– Отвечай! – пустил петуха юноша, начиная поддаваться страху.

– Какой беспокойный… – одна фраза прозвучала как многоголосый шепот, эхом отдающийся в пространстве. Словно десятки голосов одновременно утверждали и соглашались друг с другом. – Пугливый… не надо бояться…

– Честно говоря, – робко произнес парень, – когда эм… вы так говорите, мне только страшнее становится.

Как человек рациональный, Артем, несмотря на весь испуг, не бросился кричать или безумно завывать. Если есть голоса, которые к нему обращаются, значит можно как-то установить контакт, и пусть ситуация абсурдная и до ужаса непонятная, действовать все же нужно исходя из текущих реалий. Хотя происходящее больше похоже на сон, только очень реалистичный и осознанный. В последнее время и так много всего произошло такого, что совсем не вписывается в привычное миропонимание.

Голоса зашептались активнее, но тише. На этот раз парень не мог разобрать, что они говорят.

– Твое имя? – теперь общий шепот затих, вместо него вопрос задавал кто-то один. Голос тихий и скрипучий, но не вызывающий отторжения, просто складывается ощущение, что говорит кто-то очень и очень старый.

– Артем, – неуверенно ответил юноша. – А вы собственно кто?

– Имя твоего рода? – проигнорировал вопрос обладатель старческого голоса.

– Мм… – задумчиво протянул парень, – не знаю. Может фамилия? Фамилия – Элоним. Многим она кажется немного странной.

– Да… верно… мы ждали тебя Артем, – с долей сомнения произнес голос.

– Кто «мы»? – повторил вопрос парень, чувствуя себя при этом немного глупо. Хоть часть напряжения ушла после того как он назвал свою фамилию, Артем все еще плохо представлял себе, что происходит и потому мягко говоря испытывал некоторый дискомфорт.

На минуту воцарилась тишина, после чего голоса вновь неразборчиво зашептались, на этот раз гораздо громче.

– Все должно быть не так, – невидимый старик говорил так же тихо, но парень ощутил целую гамму эмоций, словно транслируемую в его сознание. Раздражение, возмущение, даже гнев, и одновременно тревога, сомнение, преданность, но на самой грани восприятия юноша уловил еле заметную вспышку жажды, какой-то чужой жадности. Тем не менее, ураган чувств, пронесшийся в голове, оставался непонятным, но точно передавал одну мысль: происходит что-то страшное.

– Ты умираешь Артем, – произнес скрипучий голос, теперь уже с толикой грусти.

– Умираю? – переспросил парень, медленно вспоминая последние моменты жизни.

– Мы еще можем тебя спасти… – загомонили голоса, словно эхом отражаясь в пустоте. – Мы защитим…

– Как?

– Времени объяснять нет, – голос старика перекрыл общий шум. – Через минуту клетки твоего мозга начнут отмирать, и будет уже поздно. Дай нам контроль над своим телом и сознанием, мы остановим процесс и устраним угрозу. Нужно лишь твое согласие.

Артем вспомнил, что произошло. Вспомнил, как Заргал предал его, но все равно сомневался. Что-то не так, действия хрона не имеют смысла, а слова невидимого старика не внушают доверия, но похоже он действительно умирает и самостоятельно сделать уже ничего не сможет.

– Быстрее! Быстрее! Быстрее! – голоса стали звучать все громче и громче, прося и требуя одновременно. Где подвох? Артем лихорадочно думал, но не мог найти правильного решения. Волнение и страх подстегивали к одному единственному варианту. Если он сейчас умрет, то у него в любом случае не будет и шанса.

– Я согласен! – крикнул парень в абсолютной тишине.

Заргал склонился над неподвижным телом, внимательно вглядываясь в лицо молодого низшего.

– Не дышит, – с сомнением пробормотал хрон, – уже минут пять прошло. Не сработало? Неужели так и помер? Впрочем, неудивительно. Говорил я Лонгину, не стоит так рисковать, он же все-таки всего лишь человек. Ну и что теперь спрашивается делать?

Заргал потянулся к торчащему из груди парня кинжалу, который до этого момента благоразумно не трогал. В тот же миг глаза юноши распахнулись, рот раскрылся в судорожном вздохе, а рука с нечеловеческой скоростью рванула вверх, пытаясь схватить хрона за горло. Лишь благодаря феноменальной реакции тому удалось отскочить.

