- Хватит разговоров, Девенмарт, - его голос изменился, он стал жестким и холодным, как сталь того палаша, чью рукоять он сейчас сжимал окровавленными пальцами. – Ты предал меня. Проводники не прощают предательств, и ты это знаешь.

- Ох, - тот улыбнулся. – И что же ты сделаешь? Убьешь меня? Этой железякой?

- Именно…

Снова полыхнуло. Я содрогнулась и сделала шаг к Йену, думая, что он сейчас упадет, пораженный пулей, но оказалась неправа.

Проводник легко уклонился от выстрела и плавно вывел руку с оружием вперед.

Острие палаша едва мелькнуло в свете луны.

Клинок хрустнул, а затем мгновенно погрузился в голову бургомистра, наполовину выглядывая из его макушки. Он упал.

- А, – Йен хлопнул в ладоши. – Гляди, не разучился еще!

- Отец!

Разгневанный Фальрик сломя голову кинулся на Йена, но я, неожиданно для себя, успела раньше.

Я вытянула из ножен украденный клинок и с размаху всадила ему его под ребра в правую почку.

Фальрик навалился на меня. Его рот открывался и закрывался в беззвучном крике, а глаза выпучились до такой степени, что мне казалось, что они вот-вот вывалятся из глазниц. А затем он замер.

Я опустила руки и бросила его на пол рядом с другими трупами.

Ощутив на своем плече влажную от заливающей все вокруг крови, я вздрогнула.

- В порядке? – мягко спросил Йен.

Я, сглотнув, кивнула.

***

В залу медленно вошла Залия, кутаясь в длинный ночной халат. Ее черные шелковистые волосы растрепались, на розовых губах не было помады, а под глазами виднелись темные синие круги, но она все еще оставалась той ослепительно-красивой женщиной, которую я встретила сегодня днем. Везет же некоторым…

Я думала, она закричит и позовет на помощь, но Залия лишь коротко кивнула мне и улыбнулась Йену.

- Залия! – тот, казалось, был поражен. – А ты тут какими судьбами?

- Йен, давно не виделись.

- Это уж точно. Я ведь и не знал, что ты женушка местного бургомистра. Так бы пришел, поздравил, - он глянул на меня. – И ключ ты ей дала?

Женщина пожала плечами.

- Она бы и сама его нашла, я только немного подсобила.

- Значит, я снова у тебя в долгу.

- Тот раз не считается. Ты сохранил мне жизнь, я сделала то же самое. Услуга за услугу. Но за этот я у тебя что-нибудь обязательно потребую, - она шутливо погрозила ему пальцем.

- Я открыт предложениям. Дай только уйти отсюда и отсидеться в каком-нибудь укромном местечке.

- Почему бы и нет? Твои вещи там.

- Я уже догадался, спасибо.

- Погоди, - она приблизилась к нему и положила руку на его кровоточащую рану, а когда убрала, то той уже и в помине не было. – Вот, теперь можешь идти.

- Спасибо.

Когда Йен ушел, мы остались одни.

Залия, абсолютно перешагивая через трупы и ступая босыми ногами по лужам крови, подошла ко мне и подмигнула, обнимая за плечи.

- Ну и ночка, не так ли?

- Да уж, - я вздохнула, убирая клинок в деревянные ножны. – А вы?..

- Вы называете нас берегинями. А такие, как он, - она кивнула в сторону копающегося в полу Йена, - ведьмами Пучины. Не бойся, мы совсем не такие, как мавки, мы еще можем думать головой. По крайней мере, многие из нас.

Я тряхнула головой.

- Не понимаю. Это же ваш муж, а это сын, и мы их убили!

- Статус еще ничего не означает. Видит Райна, я пыталась воспитать из этих двух ублюдков нормальных людей, но раз уж не вышло, то не вышло, что с этим сделаешь. От монстров надо избавляться, как говорит этот… - она нахмурилась, - примечательный проводник.

Подумав немного, я все же кивнула. В конце концов, за минувший день я видела столько, что уже пора перестать удивляться.

Я вгляделась в застывшее лицо Фальрика.

И что мне делать дальше? Семьи у меня больше нет, дома – тоже, а враги, которые маячили перед глазами последние годы моей жизни, теперь мертвы.

Я не видела своего будущего и не знала, куда идти.

Я перевела взгляд на одевающегося Йена. А может?..

