— Я думаю, да. Если мы уйдем сейчас, успеем вернуться к третьему уроку.
Мы с Кишей встаем из нашей кабинки и направляемся к прилавку, чтобы заплатить. Здесь еще остались несколько студентов, но большинство уже ушли.
Глава 8
Я чувствую себя намного лучше, когда мы возвращаемся в школу. Я больше не испытываю страха. Это как обычный поход утром в школу. Ничего особенного. Мое сердце бьется нормально, оно не колотится, как это было раньше.
Пока… подождите.
— Какой кошмар. Посмотри на эти тампоны, разбросанные по всему тротуару, — комментирую я валяющиеся вокруг хлопковые пробки и пластиковые аппликаторы, похожие на мелкие перископы. — Эй, помнишь, когда сестры Эми играли с ее тампонами и прокладками?
Как-то раз сестренки Эми нашли коробку с тампонами под раковиной в ванной. Они развернули их все и делали вид, что они пираты, разыскивающие клад, вглядываясь через аппликатор, двигая его внутрь и наружу. Они также нашли гигиенические прокладки, сняли бумажные ленты с обратной стороны и расклеили их по всему дому, отмечая место «Х» — то место, где был спрятан клад. Кладом был «динамит» — иначе говоря, хлопковые обертки от тампонов. Эта история заставляет меня смеяться каждый раз, когда я вспоминаю о ней.
— Да, помню. Это было так смешно. Я думала, что мама Эми умрет после этого, — хихикает Киш. Она шагает в сторону, чтобы не наступить ни на одну из них. — По крайней мере, они не были использованы.
— Жуть.
— По… подожди минутку, — говорит Киша, поскольку мы обе замечаем листы бумаги, разлетевшиеся вдоль газонов и по улице.
— Вот дерьмо. Наши рюкзаки.
— Черт. — Киша бежит к кустарнику. Я думаю, что наше секретное укрытие не являлось такой большой тайной, как мы надеялись.
Пока мы приближаемся, я натыкаюсь на одну из своих папок, некоторые записи по-испанскому, наушники и несколько маркеров. Все мое дерьмо раскидано повсюду. Я предполагаю, что куст не справился с работой по скрытию наших вещей. Этот куст уволен.
Мы собираем наши вещи и запихиваем то, что осталось, обратно в рюкзаки. У меня не хватает только калькулятора и моего ненастоящего айпода — дешевого без брендового названия MP3-плеера. Киша теперь возвращается в школу без тампонов и книги по алгебре. Похоже, кто-то хочет изучить квадратные уравнения.
Карма.
Вот снова это слово. Это то, что мы получаем за прогул — наше барахло разбросано по всей улице. Держу пари, что кто бы его не нашел, был разочарован узнать, что мы неудачницы без наркотиков, денег или даже презервативов. Мои деньги были при мне. Я не употребляю наркотики. И мне не нужны презервативы, пока что не нужны.
— Сеньорита Миллер, como se dice карандаш en espanol?18— очевидно спрашивает меня миссис О'Брайен.
Я не обращаю внимания. Я еле перевожу дыхание от бега вверх по лестнице, чтобы оказаться на уроке вовремя. Я не хочу, чтобы меня задержали за опоздание.
— Un lapis19, — отвечает за меня Эми.
Она пытается быть хорошей? Пытается помочь мне? Или она — ведьма и пытается выставить меня в дурном свете?
— Gracias, Seńora Chapman, pero la proxima vez espere su turno20, — сурово говорит миссис О'Брайен.
Лицо Эми слегка розовеет. Она не привыкла, что учителя корректируют ее ответы или поведение. В классе ее обычно расценивают как гребаную богиню…
Испанский проходит быстро. Мы изучаем основные слова и простые фразы, которые можно регулярно использовать в школе. Хорошо, что мне не нужны мои записи. Работа легкая, но я смущаюсь говорить по-испански.
Стеф самая стеснительная из всех нас. Поскольку она мексиканка, я имею в виду… американка мексиканского происхождения, ожидается, что она будет знать испанский. И предполагается, что она должна быть в состоянии говорить на нем с акцентом. Однако, испанский у Стеф примерно такой же хороший, как и у нас. Она словно из пятидесятого поколения, родившегося здесь, поэтому знает только английский. Без присущего акцента.
Уже четвертый урок? Вау, я могу привыкнуть к прогулам. Это так легко. Это, несомненно, могло бы стать привычкой, если бы не то огромное количество записей, которое я пропущу.
ОСС начинается как обычно. Полнейший хаос.
Студенты потихоньку двигаются друг за другом, кто-то захватывает обед прежде, чем войти внутрь. Поскольку первый ланч начинается в это же время, некоторые студенты предпочитают есть во время урока. Не похоже на то, что у них будут неприятности. А скорее похоже на то, что у нас есть полная свобода действий. Ну, возможно не у нас, первокурсников, но наверняка выпускники могут делать все, что им, черт возьми, заблагорассудится.
Мистер Митчелл звонит в свой звонок примерно через пятнадцать минут после начала урока. Все собираются в классе и ждут, пока назовут их имена. Мистер Митчелл всегда вызывает всех по именам, каждый день в одно и то же время. Если тебя здесь нет, когда он называет твое имя, ты отмечен как отсутствующий. Я всегда здесь, поэтому это не имеет большого значения для меня. Хотя я быстро все просекла. Как только он называет имена, студенты уходят и приходят назад, когда им захочется, а некоторые на самом деле уходят и совсем не возвращаются.
