Здесь не пахло марихуаной, и не было темно.

Если бы Шайлер не знала, что это клуб, она могла бы принять это место за зал, где

принимают гостей королевских кровей.

Витала энергичная музыка, но так же звучал живой квартет, подавались выпивка и

закуски, но при этом была барная стойка, за которой энергичный юноша смешивал

напитки.

Никаких безумных вспышек света и пьяных людей, здесь всё было культурно, люди

улыбались, позволяя фотографам сделать несколько снимков.

Шайлер с шумом сглотнула, когда её появление заметил невысокий мужчина с огромной

камерой в руках.

Сощурив один глаз, к другому он поднёс объектив и молниеносно сделал несколько

десятков снимков Шайлер и Франко.

-Вот, и мой любимый сын. – Шон Матьюз появился так внезапно, что Шайлер на

мгновенье опешила.

Она тысячу раз видела этого мужчина по ту сторону экрана, но никогда, и представить

себе не могла, что он будет стоять к ней так близко. Она даже чувствовала запах его

одеколона.

Не смотря на достаточно почтенный возраст, выглядел Шон прекрасно, небольшая лысина

на затылке, гордо открытая миру, широкая улыбка, большие карие глаза и небольшой

пивной животик, скрытый за длинным пиджаком и строгой рубашкой. Анжелия следила за

мужем и не позволяла ему распускаться.

-Один из самых любимых.- Парирует, Франко, слабо улыбаясь. – Отец познакомься, это

Шайлер Адамс.

Шайлер неловко приседает в реверансе, от чего чувствует себя невероятно глупо. С чего

бы она вообще должна это делать?

-Здравствуйте,… простите, я просто… моя мама вас так любит, я даже…, - Шайлер

замолкает, пытаясь подобрать нужные слова. – Простите, я не знаю, что сказать.

Рассмеявшись, Шон пытается повторить неловкий реверанс Шайлер.

-Такая красивая и обожает меня. Одобряю твой выбор сын. Скажите, если я вас уведу у

него, вы будете против?

Рассмеявшись, Шайлер чувствует, как щёки заливает румянец.

-Да она просто в восторге! Простите, мне нужно обойти ещё сотню гостей, но я уверен

никто из них больше не будет так добр ко мне, как вы. – Короткая рука Шона с мясистыми

пальцами, покрытыми густыми, чёрными волосами мягко ложится на запястье Шайлер и, улыбнувшись, мужчина продвигается в другую сторону зала.

-Это невероятный человек…- Бормочет Шайлер.

-Да ты, кажется, влюбилась, - Франко улыбается.

-Не правда! Кто я такая, чтобы любить такого человека?

-Я отчётливо вижу, как твоё сознание рисует десяток крохотных волосатых детишек,

похожих на меня.

Закатив глаза, Шайлер вновь смеётся. Кажется, она действительно чувствует себя здесь

свободно, даже забывает о неудобном платье, ссоре с Чарли и матери, которая не захотела

говорить с ней по телефону.

-Хочешь чего-нибудь?

- Если честно, после такой встречи в горле пересохло.

-Я буду через минуту.

Шайлер энергично кивает, когда оставив её, Франко продвигается к забитой разодетыми

людьми барной стойке.

Шайлер закусывает губу, на язык попадает горечь блеска и, поморщившись, девушка

поспешно мотает головой, пытаясь напомнить себе, что она накрашена.

224

На её лице маска из косметики, на руках перчатки, на ногах туфли, ни единой комфортной

детали в теле. Даже нельзя закрыться волосами, которые казались порой тёплым,

комфортным одеялом, прячущим под собой плечи.

-Какая встреча.

Недоумённо нахмурившись, девушка оборачивается, готовясь изобразить радостное

недоумение, когда на её лице застывает гримаса ужаса.

Генри.

Он здесь.

Стоит прямо перед ней, как ни в чём не бывало и криво улыбается.

На нём чёрный смокинг, волосы несколько отросли и убраны назад с помощью геля, на

щеках едва заметная щетина, в руках бокал шампанского.

Шайлер чувствует, как колени начинают дрожать, из горла вырывается судорожный вздох.

Она словно снова в общежитии, из которого нет выхода.

Он проснулся, она не сбежала, всё повторяется сначала.

