— Вообще-то, он у меня разряжен, — напомнил Ваня.

— За-ши-бись, — подвела итог Шмеленкова. — Наверное, они думают, что мы умерли.

— Или начали без нас, — предположила Сара.

— Начать без водки? Смеёшься, что ли? — фыркнула Роза. — Но я вам хочу сказать, что нам звездец, ребят.

Повисла пауза. Стало слышно, как тяжело пыхтит Семён. В лесу снова хрустнула ветка.

— Может, нас пожалеют? Мы же хранители водки, — с надеждой протянул Миша.

— Мечтай, мечтай, — вздохнула Роза.

— А зачем тогда торопиться? Нам по-любому звездец, — вслух подумал Раздолбаев.

— Ну знаешь ли, если мы все-таки донесем им водку до полуночи, нас могут казнить менее жестоко, — заметила Шаня.

— Да провалились бы они с этой водкой, — буркнула Сара.

— Алкаши несчастные, — со вздохом продолжил Травкин. — Слушайте, мы же не собираемся остаться тут и околеть! Давайте идти вперед.

— Ты хоть знаешь, куда мы идём? — тоскливо спросил Семён, по привычке почёсывая затылок.

— В никуда, — за Травкина ответила Шмеленкова.

— Ну что за безысходность? — возмутился Ваня, осознав, что в команде нужно поднимать боевой дух. Каким-то образом он понял, что среди присутствующих он самый разумный. Значит, нужно взять обязанности лидера на себя и хоть куда-то привести это сборище потерявшихся ненормальных.

— Сеня был прав, любая дорога нас куда-нибудь приведёт, — продолжил он. — Мы так или иначе доберемся до её конца. Там наверняка есть населённый пункт. Нас точно не бросят в беде, там же люди живут, в конце концов!

— А вдруг снеговики? — предположила Роза.

— Мы найдём там телефон и позвоним нашим, — проигнорировал сестру Иван. — Нас, конечно, убьют, но все-таки мы не помрём в лесу. Так что идём дальше, все равно вариантов получше ни у кого нет!

— Идём, — согласилась Шаня. — Хотелось бы дойти до Нового года.

— А что, встретим его здесь, посреди чащи! Романтика же! — восторженно заявил Раздолбаев.

— Всю жизнь о таком мечтала, — буркнула Сара, вспомнив, что её мама не знает, что она ушла в палатку с ребятами, и наверняка сейчас сходит с ума от волнения. Вот везёт же Шане с одной стороны, её родители сейчас далеко, расслабляются в компании друзей и совершенно не волнуются о дочери. Сейчас она тут в самом выгодном положении, ей абсолютно ничего не грозит. Ну максимум выслушать нотации Зануды. Это не так уж и страшно, он ведь ей не отец и даже не родственник.

— Меня уже обыскались, наверное, — вздохнул Семён.

— Не тебя одного, поверь, — хмыкнул Травкин.

— Что-то я кушать хочу, — снова пожаловался Долдонов. Роза, не сдержавшись, захихикала.

— У неё есть шоколад! — завопил Раздолбаев, ткнув пальцем в Травкину. — Прости, юная леди, не хотел, но я сам безумно голоден, так что делись!

— Ни за чтоооо! — пронзительно заверещала Роза, в ужасе прижимая к себе пакет. — Не подходите! Я сейчас в лес уйду!

— Жадина! — в шутку обиделся Раздолбаев. — А ну делись, или мы поужинаем тобой!

— Ааааааа! — заверещала Травкина и помчалась вперед. — Вы не посмеете! У меня есть фонарь! Значит, я королева!

— Я поднимаю бунт, и сейчас ты его лишишься! — заявил Миша, бросаясь за ней.

— Не уносите свет! — испуганно взвыл Семён и пустился вдогонку, переваливаясь с боку на бок.

— Мне иногда кажется, что они идиоты, — пожаловалась Сара, потирая виски. От писка и крика Розы у не привыкшего проводить с ней долгое время человека обязательно начинала болеть голова.

