— Полностью с вами согласен, — произношу я. Пытаюсь не усмехаться шире, торжествуя и понимая, что она жалуется на опоздание родителей Стейси.

Наклоняюсь к Эйдану и шепчу:

— Нужно ли мне начинать уже о чём-либо рассказывать до того, как они появятся здесь?

— Нет, — отвечает Эйдан. — Говори как можно меньше.

— Я могу включить своё обаяние, — уточняю я.

Эйдан бросает на меня предупреждающий взгляд.

      — Расслабься, — говорю я.

Беру Риту за ладонь, сжимаю её и произношу:

— Моя жена и я очень благодарны, судья Лоусон, что вы захотели встретиться с нами.

— Не нужно целовать мой зад, мистер Шепард, — отвечает Лоусон. — Но не за что.

Эйдан закатывает глаза передо мной.

— Я думаю, она немного улыбнулась, — шепчу я ему. — Не беспокойся.

В холле раздаются звуки шагов, и, поднимая взгляд, я вижу входящих Майкла и Шерил. Они дышат тяжело.

— Вы опоздали, — произносит Лоусон.

— Мы получили сообщение слишком поздно, — отвечает Шерил. — И нам нужно было найти няню для Элси.

Сжимаю руки в кулаки и стискиваю зубы. Вдыхаю через нос и выдыхаю через рот, пытаясь сохранить спокойствие. Лоусон уже разозлилась на них, так что мне не нужно рисовать мишень на своей спине.

Они садятся, и Лоусон спрашивает:

— Вы будете привлекать адвоката?

Они смотрят на Эйдана и мрачнеют.

— Мы не сделали ничего плохого… — произносит Шерил.

— Присутствие адвоката никоим образом не подразумевает вину, — поясняет Лоусон. — Так вы подтверждаете, что отказываетесь от присутствия своего адвоката?

Они перешёптываются. Майкл кажется немного раздосадованным, но Шерил поднимает голову и говорит:

— Ещё раз повторяю, нам нечего скрывать, так что да, мы подтверждаем, что отказываемся от присутствия своего адвоката.

— Тогда хорошо, — заявляет Лоусон. — Я собрала вас всех здесь, потому что слишком много интереснейших событий случились стремительно, но без моего ведома и разрешения. Я намеревалась дать мистеру Шепарду несколько месяцев, чтобы подготовиться к финальному слушанию и привести доводы в свою…

— Это звучит предвзято по отношению к нам, — встревает Майкл.

Я сжимаю ладонь Риты, сдерживая сильнейший порыв рассмеяться.

— В этом нет предвзятости против кого-либо, — отвечает Лоусон. — Вы просите многого, мистер и миссис Силбер, и обвиняете мистера Шепарда в том, что он не достоин быть отцом. Бремя привести доказательства ложится на вас.

Шерил прочищает горло и поднимает руку.

— Отлично, я думаю, что обнаруженные СЗД и зафиксированные в недавних отчётах полиции бандитские разборки, проходившие в салоне Дикона, существенно перевесят бремя доказательств в нашу пользу.

      — Мы прибережём это непосредственно для самого слушания, — говорит Лоусон. — Я пригласила вас сюда, мистер и миссис Силбер, чтобы вынести вам строгое предупреждение.

Они оба хмурятся. Я делаю вид, что чешу щетину на своей щеке. Моя ладонь прикрывает грёбаную улыбку на моём лице. Рита касается моего локтя.

— Что вы имеете в виду? — уточняет Майкл.

— Меня уведомили, что в тот же день, как вы получили временную опеку над Элси, вы сразу же зарегистрировали её для участия в детском конкурсе красоты.

— Она росла в тату-салоне, — говорит Шерил, указывая на меня, словно я кусок мусора. — Это будет вредить её развитию в качестве юной женщины, ведь у неё нет верных женских ролевых моделей.

Анна кашляет и смотрит сердито, а Рита сидит прямо, глядя на Шерил.

— И вы думаете, — спрашивает Лоусон, — что участие шестилетней девочки в конкурсе красоты будет противодействовать этому предполагаемому негативному влиянию?

Предполагаемому. Я изо всех сил сдерживаю смех. Бл*дь, я почти выиграл это дело, разве нет?

— Сотрите эту ухмылку со своего лица, мистер Шепард, — фыркает Лоусон.

Я прикусываю губу и заставляю своё лицо принять нейтральное выражение.

Майкл ухмыляется мне.

— Ваша честь, — говорит Шерил. — Участие в конкурсе красоты — это здоровый способ для нашей внучки понять, как принять свою женственность, ощутить гордость за свою внешность и…

— И… — вклинивается Лоусон, — вы знаете, что люди, управляющие этим конкурсом, находятся под следствием в Штате Пенсильвания из-за многочисленных нарушений законов об использовании детского труда и эксплуатации?

— Нет, — отвечает Шерил, прижимая ладонь к груди и имитируя шок, — я не имела представления, я…

— Сколько бы ваша внучка получила, заняв первое место? — спрашивает Лоусон.

— Ох, — произносит Шерил. — Я не знаю. Там сначала был денежный приз…

— Пятьдесят тысяч долларов, — говорит Лоусон.

— Они были бы направлены в её фонд для оплаты колледжа, — огрызается Майкл.

— Я думала, вы не знали? — говорит Рита, бросаясь вперёд и тыкая в него пальцем.

— Миссис Шепард, пожалуйста, — произносит Лоусон.

Рита вспыхивает и скрещивает руки. Она садится обратно на свой стул. Я улыбаюсь ей.

