«К чертям! — подумал он.— Нельзя подозревать. Надо собирать сведения».

Внезапно голос Бриджит вывел его из этого состояния.

— Мистер Фицвильям,— спросила она,— а все же, почему вы приехали именно сюда?

Люк только собирался закурить сигарету и уже зажег спичку. Но этот неожиданный вопрос заставил его замереть с незажженной сигаретой в руках, пока догоревшая спичка не обожгла ему пальцы.

— Проклятье! — воскликнул Люк, роняя спичку и тряся рукой.— Прошу прощения, но своим вопросом вы задали мне непростую задачу.— И в его голосе послышались грустные нотки.

— Правда?

— Да,— он вздохнул.— Ну что же, я полагаю, что каждый сообразительный человек мог бы разгадать меня. Я полагаю также, что версия о том, будто я пишу книгу, вас не убедила?

Да, сразу же после того, как я вас увидела.

— А до того вы верили, что это так?

— Да.

— Но я понимаю, что эта выдумка все-таки была не очень удачной. Понятно, каждый человек, вообще говоря, может захотеть написать книгу. Вас насторожило другое: что я приехал сюда под видом вашего кузена.

Бриджит отрицательно покачала головой.

— Нет, сначала я действительно думала, что вы мой кузен. Ну а потом предположила, что вы испытывали материальное затруднение, и это был лучший вариант, чтобы выйти из положения. Я уже не один раз выручала друзей Джимми таким образом.

— Когда я появился, то всем своим видом был способен вызвать у вас только сострадание, не так ли? И поэтому я вам не внушил доверия как писатель?

Ее губы медленно искривились в усмешке:

— Нет, объяснение только в том, что вы оказались человеком иного склада.

— Недостаточно способным, чтобы написать книгу? Можете не щадить моего самолюбия. Я примерно догадываюсь, о чем вы думаете.

— Я думаю, что книгу вы написать, конечно, могли бы. Но только не такую. Такого человека, как вы, не могло затронуть далекое прошлое. Да и будущее тоже. Для вас существует только настоящее.

— Хм... Я понимаю.— Его лицо искривилось.— Посылаю все к чертям! С самого моего появления здесь вы действуете мне на нервы. Вы слишком умны и проницательны и этим постоянно смущаете меня.

— Мне очень жаль. Но что же вы думали обо мне?

— Но право же, я о вас совсем не думал...

Она усмехнулась и продолжала:

— Конечно, это очень учтиво, но я примерно догадываюсь. Вы надеялись найти во мне незначительное существо, радующееся тому, что ему выпадает огромное счастье выйти замуж за своего босса.

Смутившись, Люк издал нечленораздельный звук.

Она повернулась и холодно взглянула на него. Его смущение ее забавляло.

— Я понимаю, и я вовсе не сержусь.

Люк предпочел быть невежливым:

— Но, право же, я совсем не задумывался над этим.

— Нет, я понимаю, что вам было не до меня. У вас была цель гораздо важнее.

Лкж совсем потерял надежду.

— О, я понимаю, и у меня нет сомнения в том, что свою роль я сыграл исключительно скверно. И лорд Уайтфильд распознал меня тоже?

— О, нет. Если бы вы ему сказали, что приехали сюда изучать водяных жуков и написать монографию на эту тему, то для Гордона и это было бы «о’кей!». Он удивительно доверчив.

— Все равно я не смог бы быть убедительным и рано или поздно выдал бы себя.

— Я стесняю ваши действия,— продолжала Бриджит.— Я это отлично вижу и понимаю. Но это меня немножко забавляет.

— Это обычное явление. Умные женщины всегда и хладнокровны, и жестоки.

— Нужно брать от жизни те удовольствия, которые она может дать,— проговорила Бриджит с некоторым смущением.

Потом она немного помолчала и добавила:

— Итак, почему же вы все-таки здесь, мистер Фицвильям?

Она вернулась к исходному вопросу. Люк теперь уже ждал его и во время последней паузы пытался к нему подготовиться. Он повернулся к ней и внимательно, сосредоточенно заглянул в ее настороженные глаза. Он почувствовал в них какую-то притягательную силу.

— Хорошо. Может быть, лучше сказать вам всю правду?

— Да. И намного лучше!