-Генри… - Едва слышно шепчет девушка, пытаясь справиться с дрожью в голосе.

-Вообще-то Эдмунд. Я взял себе псевдоним, видишь ли, Генри звучит не очень.

-Что ты… здесь делаешь?

-Отдыхаю. В последнее время так много гастролей, съёмок клипов, записей песен, я

буквально не вылезаю из студии.

В голову Шайлер бешено, долбит пульс, она уже не сможет с собой справиться, вся её

решимость превратилась в воздушный шарик и лопнула, с шумом испуская воздух.

-Поздравляю.

Сухо улыбнувшись, Генри, он же Эдмунд делает глоток шампанского.

-Ты тоже теперь занятая особа. Моя девушка очень любит твой сериал. – Усмехнувшись, Генри подходит ближе и Шайлер чувствует, как в нос ударяет лёгкий запах алкоголя. – А

ты оказывается всё же сучка Шай.

Рот девушки открывается, и она пытается что-то сказать, но получается лишь едва

слышный стук зубов друг о друга, точно от холода.

-Не знал, что ты способна вот так сбежать. Я искал тебя, а потом решил, к чёрту её.

Вернулся на звукозаписывающую студию, и знаешь что?

Шайлер отрицательно мотает головой.

-Встретил там дочку хозяина этой студии, и трахнул её в общественном туалете. Сначала

она была против, вы все такие, сначала ледяное «нет», а потом горячее «да». Теперь я его

главный проект, он будет вкладывать в меня деньги до тех пор, пока его дочь будет на мне

скакать.

Шайлер хочется бежать.

Закрыть уши руками и уйти.

Чтобы её не заметили другие люди, папарацци, и даже Генри не понял бы, куда она

исчезла.

Имя Эдмунд действительно подходило ему больше, оно звучало более жестоко, Генри

слишком мягко для такого подлеца.

-Зачем ты мне это рассказываешь? – Срывающимся голосом шепчет девушка, пытаясь

сохранить самообладание.

-Довожу до сведения. Но, думаю, тебе будет приятно узнать, что все мои песни посвящены

тебе. Я писал их давно, и потому тексты несколько идеализированы, но всё же о тебе.

Просто тогда я ещё не знал, какая ты дрянь.

-Эдмунд, милый. – Подбежавшая к нему девушка как ни в чём не бывало, хватает Генри

под руку и посылает Шайлер широкую улыбку. – Шайлер Адамс! Боже, я ваша огромная

фанатка! Я Элизабет Кармс, можно просто Лиз.

Девушка протягивает ей руку и Шайлер неловко пожимает её в ответ.

Элизабет кажется очаровательной девушкой. На её лице широкая улыбка, голубые глаза не

подведены, пухлые губы не накрашены, на щеках крохотные веснушки, а тёмные,

225

идеально ровные волосы, достающие до плеч, выглядят невообразимо естественно. На

ней строгое, тёмно-синее платье до колен приоткрывающее короткие, но идеально прямые

ноги.

Она кажется такой молодой, счастливой, не понимающей какое чудовище сейчас рядом с

ней.

Шайлер отчаянно хочется оттолкнуть её, рассказать ей, какой Генри на самом деле и

увести вместе с собой. Она не заслуживает такой судьбы.

А он не заслуживает такой девушки.

В душе боль разъедает огромную дыру. Ей нестерпимо хочется к Чарли.

Увидеть его, обнять, коснуться мягких волос, провести рукой по чётко очерченным линиям

губ. Она никогда не видела таких губ, как у него.

Ей хотелось окунуться в туман его глаз, затеряться в его объятиях и навсегда забыть об

этой боли и унижении, что когда-то причинил ей Генри.

-Очень приятно. – Шайлер слабо улыбается девушке.

-Микаэлла восхитительна, я твержу об этом Эдмунду каждый день, а он упёрся, как баран.

– Девушка непринуждённо смеётся, не замечая, как на щеках Генри начинают гулять

желваки.

-Идём Лиз, нам пора. Рад, что мы встретились. – Наклонившись к Шайлер, Генри как бы

невзначай касается губами её щеки. – Думаю, теперь это не последняя наша встреча.

Шайлер отшатывается в сторону.

Они уходят, но теперь он дальше лишь на несколько метров. Её всё так же сверлит взгляд