другое.

Они всё поняли.

Мама, отец, тётя и двоюродная сестра.

Все, как один поняли, какие отношения связывают Чарльза Форса и Шайлер Адамс.

***

Я перестал принадлежать себе. Другой конец нити, которую дьявол привязал к моим

крыльям, он прикрепил к твоей ножке.

Виктор Гюго. Собор Парижской Богоматери

Она переодевается в его машине.

Несколько минут громко сопит, застёгивая платье и отказываясь принимать помощь.

Чарли лишь улыбается, кажется, ни одна вещь на земле не сможет вывести его из себя.

Сегодня у него всё прекрасно.

Целый месяц он спит, как младенец, напрочь забыв о Валиуме. Не пьёт, и практически не

курит, потому что Шайлер не переносит едкого запаха сигарет.

Он позволяет себе их, лишь, когда её нет рядом.

Но это не значит, что она не принимает его таким, какой он есть.

При ней он не собирает постель, вытирает руки о джинсы, бросается чипсами, играя в

войнушку, и не слышит упрёков.

Она не требует от него золотых колец, машин, квартир, дорогих платьев, от чего ему

хочется ей их покупать.

Чем больше она пыталась построить забор между ними, тем интереснее ему было его

разломать.

Шайлер не была сложной загадкой. Ему не приходилось часами смотреть на неё и

пытаться понять, чего она хочет. Ему не нужно было с утра бежать в ювелирный, чтобы

купить ей что-нибудь, иначе у неё будет плохое настроение.

Ей просто был нужен он.

Это было так странно. Понимать, что ты нужен не как мешок денег, или второй папочка, а

просто как человек.

Она не думала о его славе, деньгах, не желала нажиться на романе с ним.

Она была такой наивной, маленькой девочкой, которую ему хотелось запереть в замке и

никуда, никогда не отпускать.

Если бы он только мог, он бы никогда не отпустил её. Он бы запретил ей уходить куда-то

без него, общаться с кем-то кроме него, и превратился бы в самого страшного эгоиста на

земле.

208

-Не смотри на меня!

Выкрикивает Шайлер, когда он бросает взгляд в зеркало заднего вида.

Чарли вновь не может скрыть улыбку.

Он уже видел её обнажённой, но Шайлер была до смешного стеснительной, и даже утром

убегала в ванну, завернувшись простынёй.

Она просто не понимала, насколько она прекрасна.

Её мать настолько запудрила ей мозги своей ненавистью, что Шайлер поверила ей.

-Всё. – Пропыхтела девушка, перелезая с заднего сиденья на переднее.

Её рука скользнула по плечу Чарли.

Случайно, совсем не много, не тая в себе какой-то сексуальной подоплёки, но это задевало

лишь сильнее.

Каждое её, самое мимолётное, лёгкое прикосновение отзывалось дрожью в его теле.

Даже, когда она прикасалась к его вещам, он получал электрически заряд, будто она

касается его самого.

Мысленно Чарли насмехался над собой, он был не готов отдаться этим чувствам целиком

и пытался держать дистанцию между Шайлер и собственным сердцем, но выходило

плохо.

За этот месяц она стала такой близкой, какой не смогла стать ни одна другая.

Отбросив волосы назад, девушка повернулась к нему спиной.

-Застегни мне, пожалуйста.

Чарли притормозил, и, повернувшись к Шайлер, наклонился, пытаясь найти молнию в

складках платье.

Оно было угольно-чёрного цвета и доставало практически до колен.

Без рукавов, зауженное книзу и создавало иллюзию волн из крохотных складок.

-Чарли! – Шайлер взвизгнула, когда его губы коснулись её лопаток. Улыбнувшись, он

ловко застегнул молнию.

-От тебя вкусно пахнет.

Щёки девушки залились румянцем, улыбнувшись, она толкнула его в плечо.

-Прекрати так себя вести. – Проведя рукой по волосам, Шайлер разбросала их по плечам.

Из-за высокой влажности октябрьского вечера её обычно прямые волосы завивались

причудливыми локонами. – Чем?

-Что?- Чарли нахмурился, отводя взгляд от дороги.

-Чем… от меня пахнет?