Прежде чем все разойдутся, объявляется очередной проект — комитет по организации собраний начинает работать над встречей «Возвращение Домой» и активисты комитета должны начать с танца. Как всегда Стеф, Эми, Киша и я расходимся, чтобы встретиться со своими комитетами. Все движения для танца почти придуманы. О месте, где будут проводиться танцы, уже позаботились. Поэтому председатель нашего комитета просто просит добровольцев продавать билеты во время ланча. Старшекурсники забивают себе обязанности перед Киш, и у меня есть шанс поднять наши руки.
Раздается звонок на ланч, и мы первые в очереди за нашей полезной закуской, еще одно преимущество того, чтобы быть в ОСС. Мы можем встать в очередь еще до звонка, поэтому мы всегда получаем свой обед прежде, чем другие студенты могут даже выйти из классов.
Вчетвером мы садимся под наше дерево и начинаем спокойно есть. Я думаю о том, что Киша сказала сегодня утром. Эми будет сидеть с нами или она собирается бросить нас ради Алекса и футбольной команды? У меня есть ощущение, что Стеф и Киша думают о том же.
Проходит некоторое время, Эми достает свой новый сотовый и прикасается к экрану. Она улыбается, ее щеки краснеют, когда она читает текст. Она быстро собирает свои вещи, неловко возясь со своей едой и пытаясь положить вещи в сумку. Я знаю, куда она собирается. Мы все это знаем.
— Эй, ребята, я сейчас вернусь, — бормочет она. — Я немного прогуляюсь с Алексом.
— Повеселись, — говорю я ей с фальшивой улыбкой.
— Можешь не торопиться, — добавляет Киш с сарказмом.
Стеф ничего не говорит. Она просто улыбается. Хотя ее улыбка выглядит такой же искренней, как и моя.
— Ладно, пока, — бормочет Эми и уходит.
Вот и все.
Наш дружный, настоящий союз «Джинсы-талисман»21 — ладно, без штанов или талисмана — подходит к концу. Это только начало. Я чувствую это. Мы уже не те девушки, которые были неразлучны всего лишь несколько недель назад. Теперь все меняется — всего лишь один парень, ладно один чертовски горячий парень, может нанести такой урон. Что случилось с «друзья — навсегда, мальчишки — иногда»? Хоть Эми встречается с парнем моей мечты, я не хочу, чтобы мы… просто… развалились.
Мы вчетвером так много пережили вместе за эти годы. Мы дополняли друг друга. Стеф всегда была здравомыслящей, остальные — сумасшедшими. Эми и Киш всегда были теми, кто заступался за нашу компанию, в то время как Стеф и я предпочли бы просто игнорировать любые проблемы. Мы все были девчачьими частями к нашему пазлу дружбы. Без одной части мы просто никогда не казались одним целым.
Кто знал, что старшая школа изменит это. И так скоро.
Предполагалось, что мы будем вместе всегда.
Глава 9
Я не могу поверить, что в понедельник пробы по футболу. Прошло всего чуть больше месяца с тех пор, как начались занятия в школе, и мысль о том, чтобы бежать в течение нескольких часов после школы во время тренировки, внушает страх, но моей жирной заднице могут пригодиться упражнения. Вся эта чушь в столовке «для Здоровых Детей» тоже не помогает, я просто возвращаюсь домой из школы голодной и злоупотребляю несколькими порциями мороженого «Skinny Cows» — потому что одного не хватит — и диетической содовой. Моя мама собирается съездить за покупками в продуктовый магазин, но морковь и обезжиренный йогурт не помогут, как только начнется тренировка. Картошка фри. Мне будет необходимо немного картошки фри.
Мы с Кишей собираемся пойти на пробы — она, наверное, попадет в команду университета, а мне посчастливится попасть в команду первокурсников. Я люблю заниматься спортом, просто я неспортивно сложена, особенно для футбола. Хотя Киш хороша. Она выглядит как те игроки на чемпионате мира. Это чертовски хорошо. Действительно. Она может делать всякие финты и прочее. Мне повезет, если я не споткнусь, пока буду вести мяч. Мой папа вообще смеется надо мной. Серьезно, он в прямом смысле смеется надо мной. Несколько раз, когда он был на моих играх, он шутил, что не хотел говорить никому, что я его дочь. Смешно, но грустно.
Серьезно, я не так уж плоха. Один раз я даже забила гол — он не был преднамеренным или чем-то вроде того, но это все-таки был гол. Киша делала угловой удар, а я стояла на своем месте, чтобы забить. Не успела я и глазом моргнуть, как мяч попал мне по киске — вы знаете, прямо туда — и полетел в ворота. Я даже не поняла, что произошло, пока все не начали кричать и побежали мне навстречу, чтобы обнять и поздравить меня. Кого волнует, что у меня даже не было намерений это сделать? Это все же был гол, мой гол.
Я хотела бы, чтобы Стеф попробовала с нами. Не обязательно быть потенциальным участником ВЛФ (Высшая Лига Футбола), чтобы попасть в команду первокурсников. По крайней мере, мы могли бы быть там вместе. Она единственная из нас, кто не собирается что-то делать, как только начнется футбол. Эми теперь вообще несвободна, поскольку она и Алекс проводят каждую чертову свободную минуту вместе. Она до сих пор зависает с нами, но она также начала общаться с выпускницами. Это, наверное, произошло бы в любом случае, потому что ее старшая сестра Джен выпускница, но так как она с Алексом, для нее стало легче бросить нас во время ланча или после школы.