— Итак, вот что я хочу сделать, — говорит Лоусон. — Я хочу изъять этот ордер целиком, но мне потребуется больше недели, чтобы разобраться со всем. Я объясню вам всё прямо сейчас. Если не произойдёт ничего совершенно непредвиденного, что изменит ситуацию, то я приму решение в пользу отца…

Майкл подпрыгивает на своём стуле.

— Но, ваша честь, он…

— Тихо! — требует Лоусон, указывая на него. — Сядьте и слушайте.

Он садится. Я чувствую, как колотится моё сердце. Это слишком хорошо, чтобы быть правдой, не так ли? Я уже выиграл? Элси моя, моя битва окончена. Рита и Элси обе мои.

— Она останется с вами до официального слушания, которое я не могу ускорить. Я также не могу отменить запрет на общение и посещения мистером Шепардом своей дочери, так что, мистер Шепард, вам, к сожалению, придётся придерживаться этого правила в следующие шесть дней.

— Но после она моя, — выпаливаю я. — А так как есть закон о запрете двойного привлечения (прим. закон о запрете привлечения к ответственности за одно и то же преступление дважды) и прочее, то они не смогут позже лезть ко мне с этим дерь... вещами снова?

— Вы получите опеку, — объясняет Лоусон, — если только не совершите что-то невероятно глупое или не докажете каким-то образом, что вы не являетесь хорошим отцом — что мне кажется маловероятным — так что да, ваша дочь будет в безопасности с вами.

Шерил подпрыгивает.

— Ваша честь, я не понимаю, как вы можете подвергать опасности нашу внучку с этим человеком, он…

— Я не «этот человек»! — ору я. — Я её отец!

— Тихо! — кричит Лоусон. — Мне не нужно всё это в моём кабинете. Вы все такие громкие. Мистер Шепард, я настоятельно советую вам держать своих клиентов подальше от частной территории… не важно, как сильно они хотят помочиться.

Это было не «помочиться». Но я не буду её поправлять.

— Сделано, ваша честь. И я позабочусь, чтобы моя сестра была более осторожна, когда готовит.

— Отлично, — отвечает Лоусон. — Ни одна из этих вещей не должна была быть воспринята серьёзно СЗД, — она пристально смотрит на Майкла и Шерил. — Так что теперь вы можете отправляться домой, — говорит судья. — Всё так же, как было. Но, мистер и миссис Силбер, я настоятельно рекомендую вам не продолжать дело с конкурсом на протяжении следующих шести дней. Я уже с подозрением отношусь к участию СЗД. А если я услышу хоть единый шепоток, что вы заставляете эту бедную девочку надевать платья, делать макияж и выходить на подиум ради вашего собственного извращённого удовольствия, то спрошу с вас по всей строгости настолько жёстко, что вы никогда ни о чём не будете жалеть так сильно, как о том моменте, когда решили подать это обращение. Понятно?

Они оба кивают, не произнося ни слова.

Мы собрались уходить, но Лоусон просит:

— Останьтесь, мистер и миссис Шепард.

Шерил и Майкл бросают на меня последний косой взгляд перед тем, как сваливают из кабинета Лоусон.

— Я начала расследование по ним, — сообщает Лоусон, — за подкуп государственных служащих. Я не хотела ничего говорить, пока они были здесь, но как только будет вручено постановление об аресте, вы получите полную опеку. Это будет не позднее завтрашнего дня.

— Арестовать… — бормочу я. — Арестовать Шерил и Майкла?

Рита трясёт мою руку.

— Это хорошо, Дикон. Это значит, что мы быстрее вернём Элси обратно.

Я стою там, шокированный.

— Что если… я не хочу выдвигать обвинения?

Лоусон, прищурившись, смотрит на меня. От этого она выглядит злой.

— Не важно, что вы хотите, мистер Шепард. Они вероятнее всего подкупили государственных служащих и чертовски плохо скрыли это. Оставили за собой очень жирный след. Они должны столкнуться лицом с последствиями своих действий и предстать перед судом.

— Я понимаю, что они пытались отобрать мою дочь, — говорю я. — Я не самый большой их фанат, если не сказать больше. Но… они остаются дедушкой и бабушкой Элси, я не хочу, чтобы они оказались в тюрьме.

Лоусон пожимает плечами.

— Это не ко мне, мистер Шепард. Просто радуйтесь тому, что получите свою дочь обратно.

***

Следующей ночью звонит телефон, а когда я отвечаю, могу сказать, что это плохо.

— Мистер Шепард? — спрашивает глубокий голос.

— Да?

— Я — офицер Рейес из полевого офиса ТПП в Эль-Пасо…

— ТПП? — спрашиваю я. Почему каждый считает, что я знаю их грёбаные аббревиатуры?

— Таможня и Пограничный контроль, — отвечает он. — Мы обнаружили вашу дочь с…

— В долбанном Эль-Пасо? — спрашиваю я, сжимая телефон так сильно, что удивлён, как он не сломался.

— Она была со своими дедушкой и бабушкой, — поясняет офицер. — Мы остановили их потому, что они выглядели по-настоящему нервными. Ваша дочь говорила тоже, мистер Шепард. Когда мы пробили их паспорта, то увидели постановление на их арест, которое было выдано всего несколькими часами ранее.

— Вы забрали Элси? Она в безопасности?

— Мы забрали её в участок, а офицер, который присматривает за девочкой, всё время с ней.

Выдыхаю с облегчением, но я в ярости. Она была так близка к тому, чтобы её забрали у меня. Я мог никогда не найти её снова, если бы их не остановили на границе.