"Пускай Мелия родит сегодня, что ли. А то мы с ней леший знает, сколько проваландаемся", - от души пожелал аватар.

  Видимо, Тай-Линн его подслушала, потому что присела рядом с беременной и положила руку на выпирающий живот.

  - Ты не волнуйся, я знаю, у кого травки достать для отварчика. Сегодня-завтра родишь как миленькая!

  "Точно сбудется, не врут люди!"

  - Наконец-то! - Мелия закатила глаза. - Я вина хочу и курить, а Гален строго-настрого запретил, мол, ни глотка, ни затяжки. Кстати, почему он сам за мной не пришёл?

  - Флокс сейчас очень занят, - ответил Вилль вместо лекарки, покоробленной заявленьицем от будущей мамаши.

  - Но с ним всё в порядке?

  - В полном, - заверил гвардеец. По велению принцессы узника накормили-напоили, подлатали. Стены в ИСС прочные, охранники толковые, ни одна пакость мимо них не проберётся. Так на что жаловаться?

  - Очень хорошо. Не хочу остаться на улице с орущим сосунком в подоле, - заявила счастливица. Симеон сдавленно вякнул, и мурлыканье стихло. Уже две пары глаз напоминали формой монеты.

  - А это точно ребёнок Флокса?

  - Да пёс его знает! - отмахнулась развесёлая мамочка. - Может, его, может, нет.

  - Как так? - опешил и гвардеец.

  - Я на работе залетела. Когда поняла, хотела к бабке одной сходить, да Гален это прознал как-то и не пустил. Отвёл меня к целителю, солидному такому, денег отвалил в пять раз больше, чем я за клёвную ночь зарабатывала. Тот мужик сказал, дескать, семьдесят пять процентов вероятность того, что жмёт руку счастливому отцу! Гален заставил меня с работы уйти, с вином-табаком завязать, домик мне снял, обеспечивал всячески, какие-то полезные гадости приносил. А потом началась эта беготня с места на место.

  - От кого вы бегали?

  - Почём я знаю? Гален о своей работе не рассказывал, никаких имен не называл. Я его фамилию только от вас узнала. Ничего, забавная.

  - Вот видишь, как он о ребёнке своём печётся, а ты?! О пьянках думаешь, сосунком обзываешь! - укорила знахарка, от возмущения пошедшая красными пятнами.

  - Ещё бы не пёкся, - ухмыльнулась Мелия. - Гален сказал, что при его работе нельзя семью заводить, да он и сам не горел желанием. А вот наследника хотел, и непременно с даром, чтобы род потомственных чародеев не пресёкся. Дипломированные-то магички если рожают без мужа, то себе, а не кому-то. Так что я его последняя надежда!

  Алесса смерила "надежду" долгим выразительным взглядом.

  - Ты же не маг, а ковжупень.

  Ночная бабочка не обиделась на орочье самоназвание её профессии.

  - Папашка мой магом был, чтоб ему, потаскуну старому, на том свете икалось. Искра во мне есть, и она перейдёт моему первенцу.

  - Разве ты до этого к той бабке не ходила? - дар переходит именно к первому плоду, не важно, какая участь ждёт его. Остальные дети зарождаются обычными.

  - Ходила, но за травками, которые семя убивают ещё до того, как оно в почву ляжет. Небось, Гален моё "лекарство" колдовством нарочно испортил, про батьку-то своего я ему сказала.

  - А сколько тебе лет? - Вилль никогда не имел дела с падшими женщинами, в зельях разбирался ещё хуже Марты, но понимал, что травки травками, а полтора десятка лет везти не может.

  - Двадцать, а что, меньше дашь?

  Выглядела она на тридцать минимум. Мелия мечтательно вздохнула:

  - Гален обещал мне домик купить и пособие выплачивать. Я подумала и согласилась. Всё лучше, чем ночью под фонарём мёрзнуть. Когда ребёнок подрастёт, он его заберёт и на обучение отдаст, а я получу отступные и наконец заживу госпожой!

  Трое сыскарей переглянулись. Не будет никакого домика. Потому что в скором времени тело предателя сбросят в яму, а его имущество поделят Корона и Ковен.

  - О работе своей он совсем ничего не говорил? - для проформы уточнил гвардеец.

  - Вы же, вроде, его друзья, сами всё знать должны, - насторожилась Мелия.

  - Мы не друзья, просто сейчас у нас цель общая.

