Когда я закончила говорить, он снова уставился на меня, приоткрыв рот, на его лице отразилось удивление, и я уже собиралась что-то сказать (например, чтобы он продвинулся на семь сантиметров вперед), когда почувствовала, что к очереди за моей спиной присоединились люди.

Они разговаривали. Это тоже были парни.

И то, что они обсуждали, полностью завладело моим вниманием.

- Ты смотрел сквозь Эмбер так, словно ее там и не было, - сказал парень.

Я моргнула, увидев, как глаза Тейлора широко распахнулись.

- Она сегодня хорошо выглядит. Очень хорошо. Что-то в ее лице изменилось, - пробормотал другой парень.

- Ты с ней закончил? - спросил еще один.

- Сучка должна ходить по струнке, - объявил четвертый с очень низким голосом.

- Не нравятся мне эти заигрывания. Эмбер Спир – одна сплошная дразнилка. Эти волосы. Короткая юбка. Но когда я доберусь до нее, а она не даст мне залезть ей под юбку? К черту все.

Моя спина выпрямилась, и я увидела, как побледнело лицо Тейлора.

- А ее отец - заноза в заднице, - заключил четвертый с низким голосом.

- Ты просто чертовски боишься его, потому что он может надрать тебе задницу, даже если он старик, - сказал один из голосов.

Простите?

Джейк не был старым.

На самом деле, я понятия не имела о его возрасте, но знала, что он не был старым. Я знала это, потому что видела, как он тренируется.

- Неважно, - продолжал самый глубокий голос. - Он не отпустит ее с нами в Бостон на концерт «Bounce». Я имею в виду серьезно? Что с этим не так? Это полная херня. Челси и Брук едут, и их родителям плевать.

Концерт, который хотела увидеть Эмбер, был «Bounce».

В тот момент я пожалела, что она не сообщила мне об этом.

И через две секунды, после того как тот, у кого был низкий голос, сказал то, что он сказал дальше, за долю секунды и довольно глупо я приняла решение, и начала действовать в соответствии с ним.

- Я думал, что сорву эту вишенку. Она горячая штучка, но если Эмбер так любит свою девственность, может оставить ее себе.

Я видела, как Тейлор закрыл рот и сжал челюсти, но это было все, что я увидела, прежде чем обернулась.

За моей спиной стояли четверо парней. Все высокие. Все относительно красивые. Самым высоким и далеко не самым красивым был афроамериканец.

Я инстинктивно поняла, что это и есть Ной.

Я видела, что Эмбер хочет его.

Но она с ним не свяжется.

Или точнее, он ее не получит.

- Ты Ной? - спросила я.

Он медленно улыбнулся привлекательной белозубой улыбкой, и я знала, он подумал, что я слышала о нем, как о школьном баскетболисте.

Улыбаясь, он ответил:

- Да. Я Ной Янг.

Я молча кивнула.

- Что же, Ной Янг, ты должен знать, что Эмбер не поедет на концерт с тобой, потому что она и Тейлоры едут со мной. Левон не любит, когда за кулисами собирается огромное количество людей, и Эмбер предпочла отдать пропуска за кулисы, которые я смогла достать для нее, своим лучшим друзьям. И, судя по всему, ты не один из них, - солгала я.

Или точнее, я солгала во всем.

Мне нужно поговорить с людьми Левона, чтобы сделать это правдой.

Левон Буркетт был фронтменом группы «Bounce». Генри снял для них четыре клипа. Левон считал, что Генри – это его мир, соответственно, также он думал и обо мне. Он давал мне столько пропусков за кулисы, сколько я хотела, даже если то, что он не любил общаться с огромным количеством людей после шоу, было правдой. Он любил меня достаточно, чтобы сделать все, что я попрошу, поскольку был очень щедр со своими друзьями. Я поняла это, когда он прислал мне сказочную цветочную композицию после того, как я организовала мероприятия для его первого клипа, огромную бутыль шампанского после второго, оригинальную простынь со словами моей любимой песни «Bounce» после третьего и пару бриллиантовых сережек-гвоздиков после последнего.

Ной Янг моргал, глядя на меня, но я еще не закончила.

- Что касается твоего утверждения, что Эмбер - дразнилка, то это не так.

Это была, конечно, откровенная ложь, и я услышала булькающий звук, исходящий от Тейлора позади меня, возможно, разоблачающий мое вероломство.

Тем не менее я не сдавалась.

- Хотя она признает, что ты довольно симпатичный, она также не чувствует, что ты ее слишком уважаешь, и испытывает с этим проблемы, задаваясь вопросом, будешь ли ты в конечном итоге придерживаться правил. Но, увы, судя по твоим сегодняшним словам, ты этого не сделаешь, - я выдержала его взгляд и понизила голос. - Видишь ли, женщина, которая знает себя и знает себе цену, понимает, что ее время дорого, а ее сердце - драгоценно. Она не отдает ни того, ни другого мужчине, который не может уважать дар, который ему предлагают.

Ной продолжал моргать, и я слегка повысила голос, закончив.

