Настроение немного улучшилось. Да, Ваня с Розой правы, все это не страшно и пройдет, но подробности ссоры снова и снова прокручивались в голове. То Шаня злилась на себя, что крикнула такое Саре вслед, то жалела, что не сломала подруге нос. Не беспокоиться о том, что произошло, было невозможно.

— О, маманька! — завопила Роза, показывая пальцем на подъехавшую черную хонду.

— Можно же было не орать! — возмутился Травкин.

— Бе-бе-бе, — отмахнулась Роза. — Идем скорее! О, там пузатик сидит, нас ждет!

— Привет, ребятки! — весело поздоровалась Ольга. — Роза, что опять с твоей юбкой?! Где ты успеваешь так пачкать вещи? Я в шоке. Ванечка, ну как олимпиада?

— Сложная, — коротко ответил Иван.

— Сколько заданий решил? — продолжила спрашивать Ольга.

— Уверен только в двух, а так решил восемь из десяти.

— Ну это уже достаточно много! Я думаю, ты все правильно решил! — весело сказала Травкина-старшая.

— Надеюсь, — улыбнулся Ваня.

— Вот видишь! — прошептала Роза, толкнув Шаню в бок. — Говорила же, помирятся!

— Точно, уже как ни в чем не бывало, — согласилась Шмеленкова.

— Все ссорятся и мирятся, хватит просирать нервные клетки и весенние деньки, будь как я, don’t worry, be happy! — с важным видом заговорила Роза, поднимая вверх указательный палец. — Так что пох, пляшем.

— Роза научит, — вздохнула Ольга. — Не ругайся хоть при Илюше, ты его смущаешь.

— Пузатый, я тебя смущаю? — удивилась Роза. — А ты поковыряйся в носу, и тебя ничего смущать не будет!

— Бесстыжая, — пробубнил Илья.

— Пузик, поковыряйся в носу! Это помогает! — не отставала Роза.

— Моооо! Отстань!

— Царь приказывает, а ты выполняешь!

— Отстань!

— Розочка, оставь Илюшу в покое.

— Но мама, он же пузатый!

— Ну и что? Ой, в смысле, никакой он не пузатый! Тьфу, Роза, одни проблемы от тебя!

— Пшшшш пшш грхргрхрр!

— Что?!

— Я разговариваю на языке лошар!

— РОЗА!

— Я!

На некоторое время в машине наступила тишина. Но с Розой тишина никогда не задерживается надолго.

— Интересно, а что будет, если людям согнуть колени в другую сторону? — задумчиво спросила она.

— Попробуй, — хмыкнул Ваня.

— На тебе? — оживилась Роза.

— Лучше на себе.

— Ванечка, какие страшные вещи ты говоришь! — испуганно сказала Ольга.

— Давайте на лохозавре попробуем! — предложила Роза.

— Мооо! — перепугался Илья.

Роза на некоторое время замолчала, но потом вдруг громко воскликнула:

— Смурфик!

Илья с вытаращенными глазами обернулся.

— Вы видели? — восторженно завопила Роза. — Он отзывается! Значит, он смурф! Голожопый смурф! Прямо как Семен!

— Но он же одетый! — удивилась Ольга.

— Ну и что? — искренне удивилась маленькая бестия. — У него зад в штанах не помещается!

— Ты можешь хоть минуту помолчать? — устало поинтересовался Ваня.

— Минуту? — задумалась Роза. — Нет, это слишком долго! Могу помолчать 33 секунды.

— Помолчи 34, — посоветовала Шаня.

— Ну ладно, ради тебя, — уступила Роза и затихла, считая про себя.

— ТРИДЦАТЬ ЧЕТЫРЕ! — вскоре радостно воскликнула она. — Эй, детишки, как делишки?

— Невоспитанная, — пропыхтел Илья.

— Впервые он сказал умную вещь, — пробормотал Ваня.

— Ванечка, ну ты-то не обижай Илюшу! — возмутилась Ольга. — Вон Шанечка молчит и не издевается над Илюшей.

— Какашка! — вдруг сказала Роза.

Илья удивленно повернулся к ней.

— Ха-ха! Он и на это откликается! — в восторге воскликнула Травкина. — Теперь его зовут Какашка!

— Моооооо! — протяжно замычал Илья и отвернулся.

— Мооооооо! — передразнила его Роза. — Ты Мо! Мо с Плутона!

— Почему именно с Плутона? — спросила Шаня.

— Потому что Плутон дальше всех от Земли, да еще и не планета больше! Так что ущербный Мо прилетел с ущербного Плутона!

— Какое счастье, мы приехали! — облегченно выдохнула Ольга, открывая пультом ворота.

— Мо, у тебя сорок секунд, чтобы добежать до дома, потом я буду тебя догонять и пинать! — заявила Роза.

— Мооооо! — испуганно взревел Илья, вывалился из машины и, переваливаясь, побежал к входной двери. Роза с улюлюканьем помчалась за ним.

— Бедный Илюша, — вздохнула Ольга. — О, сегодня уже пятница?

Шаня не спеша пошла к дому. Настроение, которое поднялось благодаря выходкам Розы, снова начало ухудшаться. Ссора с Сарой не выходила из головы. Шаня подумала, не сбегать ли ей к Саре, но вредный внутренний голос посоветовал ей гордо сидеть на чердаке и дуться.

Шмеленкова решила, что не мешало бы отвлечься. Закинув сумку с учебниками в дальний угол комнаты, она улеглась на кое-как заправленную кровать и нащупала книгу, которую начала вчера вечером. Шаня полюбила Стивена Кинга не так давно, зато полюбила всем сердцем.

“Мизери” помогла ей забыться где-то на час. Шаня увлеченно читала, лежа на животе и покачивая ногой.

