Шмеленкова решила, что лучший способ — просто ждать, что покажет время. А как по-другому понять? Каждый говорит своё, и каждого она считает другом. Кто из них настоящий, а кто вовсе не друг? Или это просто огромное недоразумение?

— Сама ты огромное недоразумение, Шмель, — пробормотала Шаня и начала дергать себя за волосы, сама того не замечая.

А Ваня рассердился. Ежу понятно, почему. Нет, серьезно? Травкин ревнует? Травкин и ревнует? И, главное, кого? Чертова деревня сумасшедших, да весь этот чертов мир слетел с катушек!

Шаня вспомнила, как он дал ей свою тетрадь с домашним заданием, и подумала, что ведет себя, как полная дура. А что поделать, если по-другому она себя вести не умеет? Может, она и есть дура? Блондинка же, кстати.

Внезапно Шмеленковой в голову пришла совершенно безумная идея. Она вспомнила, что где-то на дне ее чемодана завалялась старая колода карт.

— Если я ясновидящая, то, быть может, еще и гадалка, хех, — вслух сказала она, выуживая карты.

Пиковый король — верить Сене, а король червей — верить Ване с Раздолбаевым.

Шаня положила две карты на пол и начала их перекладывать и менять местами, отвернувшись. Скоро она запуталась, под какой рукой какая карта. Значит, можно тянуть.

Она нерешительно потянулась к той, что лежала левее, и не решалась открыть её.

— Раз, два, три! — скомандовала Шаня, как будто бросалась в ледяную воду.

Пиковый король.

— Да ну в баню, я не гадалка! Лучше идти спать!