– А показать дорогу до своего острова сможешь?

– Могу показать, только мне нужны гарантии, что вы меня потом не шлепнете.

– Гарантией служит мое слово – напыщенно произнес я. Бедняге только на него и оставалось надеяться…

Идея овладеть пиратским гнездом все больше захватывала меня. Но как осуществить? Оружие у нас есть, а вот боеприпасов маловато. Впрочем, если собрать весь припас, наверное, для атаки на пиратов хватит. Но тогда оставлю поселения практически без защиты. Придется посылать обоз в Степаново…

Марта очень удивилась, что я так скоро засобирался опять в дорогу: – Как, только приехал и снова в путь?

- Вынужден дорогая, ты же не хочешь, чтобы пираты опять напали на твой остров?

Мы завтракали в беседке увитой виноградом. Прекрасная погода, замечательный вид на море… видимо, поэтому Марта отвернувшись, пристально разглядывала пристань и моих бойцов суетящихся вокруг кораблей. Все так же отвернувшись от меня, она бросила фразу и переводчица удалилась. Правительница повернула лицо ко мне, в ее глазах блестели слезы: – У нас будет ребенок, – коверкая слова, произнесла она по-русски. Надо же, по-моему, девочка все делает основательно. Не прошло и двух месяцев, а уже выучила мой язык. Потом до меня дошло, что она сказала. Вот блин попал. Придется жить на три семьи. Ну и ладно, больше детей, больше возможностей выжить моему роду. Может это даже хорошо. В степи родня есть. В Степаново и на Красном камне тоже, а теперь и на островах я оставлю кусочек своей жизни. Конечно, после таких признаний, просто так я уйти не мог. Хотя ничуть не отступил от своих планов. Пока мои бойцы грузились, восстанавливали такелаж на трофейном судне и подготавливали пароход к переходу, я пропадал в покоях правительницы и вышел оттуда только на следующее утро.

День был ясный, дул попутный бриз и было очень жарко. Провожать нас вышло все население острова. – Я буду очшень скучать Стэпан – четко выговаривала слова Марта, а на глазах блестели слезы. Последним взбегаю по трапу, и под крики провожающих, наши корабли выходят в море.

- Ты гляди Никитич, а прошлый раз вроде, здесь же шли и никакого острова не заметили!

– Так и сейчас бы не заметили, дым к небу вишь, как валит, не мудрено заметить.

Второй день в пути к дому, сегодня с утра, отметив дым на горизонте, Никитич взял мористее и вот перед нами песчаный остров, плоский, как блин, еле над водой возвышается. Подойдя поближе, увидели огненное кольцо и двух человек в центре замкнутого огнем круга. Маленького роста, лысые и одетые в тряпье, они энергично отбивались от нападавших на них чудовищ. То, что это крабы я понял сразу, но какие они здоровые! Каждый размером с кабана, крабы приближались вплотную к огненному кольцу, и, корчась от жара, отступали, получая в придачу от людей удары деревянными копьями. Отбежав в сторону, они громко (даже нам было слышно) щелкали клешнями и опять тупо устремлялись в атаку. Увлеченные атакой, они даже не заметили нашего появления. – Ну, что ребята, поможем страдальцам? – обратился я к экипажу. А ребятам с соседнего судна махнул рукой, мол, продолжайте движение, нагоним. Мы поспрыгивали в воду, и выйдя на берег, были сразу атакованы двумя крабами. Двое других с тупым упорством пытались преодолеть огненный заслон. Я решил поберечь боеприпасы и захватил с палубы только рыбачий гарпун и прицелился в шелестящую по песку тварь. Окованное железом громадное копье с хрустом вошло в центр панциря. Но краб как ни в чем не бывало за одно мгновенье преодолел разделявшее нас расстояние и, щелкая гигантскими клешнями, попытался ухватить меня за сапог, я отпрыгнул и еще раз, в процессе судорожно скребя по прикладу автомата пытаясь достать его из-за спины. Мне это удалось только после третьего прыжка, и очередь отрубила клешню моего противника. Краб завертелся на месте, но быстро выдохся и замер. Я оглянулся, на ребят, они, не мудрствуя, просто поливали очередями тварей. Вот ведь люди! Сказал же беречь патроны, а впрочем, что им, с ножами, нападать на эти бронированные танки? Через короткое время, все крабы были перебиты. Островитяне робко поглядывали на нас и жестами пытались показать, что они нам не враги. Ну, это и так понятно. Я жестами предложил пройти с нами на корабль, но они не согласились. Старший из островитян, показал на остров, на плавник, заготовленный для костра, на дырявые сети для ловли рыбы. Показал, холмики, очевидно могилы родственников. Отметив все это богатство, прижал руки к груди. Понятно, хочет сказать с родного пепелища никуда не поедет. Да и ладно. Мне вот самому интересно, зачем я вообще высаживался на этот остров? Они мне не кумовья, ни сватья. А впрочем, наверное, все же из-за того что они то же люди. И помочь человеку в беде стоило этих усилий.

