— Сар, ты меня слышишь? — обиженно спросила соседка.

— Да, конечно, Свет, извини, меня мама зовет, пока, — ляпнула Шмульдина первое, что пришло в голову, и повесила трубку.

А потом пулей выбежала из дома. За Шаней.

Когда Сара покинула территорию участка, Шани уже нигде не было. Тихо выругавшись, Шмульдина пошла в сторону леса. Она вдруг поняла, что забыла адрес дома Травкиных. И не особо знает, как этот дом выглядит. “Ладно, поищу самый странный участок, это точно их будет”, — подумала она.

Сара шла вдоль заборов, оглядывая их и пытаясь найти самый необычный. На одном из них черной краской был нарисован череп с костями. Шмульдина решила, что это то, что нужно. Но постучаться она не решилась. Вдруг все-таки чужой участок?

— Ладно, — тяжело вздохнула Сара и поплелась домой. И у нее не удался первый шаг к примирению.

Шаня в это время уже добежала до своего любимого места — до острова. Она улеглась на спину, глядя в небо, которое потихоньку собиралось темнеть. В голову лезли самые мрачные мысли. В какой-то момент в голову пришла совершенно безумная мысль прыгнуть в реку и утопиться, чтобы Сарочка жалела всю оставшуюся жизнь. Эту мысль она тут же отвергла, обозвав себя истеричной идиоткой. “Становлюсь хуже Дашки Долдоновой”, — сердито подумала она.

Вдруг на другом берегу затрещали кусты.

— Сёма, ты? — догадалась Шмеленкова.

Вспомнишь Долдоновых — вот и один из них.

— Шанька! — обрадовался Семен. — А я как знал, что найду тебя здесь!

— Так и думала, что ты придешь сюда, — мрачно сказала Шаня.

— Ты что, не рада? — оскорбился Семен. — А ты… без этого?

— Какого “этого”? — не поняла Шмеленкова, глядя, как Семен нерешительно делает крохотные шажочки по бревну и шатается, как березка в поле.

— Ну… Ты одна? — перефразировал Долдонов. Шаня поняла, что под “этим” имелся в виду Ванька. Эх, надо было его с собой позвать. Хотя зачем, с другой стороны? Чтобы он смотрел на ее кислую морду и утешал?

Наверное, глупо все время избегать его, пугаться и удивляться, когда он с ней разговаривает. Катя верно заметила, его отношение к ней изменилось. Может, вся та агрессия была показной? Как и ее злоба была показной. Она ведь даже причину толком назвать не может! Так что, возможно, стоит перестать вести себя, как дикая амазонка. И почему ей так сложно адекватно реагировать на хорошее к себе отношение? Нет, на ЕГО хорошее отношение.

— Только я, парочка муравьев и один в меру упитанный мальчик, — отозвалась Шаня.

— Да ну тебя! А ты че такая мрачная? В школе кто обидел? — Семен добрался-таки до острова.

— Да нет, все нормально, просто с подругой посрались немного, так, мелочи жизни, — стараясь говорить легко и беззаботно, объяснила Шаня.

— С Сарой? Да ты не волнуйся, все пройдет! Мы вон с Ванькой тоже ругались постоянно, — весело отозвался Семен. — Но все равно друзья, — он вдруг помрачнел, — точнее, были ими.

— Что? — удивилась Шмеленкова. — Разве вы не дружите?

Семен посмотрел куда-то в траву, как будто собирался найти там муравьев.

— Неа, уже не дружим, — сказал, наконец, он. — Я понял, что он за человек. С ним невозможно дружить, ему нельзя доверять!

Шаня скептически посмотрела на Семена. Где-то она это уже слышала, только про самого Долдонова.

— С чего бы? — поинтересовалась она.

— Как тебе сказать, Шань, — неуверенно заговорил Семен. — Ну не тот он, за кого себя выдает! Он очень опасный, злой и подлый человек.

Шаня покачала головой. Ну что за тайны мадридского двора?

— Так можно хоть про Розу сказать! — заявила Шмеленкова. — А объяснить это ты можешь? Почему он злой и подлый?

Семен насупился.

— Ладно, я скажу тебе, — решился он. — Как ты считаешь, почему он вдруг ни с того ни с сего стал такой добренький и хорошенький?

— Ему ссориться надоело, — спокойно предположила Шаня.

— Пфф, святая невинность! — воскликнул Долдонов и дико заржал. — Он хочет избавиться от Дашки, вот и пытается изобразить, что у вас с ним все хорошо!

— Чего? — переспросила Шаня, приподняв бровь.

— А того! Раньше он с моей Дашкой мутил, а потом она ему не нужна стала! — заявил Семен, грозно потрясая кулаком. — И как я раньше с этим подонком общался? Но как увидел, что он вытворять начал, как он с тобой себя ведет, то сразу же все понял! И тебе советую от него подальше держаться!

Шаня, задумавшись, прикусила губу. Семен так её ошарашил, что даже мысли о ссоре отошли на второй план. Не хотелось бы верить, что он говорит правду. Ну и кому из них верить? Не такие уж все, оказывается, здесь милые и добрые. Неужели Миша зачем-то оговаривает Семена? Очень непохоже. Значит, Семен оговаривает Ваню? Чтобы завоевать её симпатию, что ли? Но он смотрит так серьезно и говорит так искренне! Шаня поняла, что совершенно запуталась. И Мишу, и Семена она уже считала своими друзьями. Ни одного из них она не хотела обвинять во лжи. Но ведь оба говорят совершенно противоположное! А Ваня что? Что-то не верится, что он может обманывать её сейчас.

“Эх, наивная ты, доверчивая дура! И что теперь с этим делать?” — раздраженно подумала Шаня. Здесь надо было бы спросить совета лучшей подруги. Но, увы, она и эту возможность использовать не может.

