же, с горя. Шаня не может разговаривать, потому что лишилась голоса. Или, возможно, её сбила машина, и теперь она в критическом состоянии.

Нужно было срочно увидеть дочь своими глазами, чтобы успокоиться.

— Интересно, инопланетяне уже проникли на эту планету? — рассуждала Шмеленкова, выкладывая загадочную фигуру из виноградин на скатерти. — Если они разумные, они должны были проникнуть. Чтобы понаблюдать.

— Всё может быть, — с видом психиатра кивал Миша.

— Илья, я знаю, — вдруг повернулась к остолбеневшему Мо Шаня. — Я уже давно поняла.

— Моооо? — осведомился тот.

— Можешь не скрывать. “Мо” — твой условный сигнал. Вот сейчас мы и проверим, — торжествующе сказала Шаня, хватая нож. — У инопланетян должна быть зелёная кровь! — с видом знатока заявила она. — Вскроем его.

— Так вот почему он такой стрёмный! Я же всегда говорила, что он реально с Плутона! — восторженно заорала Роза, с готовностью бросаясь на несчастного Илью. Инопланетянин с крысиным писком вскочил на ноги и принялся улепётывать прочь.

— Не вздумай улетать, — пригрозила Шаня, силясь подняться. — Всё равно вскроем и изучим.

— Слушай, ты, юный натуралист, сядь на место, — устало потребовал Ваня, придерживая её за руку и силой усаживая обратно на стул.

— Вот что водка с людьми делает! — тоном старой бабушки завздыхал Раздолбаев. — Эй, Шмель, а где они ещё, эти инопланетяне? С Ильёй всё ясно, а ещё кто-то есть?

— Дед, инфа сотка, я те отвечаю! — авторитетно заявила Шаня. — Он почему столько пьёт? Потому что марсианин!

— Тебе смешно, а мне не очень! — рявкнул на Раздолбаева Травкин. — Оставь её в покое.

— Так точно, — послушно поднял руки тот, решив не ссориться.

— Ты логична как никогда, — фыркнула Сара, наполняя стакан морсом из графина и подавая подруге. — Вот, держи. Выпей. Тебе теперь много жидкости выпить нужно.

Шаня послушно отпила морс и вдруг снова захихикала, едва не разлив его.

— А ты не Катя, ты только притворяешься! — заявила она, сумасшедшим взглядом уставившись на Шмелефанову.

— Конечно, деточка, ты пей больше, тогда все марсианами будут, — вздохнула Катя.

— Он тебя уже заразил, теперь он тебя контролирует, — сделала странный вывод Шаня, очевидно, имея в виду Мо с Плутона.

— Только меня вскрывать не надо, — попросила Катя, задумчиво отправляя в рот конфету. Она решила, что нужно триста тридцать три раза подумать, прежде чем ехать к кому-то в гости.

— Пей морс! — строго напомнил Ваня своей невменяемой девушке. — Если останешься у нас, завтра я с тобой поговорю, так поговорю, что ты к бутылке ближе чем на метр не подойдёшь, — мрачно пообещал он.

Подумавшая не о том Сара захихикала.

— А я что? — тоном Маринкович возмутилась Шмеленкова. — Это всё козёл старый, отец твой! Я ему доверяла, а он…

И Шаня, уронив голову на стол, вдруг зарыдала. Виноградины разлетелись в разные стороны.

— Водички ей на голову вылей, — посоветовал Раздолбаев.

— Я сейчас тебе что-нибудь вылью, — огрызнулся Травкин. — Шань, приди в себя! — потребовал он, похлопывая Шмеленкову по спине.