Наши успехи в борьбе с пиратами не пропали даром и по прибытии домой я узнал, что в соседнюю бухту переселились рыбаки ранее жившие севернее нас. Разговаривал с ними Николай. Не ставя никаких дополнительных условий, староста договорился, что рыбаки будут поставлять на мой двор четверть улова, и каждый год отдавать в учение и последующую службу двух молодых парней. За это им гарантировалась защита от пиратских набегов, и предоставлялись земли рядом с нашим поселением. Все это было хорошо, но меня в данный момент интересовал торговый союз трех островов, сведения о котором я получил от пленного пирата. Кстати насчет пиратов. По приезду домой я разделил их и велел содержать под присмотром, в отдельных помещениях. А то еще договорятся завести нас в ловушку или сбегут. Хотя сбегать отсюда некуда. На чужой земле трудно выжить одиночкам. А с пиратской базой надо, что-то решать и побыстрее. Поэтому на следующий день по прибытии с «бабьего» острова наша троица собралась у меня дома. Стол накрыт, домашней снеди вдоволь, для затравки пробуем свежесваренное пиво. Не такое вкусное, как на Ярмарке, но вполне терпимо. Пока напробовались, успели обсудить все наши дела. По всему выходило, придется ехать Митьке в Степаново. Я занимаюсь пиратами, у Николая сбор урожая на носу. Придется Митьке съездить на родину. Посидели, прикинули количество оставшихся боеприпасов. Выходило, что на три крупнокалиберных пулемета у нас оставалось всего по две ленты патронов. На два АГСа, по три ленты гранат. Еще имелись пять пулеметов ПК, но к ним патронов, тоже немного, как впрочем, и ко всему автоматическому оружию.

Митька может обернуться с обозом за месяц. А мне на подготовку операции по захвату пиратского острова понадобится предположительно пару недель. После чего я выйду в море, оголив по сути дела охрану поселка. Будем надеяться, за это время ничего не произойдет. В конце концов, при нападении в крепости отсидятся, для охраны поселка я оставлю десяток бойцов с автоматическим оружием.

Митька отправился с обозом, состоящим из семи телег. Я проводил его до места, где обрывался тракт, дал последние наставления, просил передать приветы родне и лично дяде Изе. Последний раз напомнил насчет товаров необходимых здесь. Дал отмашку и обоз тронулся в путь…

Стояла жаркая сушь, возвращаясь, домой я совсем упарился. Ворон невозмутимо помахивал хвостом, отгоняя оводов. Лесная дорога, засыпанная сосновыми иголками, парила от зноя. Отъехав на пару верст от тракта, я учуял запах дыма. Только лесного пожара в такую сушь нам не хватало! Я поддал в бока старому ленивцу и Ворон перешел в галоп. Выехав к Красному камню, я увидел встревоженного старосту. - Пожар Василич! С севера идет! - прокричал он с вышки. Угроза пожара не шутка! Ветер был не сильным, но дул в нашу сторону. В поселке, дед Максим ударил в набат, отрывая жителей от повседневных забот. Но еще до того, как прозвучал первый удар по рельсу, встревоженный люд стал собираться на площади. Через час крестьяне, рыбаки и большая часть моих бойцов, вооруженные топорами, лопатами и захватив с собой большие куски сыромятной кожи, быстрым шагом двинулись навстречу лесному бедствию.

В трех верстах от поселения протекала небольшая речка, впадающая в море. Единственный рубеж, где еще можно остановить пал. Народ, разойдясь вдоль речушки, валил деревья с нашей стороны, расширяя границу пространства свободного от леса. Люди работали как проклятые, понимая, что если пожар дойдет до поселения, спасти вряд ли что удастся. Через час каторжной работы, я разогнул натруженную спину и посмотрел на небо. Вдалеке со стороны моря по небу ползла темная туча. Макарий махавший топором рядом, ударил в очередной раз по стволу высокой елки, удовлетворенно смахнул пот со лба. – Уф, ну и жара, с утра парит. Может дождь пойдет?