Проводник, нахохлившись и выпятив грудь, медленно вышел из оружейной.

- А, красавец! – с полным гордости голосом сказал он и топнул каблуком тяжелых шнурованных ботинок по полу.

Залия весело присвистнула.

- Гляди-ка, проводник в полном боевом облачении!

Йен поклонился и несколько раз повернулся вокруг своей оси, хвастая заново приобретенной одеждой.

На нем теперь были теплые кожаные брюки, заправленные в ботинки, и крепкая льняная рубаха, а поверх нее он одел странный жилет из сыромятной кожи с глубоким темным капюшоном. Примечательно в нем было то, что задние полы его, сделанные из обычной ткани, обшитой шерстью, доходили до самых лодыжек и у бедра разделялись надвое, походя на крылья.

Йен поднял с земли бамбуковое копье и продел его в специальные ножны на спине, в которых, кроме этого, я заметила два разных клинка, а напротив лопаток, держась на чем-то невидимом, был приторочен грозного вида длинный серп.

- Это тебе пригодится, - Залия перекинула ему пистолет бургомистра, и Йен сразу же вложил его в кобуру, пристегнутую к широкому черному поясу с большой круглой бляхой, рядом с которой висели еще несколько небольших мешочков на завязках и квадратная железная фляга с гравировкой.

Проводник подошел ближе, и я увидела на его шее миниатюрный обсидиановый треугольный кинжал на тонкой красной ниточке.

- Ну, прощай, госпожа Залия, - он ухмыльнулся и крепко обнял берегиню.

Та в ответ чмокнула его в щеку и отстранилась, пожалуй, слишком уж долго задержавшись своими тонкими пальчиками на его ладонях.

Йен напоследок махнул ей рукой и пошел к лестнице. У порога он остановился и выжидающе уставился на меня.

- Ну, ты идешь или нет, девчонка?

«Дождь. Темно. В сумрачном ночном небе возвышается над землей серебряный диск полной луны. Ветер южный, холодный. От него трещат кости.

- Отец, пожалуйста, остановись! Хватит, отец, прошу!..

Скрежет стали. Звон клинка. Серебряный росчерк оружия.

Кровь фонтаном хлещет из раны. Тело содрогается в предсмертной агонии. Проходит секунда. Другая. Он мертв. Глаза стекленеющим взором останавливаются на звездах.

Они всегда знали, что я стану убийцей. Но никто из них не предсказал, что первой моей жертвой станет собственный отец…»

- Йен!

Я медленно открыл глаза и посмотрел на хмурое серое небо, с которого бурным потоком шел настоящий первый осенний дождь. Громыхнуло. Серебристая молния расчертила зигзагом сумрак и с треском врезалась в землю в километре от нас.

Она испуганно вздрогнула. Боком я ощущал, как дрожит от холода ее тело, но сама девчонка наотрез отказывалась жаловаться. Упертая.

Я приобнял ее за плечи и прижал к себе, спиной опираясь на ствол одинокого раскосого дерева, росшего на небольшом земляном холмике.

Девчонка благодарно кивнула и положила голову на мою грудь.

- Тебе опять кошмар снился? – сквозь сон спросила она.

Я поджал губы, наблюдая, как с листьев ручьями стекает вода.

- Так больше не может продолжаться, - пробормотал я, нахмурившись.

- Да уж. Спать же невозможно!

- Да не, я не про это. Поднимайся.

Я подхватил ее под руки и легко поставил на ноги, поднимаясь с промерзшей земли.

Она устало протерла глаза костяшками пальцев и по привычке разгладила подол своего платья.

- Пора бы тебя приодеть.

- Зачем? Нормальное платье.

Я усмехнулся.

- Это нормальное платье побывало в таких местах, о которых в приличном обществе говорить стесняются, девчонка! Тем более ты же теперь моя помощница, а выглядишь так, будто только что с помойки вылезла.

- Пошел ты!

- Вот и пойдем. Вместе.

Я поправил на спине копье и серп и натянул на голову капюшон.

- В такой дождь? Да ты совсем рехнулся, Йен, - она понуро поглядела на небо и еще раз зевнула. – До ближайшего города еще четыре дня пути, а под таким дождем мы только промокнем да подхватим чего. Вот тебе это надо? Лично мне – нет. Мне и прыщей по всему тело хватило, когда я в дерьме лазила.