— Но эту правду ве так легко изложить. Скажите, а у вас самой не составилось какого-нибудь мнения относительно моего приезда сюда?

Она задумчиво посмотрела на него и медленно кивнула головой.

— Так поделитесь со мной этим предположением. Надеюсь, мне это поможет.

Бриджит спокойно произнесла:

— У меня была мысль, что вы приехали сюда в связи со смертью этой девушки, Эмми Гибс.

— Именно это я и предвидел. Я хочу сказать, предвидел не случайность ее кончины, а как только упомянули ее имя, я уже знал, что в этом что-то есть. Итак, вы подумали, что. я приехал сюда из-за нее?

— А разве это не так?

— Некоторым образом да.

Наступила пауза. Он нахмурился, а девушка, не шевелясь и безмолвно, сидела рядом с ним. Ей не хотелось нарушить течение его мыслей.

Он собирался с мыслями.

— Я приехал сюда из-за сумасбродной идеи, пожертвовав своим отпуском. Может быть, все это окажется вздором. Эмми Гибс — это только маленькая часть дела...

— Да, я тоже так думала.

— Но, черт возьми, что же составляло интригу, почему вы заинтересовались, что заставило вас так думать?

— Я думала,— ответила Бриджит,—что здесь не все ладно, что за этим что-то скрывается, вот почему я хотела, чтобы вы повидались с мисс Уайнфлит.

— Но почему же?

— Потому что она тоже так думает.

Люк вспомнил и теперь понял подчеркнутую подозрительность старой девы.

— Стало быть, она так же, как и вы, находит в этом деле что-то странное и подозрительное?

Бриджит кивнула.

— На это есть какие-то причины?

— Ну, хотя бы эта краска для шляпы...

— А точнее?

— Видите ли, два десятка лет тому назад люди действительно употребляли такую краску. Один сезон, скажем, у вас розовая шляпа, на следующий сезон бутылочка краски делает ее черной, а затем уже ваша шляпа голубого цвета, потом еще какой-нибудь вариант... В наше время окраска шляпы стала дороже самой шляпы, поэтому проще ее выбросить и купить новую.

— Даже для такой девушки, как Эмми Гибс?

— Да, именно для нее, потому что она не станет покупать дорогой шляпы. Уж скорее я стала бы красить из экономии. Но не в этом даже дело. Подозрительно то, что краска оказалась красной.

— Ну и что же?

— А у Эмми были рыжие волосы, красноватого оттенка.

— Вы хотите сказать, что одно с другим не вяжется?

Бриджит кивнула.

— Надо быть просто идиоткой, чтобы надеть красную шляпу на рыжие волосы. Но мужчины, кажется, на такие вещи не обращают внимания.

Люк задумался и значительно произнес:

— Мужчинам этого, конечно, не понять. Да, за всем этим что-то кроется!

— У Джимми было несколько товарищей по работе из Скотланд-Ярда. Вы не...

— Да,— быстро ответил Люк.— Но сейчас я в отпуске и официального назначения не имею. Я вмешался в эту историю благодаря одной случайной встрече в поезде в день моего приезда домой.

Он коротко передал свою беседу с мисс Пинкертон и дальнейшие события, которые привели его в Уичвуд.

— Таким образом, все сходится к тому, что убийства должны привести к одной точке, к человеку, которому были бы нужны, выгодны эти смерти. То есть к убийце ловкому и скрытному, но которого непременно надо отыскать. Человек этот, вероятно, известная и уважаемая особа, иначе он не мог бы так хорошо укрыться. Очевидно, мисс Пинкертон тоже подозревала какого-то одного человека... Но, к сожалению, она ничем на него не намекнула...

— Я понимаю,— кивнула Бриджит.

— Девушку этот человек мог убить, не заходя к ней в дом, скажем, забравшись в окно.

— Да, я думаю, это вполне возможно,— согласилась Бриджит.— Наш констебль Рид пробирался к ее окну по дереву. Окно было не заперто. Для здорового человека этого нетрудно.

— И он мог бы совершить то, что задумал?

— Поменять местами бутылочки?

— Да, в надежде на то, что и произошло в действительности. Если спросонья выпить краску вместо микстуры, каждый скажет, что это роковая ошибка, если не самоубийство.