- И вообще, она звонила по скайпу Джулиану. Я познакомила их по Интернету. Он француз-канадец, и я думаю, сейчас он снимается на Фиджи, но на следующей неделе вернется в Нью-Йорк. Он любит природу, даже будучи моделью, и хочет приехать и встретиться с Эмбер, а также увидеть Мэн. Уверена, Эмбер с удовольствием покажет ему свой родной штат. - Все это, конечно, тоже было ложью, но это не помешало мне сделать контрольный выстрел в качестве финала. - Ему девятнадцать, и ее отец очень его любит, хоть Джулиан и немного ее старше. Это потому, что Джулиан проводит довольно много времени среди очень красивых женщин и знает, как с ними обращаться, но главное, он знает ценность личности, когда встречает такую. Даже если это только в Интернете. Так что, пожалуйста, смотри сквозь Эмбер сколько угодно, - призвала я. - Это только избавит тебя от разочарования и, возможно, разбитого сердца, когда она, в конце концов, поймет, насколько ты поверхностный, найдет тебя скучным и бросит.

- Черт возьми, - пробормотал один из его приятелей, и это напомнило мне, что я еще не закончила.

- И последнее, - начала я. - Есть мужчины, которые могут выражаться нецензурно. Но они - мужчины. Когда вы используете мат, вы звучите абсурдно, будто отчаянно пытаетесь быть теми, кем не являетесь. Кроме того, оскорблять молодую женщину, когда это слышат все кому не лень, - это просто дурной тон. Крайне дурные манеры. Это ничего не говорит о молодой женщине, о которой вы ведете разговор, только о вас самих. И просто к слову, ничего из этого не хорошо.

На этом я повернулась к нему спиной и посмотрела на Тейлора.

- Возможно, тебе захочется продвинуться, юный Тейлор, - заявила я. - Очередь пошла вперед.

Он оторвал от меня не верящий взгляд и прошаркал вперед на двенадцать сантиметров, на которые передвинулась линия.

- Ну же, пошли отсюда.

Я услышала бормотание позади себя, и почувствовала, что присутствие мальчиков исчезло, когда очередь за ними сомкнулась Тейлор снова поймал мой взгляд.

- Это... было... эпично, - выдохнул он.

Хотя слово «эпично» показалось мне чересчур драматичным, мне все же было приятно, что он так думает.

Но теперь, когда дело было сделано, я начала беспокоиться. Ибо Тейлор мог так думать, но у меня были серьезные опасения, что Эмбер не станет.

- У тебя есть телефон? - спросила я.

- Да, - ответил он.

- Быстрее напиши Эмбер. Скажи ей, чтобы она немедленно шла сюда. Мы должны предупредить ее по поводу того, что только что произошло.

- Как скажете, - пробормотал он и вытащил телефон из заднего кармана.

Я продолжила:

- После того, как ты с ней свяжешься, можешь позвонить своим родителям и спросить, можно ли тебе поехать на концерт «Bounce» вместе со мной. Пожалуйста, заверь их, что я обеспечу транспорт и проживание и буду сопровождать вас.

Его большие пальцы перестали летать по экрану телефона, и он посмотрел на меня, будто я была ангелом, сошедшим на землю. Он вернулся к своему телефону, пока я пыталась дышать нормально, все больше и больше беспокоясь, что мое вмешательство в романтическую жизнь Эмбер не будет хорошо воспринято. Я продолжала волноваться, даже когда очередь двинулась вперед.

Эмбер, наконец, присоединилась к нам, Тейлор встал рядом со мной, и я взяла в одну руку коричневый картонный держатель с двумя стаканами горячего шоколада. С Эмбер также была молодая девушка, и я на мгновение забыла о своих страхах, осматривая ее.

Она была очень высокой, по крайней мере, на пять сантиметров выше нас с Эмбер, и мой опытный глаз отметил ее метр семьдесят. К тому же она была очень стройной. Ее волосы были блестящим черным покрывалом. Ее одежда, как и одежда Тейлора, не подходила для школы Магдалены, а скорее для прогулки по тротуару Манхэттена на встречу с друзьями за салатом, даже если она была в джинсах, ботинках и очень хорошо скроенной кожаной куртке.

Черты ее лица носили признаки смешанной расы, европеоидной и, скорее всего, корейской, с высокими округлыми скулами, изящно очерченными темно-карими глазами и абсолютно безупречной фарфоровой кожей. Она была потрясающей.

- Привет, Джози, - поздоровалась Эмбер. - Что случилось?

Услышав голос Эмбер, мои страхи вернулись, и я оторвала взгляд от девушки рядом с ней и посмотрела на нее.

- Нам нужно уединиться, милая. Мне нужно с тобой поговорить, - сказала я ей.

Ее лицо стало настороженным, но Тейлор пришел мне на помощь.

- Однозначно, Эмбер. Ты должна услышать, что только что произошло.

Эмбер посмотрела на своего друга, выражение ее лица стало еще более настороженным, и мы отошли от буфета к открытой травянистой площадке между ним и трибунами. Мы выбрали большой участок, где никто не стоял близко, и прижались друг к другу.

- Что происходит? - тут же спросила Эмбер.

Я открыла рот, чтобы ответить, но ее подруга заговорила раньше меня.

- Кстати, я Тейлор или, э-э... другая Тейлор. Лучшая подруга Эмбер и Тейлора, - представилась она.

- Приятно познакомиться, Тейлор. Я Джозефина.

- Я знаю. - Она улыбнулась, и черты ее лица неуловимо изменились, открывая еще один необычный образ. - Сегодняшний макияж Эмбер. Все на нее смотрят. Он потрясающий.