Улыбнувшись, Форс резко крутанул руль, останавливаясь около клуба, асфальт под

которым пульсировал.

-Малиной.

Oak Bar в отеле Plaza сиял, точно новогодняя ёлка 31 декабря.

Чарли выбежал из машины, тёплый воздух салона, сменился ледяным ветром осени,

подступающим к горлу. Изо рта его вылетело крохотное облачко пара.

Обойдя машину, Чарли открыл дверь Шайлер.

-Прошу мадам, могу вам гарантировать, что папарацци здесь нет. Это мёртвая для них

зона. Сюда вход запрещён.

Шайлер подала ему руку и неловко выскользнула из машины, точно маленькая девочка, скатившаяся по скользкому, не по размеру большому сидению.

Обойдя длинную очередь одетых достаточно фривольно людей, Чарли кивнул охраннику, и тот отошёл в сторону, пропуская их внутрь.

Как только они ступили на железную лестницу, покрытую сеткой тонких флуоресцентных

ламп, Чарли отпустил Шайлер.

-Дальше по отдельности Скай, я подам тебе знак.

Он двинулся вперёд, чувствуя, как Шайлер изумлённо уставилась на него, оставаясь у

входа.

209

Он уходил, как ни в чём не бывало.

Расслабленная поза, руки в карманы, легко, точно бы наделённый сверхъестественными

способностями человек, спустился по лестнице, и потонул в толпе названных друзей на

один вечер.

Шайлер неловко спустилась по ступенькам.

В клубе было жарко, вокруг мелькали огни, потолки были слишком высокими, от чего

помещение казалось чересчур огромным.

Вокруг разгорячённые люди с широкими улыбками, влажные от пота волосы прилипли к

щекам и шее, хищные взгляды бегают от одного человека к другому.

И взгляды всех девушек бежали к Чарли.

Его так быстро обступила толпа красоток, что Шайлер на секунду потеряла его из виду.

Поднявшись на ступеньку повыше, она перегнулась через перила, желая рассмотреть

человека ещё секунду назад целовавшего её в спину и говорившего о том, что от неё

пахнет малиной.

Его больше не было.

На место того искреннего, доброго парня пришёл другой.

Высокомерный, нахальный, наигранно весёлый.

-Форс!

- Моя красавица. – В его глазах зажёгся хитрый огонёк, когда к нему подошла не высокая

мулатка с длинными густыми волосами цвета ореха.

Её крохотная фигурка была, обтянула лайкрой, сверкающей в свете ламп.

Она положила руки Чарли на плечи и подарила ему лёгкий поцелуй в щёку, от чего на

коже у юноши остался след губной помады.

-Эй, он вообще-то мой!- Подойдя к нему с другой стороны, темноволосая красотка с

чувственными губами забросила стройную ногу ему на бедро, обхватив руками сзади.

Чарли засмеялся, когда к дележке присоединилась ещё одна девушка с огромной грудью и

волосами цвета спелых слив.

Комок в горле Шайлер превратился в кусок стекла, и, царапая пищевод, позволял нутро

истекать кровью.

Динамичная музыка сменилась на романтичную: «Give Your Heart A Break», когда Шайлер

не выдержала.

Она уехала с ним, ничего толком не объяснив отцу для того, чтобы смотреть, как на него

вешаются другие женщины.

Он не позволял никому узнать об их отношениях, что позволяло ему заигрывать с

другими.

Он хотел её всю, а она разве не имела право получить то же самое?

С шумом вздохнув, Шайлер мотнула головой.

Хватит, она уходит.

Поймает такси и поедет домой, возьмёт деньги дома и расплатиться.

Издевательство на сегодня закончилось.

Поджав губы, девушка кивнула самой себе.

Всё кончено, больше она никогда не позволит ему пользоваться собой.

Чарли как бы ненароком поднял взгляд на неё, когда Шайлер покачала головой и

двинулась к выходу.

Район развратной элиты, Ист-Сайд она знала плохо, оставалось лишь надеяться, что такси

здесь ходят так же часто, как и в остальных частях Нью-Йорка.

Обойдя огромного охранника, пропустившего её в клуб ещё несколько минут назад,