Ухмыльнувшись, Морган откинулась на спинку стула.

276

-Да, мне без разницы. Просто, думала, твоя золотая девочка не оценит.

Чарли сбрасывает пепел на пол.

-Она не золотая девочка.

-Ну, да. Извини типа. – Морган закусывает губу. – Мне в принципе наплевать, кто она.

-Отлично, тогда этот разговор можно сворачивать?

-Три недели без секса на тебя действуют приятель. – Морган выдаёт ехидную улыбку, и

Форс, усмехнувшись, отводит взгляд в сторону.

Наклонив голову, Морган разглядывает его, будто экспонат в музее мадам Тюссо.

Длинные пальцы сжимают сигарету, глаза печальные, взгляд в сторону, он не здесь, где-то

в другой галактике со своей золотой девочкой.

Не то, чтобы Морган не любила Шайлер Адамс, она вообще не испытывала никаких

чувств по отношению к другим людям, просто девушка казалась слишком… услужливой.

Морган могла послать папарацци, показать средний палец, не улыбаться на интервью, когда хохочет зал, а ей не смешно.

Могла почесать затылок, сбросить туфли, не побоятся повести себя так, как захочется, а

Шайлер пыталась всем угодить.

Она всегда была такой улыбчивой, милой, смеялась даже, когда было не смешно.

Её отец умер три недели назад, а она позволила себе показать душу лишь в день его

похорон, а потом снова спряталась за улыбкой.

Морган нравились искренние люди, которые не пытались показывать, что у них всё

хорошо.

Да, жизнь обмазана дерьмом, и ни к чему строить из себя самую счастливую девушку на

свете.

Хотя мама говорила, что нельзя показывать зрителям и журналистам, что ты чувствуешь.

Чем громче ты плачешь – тем громче они смеются. Чем хуже тебе – тем лучше им.

А если всегда улыбаться, это станет твоим панцирем и ни один не сможет пробраться туда, куда его соваться не просят, в самые сокровенные уголки твоей души.

Но Морган было чуть больше двадцати, и она отказывалась принимать в своё общество

людей с широкой улыбкой на лице, когда им плохо.

Когда-то Форс тоже был таким, как она. Он вскакивал с места, пока давал интервью в

прямом эфире и уходил, если ему не разрешали курить в студии.

Ругался с папарацци, напивался так, что себя не помнил, плевал на газетные заголовки и

никак не комментировал слухи о себе.

Морган усмехнулась, когда вспомнила его пресс-конференцию по сериалу: «Сладкие

грешницы», где он сыграл в двух сериях, его образ был невероятен. Он играл маньяка-

убийцу, но так ловко манипулировал людьми, что в итоге главная героиня сериала попала

в тюрьму из-за него, и следом за собой потащила туда подружек.

Режиссёры, сценаристы, продюсеры были в восторге от его работы и умоляли продлить с

ними контракт, но Чарли отказался.

А на пресс-конференции, когда его спросили, почему же он вообще согласился играть в

этом сериале, пожав плечами, Форс ответил: «Я спал с Мишель Келс (главной героиней

сериала), а теперь больше не сплю ».

Вот так.

А затем вытащил из кармана сигареты и ушёл. Журналисты и остальные актёры застыли с

широко открытыми ртами, на следующий день все газеты и новости трубили о словах

Форса.

Его осуждали, порицали, говорили, что он никогда вновь не станет правильным, милым

мальчиком, когда-то взошедшем на Олимп славы.

Но желание вернуть репутацию и скорее всего давление Ричарда заставили Чарли

принести публичные извинения девушке, забыть о сигаретах, алкоголе, девчонках и начать

вести праведный образ жизни.

277

Морган бросила сигарету в пепельницу, наблюдая за тем, как медленно огонь пожирает

крохотные комочки табака.

Ей пора собираться, выгнать парней из номера и уезжать, а не сидеть здесь и размышлять

о том, кто искренний, а кто нет.

-Энтони просил тебя зайти к нему. – Чарли тушит сигарету кроссовкой.

-Зачем?

-Откуда мне знать.

-Ясно. Спасибо.

Форс кивает и, засунув руки в карманы, бредёт в свой номер.