  - А-а... Нет, ничего. Хотя в последний раз ругался страшно, до тех пор я ни одного бранного слова от него не слыхала. Кричал, что наверху с ума сошли, он-де на это не подписывался...

  - На что?!

  - Не знаю. Будто бы в скором времени такое произойдёт, что до самого Неба докатится, а с Высшими силами шутки плохи. Но кто-то там очевидного видеть не желает, потому как заигрался и вообще он ... и ...! Ругался, а потом перегорел и замолк. Даже забыл мне это из памяти стереть.

  Профессиональный ментат? Забыл?!

  - Можешь подробности вспомнить?

  - Только мат, но повторять не буду. Для ребёнка вредно.

  Иллюзия невидимости растаяла, но летели над безлюдными полями, и тракт пустовал. Чем ближе к дому, тем беспокойнее становилась Тай-Линн, аватар уже не просто воспринимал её чувства, а слышал отчаянный спор. "Не буду нервничать, стойкой буду. Улыбнусь, потом... Не буду?! Столько лет прошло! А вдруг не узнают? Вдруг отказались от неблагодарной дочери? Пошлют лесом, и... Ой, мамочка, страшно-то как. Страшнее, чем через Океан плыть, чем по трущобам скадарским от демона убегать. Ууу... Так. Соберись, тряпка! Ты сильная. Ты пантера. Р-р-р! Ты... Ууу... Альтея, Созидатель, Кружевница, пусть они хотя бы меня выслушают. Ну, пожалуйста!" И Вилль ничем не мог помочь своей любимой половинке.

  Приземлились на опушке с первыми звёздами, хотя ещё было светло. Волнение перескочило все границы, отчего голос Алессы стал звонким, спина выпрямилась, скулы напряглись и лихорадочно заблестели глаза. "Здесь гончар живёт, здесь амбар раньше был, видать, перенесли", - размахивая рукой, поясняла она по пути к довольно большой избе, огороженной низким плетнём. Из пристройки донеслось ржание голодной лошади, следом - жалобный рёв недоеной коровы. Во двор вышла женщина, невысокая, крепко сбитая, голова и плечи повязаны пуховым платком. Алесса остановилась, перевела дыхание, и дальше шла молча. Вилль взял её за руку.

  - Бегу-бегу! - крикнула жалобщикам селянка, высыпая зерно из ведра в корыто. Птица с шумом и толкотнёй мешалась у неё под ногами.

  Досыпав корм, женщина выпрямилась, отвела со лбы русые с проседью волосы.

  - Вы что-то хотели?

  Она с любопытством, но без страха рассматривала вечерних гостей. Мелию с котом в руках - одобрительно, остроухого парня - удивлённо. Взгляд замер на Алессе и приковался накрепко, прочнее любой цепи. Глаза сузились, затем расширились, по щеке скатилась проворная капля. Ведро упало в корыто, распугав птиц.

  - Леся? Дочка...

  - Мама... Мамочка-а!!! - перемахнув плетень, Алесса с рыданьями бросилась на шею приёмной матери.

  - Давно не виделись, - поянил гвардеец. - Оп-па...

  По юбке Мелии расползалось мокрое пятно. И отварчик не понадобился.

  ***

  Мужчины сидели на завалинке. Хозяин безостановочно курил, у аватара голова шла кругом от дыма и бессвязных воплей пополам с забористой бранью, сотрясающих бревенчатые стены. Младшего брата Алессы вновь услали к колодцу за водой, на его плече сидел Симка.

  - Значит, военный? - не глядя на соседа, Венимир заколачивал трубку.

  - Да, - Вилль тоже не горел желанием завязывать разговор. Отец встретил пропавшую дочь подчёркнуто холодно, Алесса смешалась и очень расстроилась. Из-за Мелии не удалось даже толком поздороваться, но ведь Лешка улучил момент потормошить сестрёнку.

  - Где служишь?

  - В Равенне.

  - Ого! Важная птица, стало быть.

  - Просто рядовой гвардеец.

  - Столичный рядовой гвардеец, - мужчина усмехнулся, как показалось, с горечью. - А раньше она терпеть не могла людей в... эээ... мундиры.

  - Раньше и я недолюбливал лекарей.

  - Лекарей? Больше тебя в ней ничто не смущает?

  - Нет, - аватар выдержал взгляд, Венимир первый опустил глаза.

  - Она нашла своих родителей?