— Вот бы так же с Даной сделать, — мечтательно подумала она вслух. — Черт, какая я кровожадная.

Шмеленкова отложила книгу и потерла уставшие глаза. Она поднялась с кровати и посмотрела в окно. По двору на четвереньках бегал Илья, а за ним носилась Роза с топором. Шаня фыркнула, отходя от окна. Присоединиться, что ли?

Тут ее снова кольнула мысль о Саре. Шаня раздраженно потерла виски.

— Что я, жить без нее не могу, что ли? — проворчала она. — Ладно, если она сейчас будет онлайн, я напишу ей.

Шаня нашарила в сумке телефон. Сарочка действительно была онлайн. Палец нерешительно потянулся к экрану, но так и не коснулся. Шмеленкова выключила телефон и швырнула его обратно в сумку.

Она спустилась в комнату Розы и уселась перед телевизором. Травкина же не будет против.

Через некоторое время внизу послышались громкие голоса. Шаня нажала красную кнопочку на пульте и прислушалась. Николай, кажется, пришел домой и с кем-то ругался. Шмеленковой стало любопытно, и она осторожно высунулась за дверь.

— Коля, хватит скулить! — раздраженно говорила Ольга. — Если тебя раздражает моя мать, ты должен был думать об этом раньше!

— Я не понимаю, как мог так опрометчиво поступить, — огрызнулся Николай.

— Еще не поздно все изменить, — холодно сказала Ольга. Хлопнула входная дверь.

— Сколько шума от этих людей, — вздохнул Николай. — И единственного нормального человека в доме все гнобят! Пора это прекратить.

Послышались шаги. Николай Травкин поднимался в свою комнату. Шаня еле успела спрятаться за дверь.

Щелкнул замок. Зачем-то он заперся. Интересно, кого он имел в виду под нормальным? Себя любимого?

“Чуть не попалась, — подумала Шаня, выходя из комнаты. — Куда теперь?”

Поразмыслив, Шаня решила идти гулять. По пути к калитке ей никто не попался. Роза с Ильей убежали на задний двор. Ваня, кажется, сидел в своей комнате. Все остальные разбрелись по дому.

Шмеленкова вышла на асфальтированную дорогу и задумалась, в какую сторону ей пойти: в поселок или снова на остров. Вдруг вернулась непрошеная мысль о ссоре.

— Я скоро чокнусь так, — сердито пробурчала Шмеленкова и решительно направилась к дому Шмульдиных. На душе было тяжело, и от этого камня хотелось поскорее избавиться.

Чем ближе к дому, тем тяжелее было идти. Как будто Шаня взбиралась на Эверест. А вот и их забор. Вот калитка.

Подойдя вплотную к калитке, Шмеленкова остановилась. Сейчас она позвонит, Сарочка или её мама откроют ей… И они помирятся, все будет хорошо. Рука потянулась к звонку.

Тут ей представилось злое лицо обиженной Сары. Или, что еще хуже, эта фальшивая улыбка. А если она будет просто молчать и отворачиваться? А если вышвырнет из дома?

Шаня поймала себя на мысли, что боится. Ну же, соберись, тряпка, не к Мандрагоре же Вельзевуловне в двери ломишься!

Палец Шани замер в воздухе, чуть-чуть не доставая до кнопки звонка. Надо нажать — и тогда дороги назад не будет. Надо скорее нажать и покончить с этим.

Шаня уже почти надавила на кнопку звонка, но ее рука безвольно опустилась. Она постояла еще, бессмысленно глядя на забор, а потом развернулась и побежала по дороге в сторону леса, чувствуя себя идиоткой и жалкой трусихой. Так и не сумела пересилить себя.

Если бы Шаня знала, что Сара видит ее в окно, то непременно позвонила бы. Сара, которая разговаривала по телефону со своей московской соседкой, стояла перед окном и смотрела на дорогу, на ветви деревьев, которые слека колыхал ветер, на лес в отдалении. И вдруг она увидела мрачную, потерянную подругу, которая еле-еле переставляла ноги. Сара аж на цыпочки встала от удивления. Она полвечера убеждала себя, что серьезно обиделась на Шаню, но она прекрасно понимала, что поссорились они из-за полной ерунды. С какой это радости Шаня стала бы специально уходить без лучшей подруги?

Они были уже довольно далеко, когда Сара вышла из школы и заметила их. А Роза громко орала и ржала, как и обычно. Неудивительно, что ее не расслышали. Но в тот момент Саре стало обидно, что без нее ушли веселиться. А мама только что написала ей, что из-за срочных дел приедет только в четыре.

Сара могла бы догнать девочек. Но ей стало так досадно, что она осталась в школе. Тем более, Сарочка всегда жутко ревновала своих друзей, от чего сама ужасно страдала. Ревновала, потому что любила и боялась, что они покинут её.

Когда Сара гордо уходила, повернувшись спиной к подругам, в глубине души она понимала, что сама ступила, что не догнала их, что обижаться-то особо и не на что. Более того, она надеялась, что Шаня догонит её. А вместо этого получила “ну и вали”.

Догнала Сару Катя. А лучшая подруга сказала ей “ну и вали”.

Именно это и задело Шмульдину больше всего. Она решила, что теперь дружба точно врозь. Она не отвечала ни на один вопрос мамы по дороге домой, и испуганная Мария Шмульдина решила, что Сарочка влюбилась, но не хочет говорить, в кого. Только такого счастья Саре и не хватало.

И вот теперь Шмульдина увидела Шаню, которая пришла к ее калитке. Сара так ждала звонка, что в какой-то момент ей показалось, что она его слышит. Но подруга вдруг дикими глазами посмотрела в никуда, развернулась и бросилась бежать. Сара чуть вслух не выругалась, увидев это.