Морган ещё несколько секунд сидит в коридоре, потом отодвигает пепельницу в сторону и

идёт в номер Энтони.

Там мужчина вручает ей новый сценарий и позволяет костюмерше снять мерки для нового

платья.

Впереди у неё десять часов полёта, шесть из которых можно благополучно проспать, а

четыре мечтать о том, как родители будут валяться у неё в ногах от восторга, увидев

фильм.

Поскорее бы уже всё это закончилось.

***

Быстро случается то, о чём потом долго сожалеем.

Итальянская пословица

-Чарли… я беременна. Нет, нет…. Чарли… у нас будет ребёнок! Я… узнала вчера, ему уже

одиннадцать недель, представляешь…. Я решила оставить его. Что ты… думаешь?

Шайлер застыла у зеркала в нерешительности.

У неё было острое чувство дежа вю, когда-то она уже пыталась спроецировать свою

будущую беседу с Чарли, в тот день он выставил её вон и выбросил её лимоны, в

мусорное ведро.

Девушка с шумом сглотнула, разгладив складки юбки.

Хлоя сказала, что одеться нужно сногсшибательно.

Они вчера весь вечер выбирали ей наряд. Джинсовый топ и красная юбка в крохотный

горошек с оборками, едва достающая до колен.

Волосы распущены, на лице ни грамма косметики.

На кухне свежие вафли, фрукты, апельсиновый сок, кофе, бутерброды с сыром, омлет, в

общем, всё, чтобы заставить его, молча жевать и слушать.

На часах 10:26, он уже в Нью-Йорке.

Шайлер почувствовала, как вспотели ладони, когда она допустила в голову эту мысль.

Теперь они ходили по одной земле, и он был близко. Чертовски близко, Шайлер

чувствовала, как его ноги идут по ледяному асфальту, чувствовала тепло его кожи,

мягкость взгляда его глаз…

Девушка вздрогнула, послав в зеркало улыбку.

Она верит ему, верит, что он любит её, что она нужна ему, выходит и ребёнок будет ему

нужен.

Каждую ночь, вот уже три недели она лишь жила мыслью, что приедет Чарли и станет

легче, что она забудет о смерти отца хотя бы на мгновенье.

Он сможет убедить её, что всё будет хорошо.

Значит ребёнок, это часть их общего «хорошо».

Звонок в дверь, девушка с шумом сглатывает, заставляя себя двинуться к двери.

В последний раз она расправляет волосы, проводит рукой по животу и окидывает квартиру

придирчивым взглядом.

Ночью она не могла спать и чтобы хотя бы чем-то себя занять, устроила уборку.

278

А за неделю до этого она купила несколько мягких игрушек и покрывало на диван в

гостиной, теперь она выглядела куда уютнее.

Испустив тяжёлый вздох, девушка распахнула дверь, в конце концов чем быть, того не

миновать.

-Скай.

Шайлер не смогла не засмеяться от облегчения.

Впервые за три недели она могла смеяться, горло больше не сдавливали невидимые

пальцы одиночества и тоски.

Это был Чарли. Её Чарли, ну как она могла подумать, что он может причинить ей боль?

Что может не принять ребёнка?

Шайлер подаётся вперёд, его сильные, холодные руки обвиваются вокруг её талии и он

прижимает её к себе.

Его сумка падает на пол, долей мозга Шайлер понимает, что нужно вернуться в квартиру, но не может заставить себя сдвинуться с места.

Ей так легко дышать, она с наслаждением вдыхает морозный воздух, исходящий от его

кожаной куртки.

А он всё так же в ней, хотя уже совсем скоро декабрь и придут настоящие морозы.

-Почему ты всё ещё в этой куртке?

-Господи, как я скучал по тебе. – Форс смеётся и, толкнув ногой сумку, заводит Шайлер в

квартиру.

Как только дверь захлопывается, она отстраняется, улыбаясь.

-Ты дома.

-Не представляешь, что я тебе привёз.

-Себя!

-И себя в том числе, - Чарли на ходу сбрасывает куртку, не отводя от Шайлер

пристального взгляда. – Я был везде, где ты велела.

Девушка улыбается.

-В сумке фотоаппарат, засыпанный снимками Англии и твоя новая одежда, купленная на