— Поверь, тебе не кажется, — покачал головой Ваня. — Зато им не холодно, движение — это жизнь.

— Ка-ак вы ду-маете, — нараспев произнесла Шаня, почему-то покачиваясь из стороны в сторону, — мы встре-етим здесь Деда Моро-оза?

— Было бы неплохо, ограбим его, — фыркнула Сара.

— Отнимем сани и поедем домой, — вздохнул Ваня, поправляя шапку.

— Людиии! Убиваааают! — верещала Роза, падая в снег и закрывая собой пакетик с шоколадом.

— Сеня, держи её! — командовал Раздолбаев, отбирая у девочки фонарик.

— Нееееееееет! — взвыла Роза, вывернулась и ухитрилась укусить Мишу за руку.

— Жратва! — орал Семён, силясь отнять у неё пакетик и хохоча, как горный тролль.

— Оставь её в покое, всё равно ты этим не наешься! — крикнул Ваня.

Семён в ответ издал совершенно непонятный звук и с новой силой начал отнимать у вопящей, как сирена, Розы шоколад.

— Ты голос сорвёшь, полудура! — без особой надежды воззвал к разуму сестры Травкин. Роза начала голосить ещё громче. Семён вдруг протяжно завыл.

— Может, он с ума сошёл? — предположила Сара. Кажется, от близости еды Долдонов утратил остатки человеческого и совсем озверел.

— Я боюсь, что он случайно сожрёт мою сестру, — сказал Травкин, подумав, не услышал ли кто-нибудь их вопли. Может, в конце концов им придут на помощь?

— Это она его сожрёт, если он доберется до святого, — усмехнулась Шмеленкова.

— До шоколада, что ли? Вполне вероятно, — отозвалась Сарочка.

— Эх, везёт нам на приключения, — помолчав, сказала Шаня.

— Да не то слово, — вздохнула Сара, снова вспомнив о маме.

Приключения — это, без сомнения, замечательно. Только вот гнев мамы — ни разу не здорово.

— Как Новый год встретишь, так его и проведешь, — задумчиво произнесла Шмеленкова, косясь в сторону, на заснеженные ели.

— Я очень надеюсь, что встретим мы его не здесь, — остановил её Травкин.

— Да я не сомневаюсь, что следующий год будет таким же шибанутым, как и этот, как и прошлый, как и все, — сказала Сарочка, настороженно поглядывая вперёд, где Семён, судя по его движениям, уже кого-то разделывал.

— Это разве плохо? — спросила Шаня, размышляя, нужна ли Розе помощь.

Сара задумалась, а потом весело ответила:

— Наоборот!

— Знаете, вы такие полоумные, что я почему-то стал таким же, — сказал вдруг Травкин.

— Стал? — переспросила Шаня. — Да ты всю жизнь таким был! Иначе ты не стал бы с нами дружить.

— Скажи мне, кто твой друг… — с умным видом начала Сарочка, а Ваня снова закатил глаза.

Внезапно впереди послышался дикий вопль Розы, напоминающий предсмертный.

— Отняли все-таки, — сразу же определил Травкин.

— По-моему, он ей руку откусил, — нервно сказала Шмеленкова, поморщившись. Даже она не выдержала криков Розы.

— Пойдёмте поможем, — предложила Шмульдина.

— Сожрать шоколад или вернуть его? — спросил Ваня.

— Да что угодно, лишь бы она заткнулась! — рявкнула Шмульдина, потеряв терпение и бросаясь к шумной компании.

— А я за идею! — заявила Шаня, помчавшись вдогонку.

— Говоришь, я всю жизнь полоумным был? Тогда я за компанию! — решил Травкин.