— А ты в курсе, что о тебе мне рассказывают то же самое? — прямо в лоб поинтересовалась Шмеленкова.

Семен вытаращил глаза.

— Кто?! — громогласно спросил он. — Этот урод?!

— Я не скажу тебе, кто, — резко остановила его Шаня. — Но меня просили держаться от тебя подальше. Может, хоть ты мне растолкуешь, что за нахрен у вас происходит, а?

— Значит, это был Раздолбаев! — игнорируя Шанину просьбу, догадался Семен. — Вот скотина! Он явно решил, что на Ваниной стороне ему будет выгоднее. Вот они и рассказывают про меня невесть что. Не верь им!

Шаня устало потерла лоб рукой. А кому же тогда верить? Розиному Петровичу? Тот здесь, пожалуй, самое надежное существо, пусть и не совсем живое.

— А от Вани реально держись подальше! — продолжил Семен, снова потрясая кулаком.

Шане вдруг подумалось, что вчера еще они мило сидели здесь все втроем. Хотя уже тогда особо теплых отношений между Семой и Ваней не было. На Семена что, озарение снизошло, что Травкин подлый и злой? И сегодня он окончательно это понял?

— Сём, давай не будем о Ване, ладно? — попросила она.

Все равно этот разговор ни к чему не приведет сейчас. Только запутает еще больше.

— Ну хорошо! — неожиданно легко согласился Семен. — Расскажи мне лучше, как сегодня прошёл твой день.

Подумав, что это куда лучше, чем странные рассуждения о подлых злодеях, Шаня принялась рассказывать ему про грозного физрука Валерия Петровича, бедного Урана Дмитриевича и коварную Лору Елистратовну, про полоумную Нундину Диогеновну, про похождения Розы в столовой и про безумный поход в магазин. Семен хохотал во все горло, как безумный. Шмеленкову поразило, что он не тараторит, как обычно, а слушает её. Эволюционирует мальчик, однако.

Когда Шаня закончила, Семен стал рассказывать ей смешные истории про свой класс, потом про приключения своей ненормальной сестрички, а потом поведал, как однажды дед Алкэ полез на крышу, решив, что он флюгер, а баба Лоло вызывала Сатану. Теперь уже была очередь Шани смеяться в голос и кататься по траве. Давно она так не веселилась, как с Семеном.

Больше книг на сайте - Knigoed.net

А наедине с ней он не кажется таким уж бестолковым, как обычно. Может, она на него так хорошо влияет?

— Опа, уже почти стемнело! — заметил Долдонов. — Сейчас Дашка меня искать начнет. Любит же она меня контролировать, стерва! Пойдем, что ли?

— Ну пойдем, — согласилась Шаня.

Семен подал ей руку, и она с его помощью поднялась с земли. Не то чтобы она не сумела сама (она же не Дана), но если Сеня хочет поиграть в джентльмена, то почему бы и нет?

— Я провожу тебя до дома, — вызвался Семен, с широкой улыбкой глядя на Шаню, когда они вышли на асфальтированную дорогу.

— Нет, это сделаю я! — вдруг сказал кто-то.

Обернувшись, Шаня увидела Раздолбаева. Тот выглядел куда мрачнее, чем обычно.

— Ты что, выслеживаешь меня?! — не сдержавшись, воскликнула Шаня. Уже который раз они так встречаются.

— Ты очень предсказуема, прекрасная леди, — хмыкнул Миша. — Правда, мои дружеские советы ты решила игнорировать. Я что, настолько ужасный, что не внушаю доверия?

Шаня удивленно раскрыла глаза. Это он про Семена, что ли? Теперь и этот начнет ей про коварных лжецов вещать?

— Я сам Шаню провожу! — огрызнулся Семен.

— Я справлюсь с этим сложным заданием, а тебя заждалась твоя наседка, — отозвался Миша.

— Чего? — не понял Семен.

— Ну, контролёр тебя дома ждет. Сейчас начнет допрашивать, где ты был, и закатывать истерики, что ты любишь Шаню больше, чем родную сестрёнку, — пояснил Раздолбаев, который был явно не в духе. — Хотя я бы даже Фини любил больше, чем такую сестру.

— Заткнись! — рявкнул Долдонов. — Заткнись, или я тебе нос сломаю!

— Боже мой, умираю от страха! — всплеснул руками Миша. — Семен, потрудись, пожалуйста, сделать так, чтобы через полминуты я тебя не видел.

— Чего?! — снова возмущенно переспросил Долдонов.

— Я тебе на день рождения подарю ушные палочки, — пообещал Миша. — Скройся, говорю! С глаз долой, из сердца вон!

— Вот еще! Сам скрывайся! — окончательно разозлился Семен. — Или тебе помочь?

— Это я тебе сейчас помогу! — убийственным тоном ответил Миша.

— Сём, иди домой, мне надо поговорить с Мишей, — вмешалась Шаня. Семен недовольно посмотрел на неё.

— Ну ладно, — пробурчал он, нехотя развернулся и поплелся к дому.

— Теперь я знаю, как изгонять Семена! Нужно использовать ясновидящую Шаню, — сказал Раздолбаев, но не так бодро и оживленно, как обычно. — Я уже боялся, что придется выкладывать дорожку из булочек к его калитке, чтобы он наконец-то ушёл.

— Что-то случилось, Миш? — спросила Шаня.

— Ты точно ясновидящая, — покачал головой Раздолбаев и изобразил, что снимает шляпу. — Кое-что произошло. Не хотел сомневаться в твоих прорицательских талантах, но не ошиблась ли ты, к сожалению не моя, но прекрасная ведьма?