– Ого, – насмешливо протянул Заргал, – ты гляди-ка, ожил, да еще и резвый какой, – но бросив взгляд на лицо парня тут же посерьезнел. – Не так все просто, похоже.

Парень с трудом поднялся. Все движения были резкими и отрывистыми, тело подрагивало, словно не желая слушаться своего хозяина. Ноздри раздувались, необычайно жадно втягивая воздух, глаза безостановочно двигались не в силах удержать взгляд на одном объекте. Дрожащая ладонь криво сжалась на рукояти кинжала торчащего из груди, неудачно выдергивая его. Из расширившейся смертельной раны толчками полилась кровь, но буквально через несколько секунд загустела и остановилась.

– С тобой определенно что-то не так, – нахмурился Заргал, – с подобным эффектом мне раньше не доводилось сталкиваться.

– Н-нужно в-время, – запинаясь, хрипло произнес Артем, – п-привыкнуть к н-новому телу-у.

– Кто же ты? – удивился хрон.

– Это неважно, – уже увереннее сказал юноша. – Ты все равно скоро умрешь, обычные люди всегда лишь мешаются.

Парень с невероятной для себя скоростью рванул вперед, вытягивая все еще непослушную руку с кинжалом. Заргал плавным движением сместился в сторону и сделал шаг навстречу, одновременно нанося удар раскрытой ладонью под подбородок. Громко лязгнули лишь чудом не раскрошившиеся зубы, а тело парня отбросило сразу на несколько метров назад.

– К счастью я не человек, – спокойно произнес хрон. Он намеренно бил так, чтобы только оглушить и не нанести серьезных повреждений. В текущей ситуации следует разобраться подробнее, а потому до выяснения всех обстоятельств нежелательно причинять телу мальчишки значительный ущерб. Вот только цел ли еще сам мальчишка? Не нужно быть гением, чтобы понять – в данный момент телом управляет совсем не Артем. Неизвестный это явственно показал своими словами и действиями.

Даже не пытаясь смягчить падение, парень грузно свалился на камни и замер, уткнувшись лицом в землю, но именно это Заргалу не понравилось больше всего. Хрон обладал абсолютной и непоколебимой уверенностью в своих силах, и тем не менее, всегда действовал с ювелирной точностью. Он чувствовал, что хоть удар и пришелся в цель, ощущение отдачи было чуть слабее должного.

– Вставай, я вижу, что ты невредим, – произнес Заргал, сохраняя дистанцию.

– Я никуда не тороплюсь, – с усмешкой ответил Артем, переворачиваясь на спину и с явным наслаждением потягиваясь до хруста в суставах.

Хрон пригляделся внимательнее, дернулся было вперед, но тут же остановился. Он никак не мог принять решение. Заргал видел и чувствовал, как организм парнишки постепенно подчиняется новому хозяину, а вместе с тем растет ощущение приближающейся опасности. Оно пока еще не столь явно, но сила, скрытая в этом юном теле, уже рвется наружу с трудом сдерживаемая внутренними ограничителями. Похоже, неизвестный пытается как можно быстрее расширить каналы, по которым течет прана и высвободить максимум жизненной энергии.

Хрон понимал, что если он хочет обезвредить врага, а тот, кто сейчас лежал перед ним, несомненно – враг, то следует действовать немедля, но ему до безумия хотелось увидеть, как человек может использовать Высвобождение. А еще Заргал хотел сразиться. Сразиться здесь и сейчас зная, что он может проиграть, а значит и умереть.

Хроны относятся к смерти совершенно спокойно, если не сказать равнодушно. Что страшного в переходе к более совершенной форме существования в более совершенном мире? Заргал отчасти разделял эту философию, но именно отчасти. Ему нравилось балансировать на грани. Только в таком состоянии он по-настоящему ощущал собственную мощь и превосходство, но умирать хрон совсем не торопился.

Заргал редко встречал достойных противников. До встречи с Лонгином он вообще не имел реальной возможности определить границы своих возможностей в бою. Им неоднократно доводилось сражаться, сначала как враги, затем как напарники. Они много тренировались, вместе оттачивая мастерство, но Лонгин оставался человеком и его сила совершенно отличалась. Сейчас же Заргалу хотелось сразиться с кем-то похожим на себя, и он чувствовал, как резонирует энергия высвобождаемая существом контролирующим тело мальчишки.