Скоро вся честная компания превратилась в вопяще-оруще-визжащий клубок. Сарочка, вырывая у кого-то из рук пакет и пиная кого-то ещё, решила, что всё-таки иметь ненормальных друзей неоценимо. Ну с кем еще заблудишься в лесу под Новый год? Ну кто еще додумается устроить войну за шоколадку, вместо того чтобы искать дорогу домой? Она даже перестала бояться реакции мамы. В конце концов, она здесь не одна. А человек так устроен, что всегда порадуется, если достанется не ему одному. Ей за шиворот попал ледяной снег, он набился в сапоги, заставляя её вздрагивать, но даже это не волновало Шмульдину теперь. Всё ведь хорошо. Нет, даже отлично. Они здесь все вместе, а значит, ни за что не пропадут.

— Есть! — крикнула Сара, отобрав-таки пакетик с шоколадом, вскочила с земли и отбежала на пару шагов назад. От резкого движения закружилась голова.

— Отдай! — заверещала Роза и поползла к ней, протягивая руки. — Отдай, и половина твоя!

— Нет! — взревел Семён и попытался встать с земли, но вдруг свалился обратно и чуть ли не захрюкал от возмущения.

— Я случайно, честно! — заявил Раздолбаев, дёрнувший его за ногу. — Сарочка, не верь ей, она съест всё сама и не даст тебе даже упаковку!

— Лошина! — крикнула Роза. — Либо ты отдаешь мне шоколад, либо я буду орать!

— Так, всё, верни пакет ей! — в шутку испугавшись, замахал руками Миша.

— Не сомневайся, — подтвердил Ваня.

Сара быстро бросила пакетик Травкиной, которая довольно захихикала и прижала его к себе. В способностях Розы к безостановочному крику она не усомнилась ни на секунду.

— Нечефна, — отплёвываясь от снега, заявил Долдонов.

— Видели самого голодного? — хмыкнул Ваня, удерживаясь от внезапного желания пнуть Семёна, чтобы тот не поднимался из сугроба.

Раздолбаев хотел что-то сказать и вдруг начал размахивать руками, как ветряная мельница, и подпрыгивать на месте.

— Внимание! Это очень важно! — завопил он. — Все срочно отойдите от Семёна! Отходите как можно дальше!

— Почему? — не на шутку испугалась Роза, прижав к себе пакетик ещё сильнее.

— Он тебя не кусал? — с тревогой в голосе спросил Миша.

— Вроде нет, — отозвалась Роза, начиная на всякий случай ощупывать себя.

— Ты должна удостовериться, — важно продолжил Раздолбаев. — Вы ещё не поняли? Он чуть не разорвал её из-за шоколадки. А знаете, почему? Обратите внимание: уже давно стемнело. Скоро полночь.

— И что, он превратится в снеговика? — выдала свою версию Сара.

— Если бы, — сокрушенно покачав головой, ответил Раздолбаев. — Ровно в полночь он станет ПОЛНЕЙШИМ ДЕБИЛОМ!!!

— Так сегодня же не полнолуние, — фыркнул Травкин, замечая, что еще немного — и Семён взорвётся. Доводить Долдонова оказалось на удивление весело.

— А это не зависит от полнолуния! — объяснил Миша. — Ровно в полночь он превращается в ПОЛНЕЙШЕГО ДЕБИЛА! А это значит, что от него надо держаться подальше, иначе он может вас укусить, а тогда вы тоже станете превращаться в полночь. И учтите, что он может высморкаться в вашу одежду, отнять всю вашу еду…

— ЗАТКНИСЬ! — рявкнул Семён, слепил снежок и швырнул в Мишу.

— Вы видите, какой он агрессивный становится? — затараторил Раздолбаев, отскакивая. — Вот, уже начинается.

— Иди в жопу! — совсем обиделся Долдонов. — А где водка?

— Ой! — испугался Раздолбаев, заметив, что и его пакет с бутылками куда-то делся.

— Я тебе голову оторву, — пообещал Ваня. — Если мы еще и без водки вернемся…

— Да вот же они! — воскликнула Роза, освещая местность вокруг фонариком, который ей все-таки удалось отобрать у Миши.