Похоже, легкомысленному жеребчику не приходило в голову, что духи, избалованные людским угощением и обрядами в честь себя любимых, останутся без привычного внимания. Павой посмотрел на мать.

  "Сестра дело говорит. К тому же, если мы не уйдём по её просьбе, люди позовут другого колдуна, который насильно перегонит нас туда, где нам может не понравиться, а то и вовсе уничтожит, - кобылица тряхнула седой гривой. - Мы бы обогнули село по широкой дуге, но дух каменной гряды нас не пропустит.

  Опытным взглядом водника Триш прикинула наилучший вариант нового русла, достаточно плавный, чтобы стремнина не переворачивала рыбацкие лодки. Невысокое вытянутое взгорье, густо поросшее лесом, торчало аккурат посередине.

  - Я с ним договорюсь.

  "Ну, попробуй", - усмехнулась кобылица...

  Чтобы скорее добраться до гряды, взяли сельских лошадей. Можно было и на кэльпи, но сами они не предложили, и Триш не решилась наглеть, Морокун тоже разводил руками, дескать, я тебе не помощник. Хотя на юг он, несмотря на "убывающую вдали от дома силу", Лёгкий путь проложил...

  Ну ладно, это - первое самостоятельное задание, так что рассчитывать надо только на себя, уж в крайнем случае ведьмарь вмешается... Нет, даже думать об этом нельзя!

  Подпрыгивая на проворной чалой лошадке, Триш вспоминала всё, что слышала от наставников о духах земли. Они, как правило, отзывчивы, больше других привычные к смертным, которых буквально носят на себе, прямолинейны, степень упрямства зависит от почвы и породы камня, где они обитают. Легче всего договориться с песком и чернозёмом, с алмазом - уже придётся попотеть. Выглядят тоже по-разному.

  Этот дух предстал в образе бабки, плотно сбитой и востроносой, одетой по местной моде, даром что свитка с кудрявой оторочкой и юбка известняковые, как и на редкость сволочная физиономия. Кабы не двое мужчин за спиной, Триш просто показала бы каменной старухе либр и на примере грунтовых вод, подкреплённых заклинанием, разъяснила суть фразы "вода камень точит".

  - Шиш вам! С места не двинусь, всегда тут сидела и сидеть буду! - голос духа был громкий, сварливый, лицо за счёт примесей меняло цвет: вот сейчас оно побагровело.

  - Но люди...

  - Пущай катятся к шушелю! А я никуда не пойду!

  - Я не прошу вас уходить, просто сделайте расщелину, где могла бы течь река...

  - Я те не ковжупень, девка, чтоб дырки мне в подоле ковырять!

  - Нужно не дырку, а просто немного раздвинуться...

  - Чё те раздвинуть?! А ну пшла отседа, охальница! - несколько крупных валунов, сорвавшись, прогрохотали к подножию.

  Триш переборола желание засветить упрямой бабке либром по макушке. Шаг четвёртый: если дух гонит прочь и угрожает, не уходить, а выяснить причину, по которой он так негативно настроен.

  Бабка казалась скорее раздражённой, чем злой. Стояла, уперев руки в бока и притопывая каменной ногой, отчего по склону катился щебень, а сама точно спрашивала: ну, и что теперь делать будешь? А вот что...

  - Я вовсе не хотела вас оскорбить, - покаянно вздохнула Триш, - просто наставники сказали мне, что такие могучие духи, как вы, всё-всё могут в своих владениях. На вас растут прекрасные корабельные сосны, и я подумала, что речной поток, стремящийся в расселине, смотрелся бы очень эстетично в таком антураже. Правда, сударь?

  - Весьма, - солидно кивнул эльф.

  - Жаль, что я переоценила ваши силы. Прощайте.

  - Э-э, погодь! - на пути магички вырос каменный клык. - Что значит "переоценила"?! В своей горе я всё могу!

  - Ну так сделайте красиво! К тому же, кэльпи вам дальние вести носить будут.

  - Эхе-хе, так-то оно так, да только... - каменная баба почесала макушку через чепец. - Ежели река уйдёт от селища, тогда людишки останутся и по весне мой лес вырубят, а по той же речке сплавят. Сама посмотри, все стволы крестами исчеркали. Уж сосенники их стирали-стирали, да лесорубы приходят и сызнова малюют.

  - Разве деревья корнями не разрушают гору?

  - Сперва-то разрушали, потом сплелись и держат. Ежели их вырубят, у меня голова отвалится, а без головы как-то... - бабка с кислой миной развела руками.

  - Вот в чём дело! - обрадовалась Триш. Шаг пятый: выслушать духа и предложить решение его проблемы. - А если я уговорю людей не рубить лес, вы дадите проход реке?

  - Как же-с, согласятся воне...

  - Согласятся, и даже вам лично поклянутся!

  - Ну, тады... раздвинусь! - бабка глинисто порозовела. - Пущай кони в ногах топчутся, всё повеселее будет!

  ...Голова внимательно выслушал лекцию о пагубном влиянии на природу агрессивного фактора "человек с топором", и пожал плечами.

  - Якия духи? Тот хлопец ничога не казав.

  - Ну а я говорю!

  - Помилуй, спадарыня маг! На карабельны лес заказ из самога Миниска быв, ну што мы им скажам?

  - Уж придумайте что-нибудь. Сосен в округе полно, сплавьте другой лес.

  - Хм.

  - И учтите, что с духами шутки плохи. Если обманете, то гряда развалится, запрудит реку, и затопит не только село, но и ваши бахчи. Жалкий лесок на горе, - Триш обратила ладони вверх, изображая весы, - и бахчи огромной площадью, с которых вы урожай дважды в год собираете.

  - Штоб вас всех, и магиков, и духов!..

  К горе вернулись уже вчетвером и остановились у подножия, не спешиваясь.

  - Ну! - поторопила девушка.

  - Гара! Мы не будем секчы твой лес! - голова смотрел прямо на духа, сидящего на уступе, но не видел.

  Бабка озорно хихикнула: за её спиной в склоне разверзлась громадная дыра, как клыками, усеянная сталактитами и сталагмитами, а выше - две поменьше. Всё это безобразие сопровождалось мелким камнепадом и жутким грохотом.

  - То-то же! - проревела каменная пасть. - А омманешь, ужо я вас, людишек, потопчу да потоплю!

  Голова икнул и выдрал пучок волос - посмотреть, не поседел ли. Триш раскланялась с духом, довольно потирающим руки. А тот на прощание сказал:

  - Ты, девка, того, бабу Горынику не забывай. И она тебя не забудет.

  Шаг последний: наслаждаться результатом!

  ***

  Человек не видел кэльпи, перед его взором хохочущая девица скакала на бревне в гребне клокочущих волн, будто сказочная ведьма на метле. Старое русло проросло рукавом, на глазах расширяющимся, ползущим вперёд дугой ровной, как коромысло. В расщелину обваливался снег, мешаясь с землёй и пеной; течение, обернувшись вспять, подхватывало ошалелую рыбу, водоросли и речной сор, и прежнее лоно закрывалось.

  Селяне, высыпавшие из домов поглазеть на такое диво, держались за что придётся: земля под ногами ходила ходуном. Голова со смешанным чувством неодобрения и зависти огрел себя по бокам:

  - Вось бесовка, раку як каня асядлала!

  - Яшчэ якая шебутная! - ухмыльнулся л"лэрд, глядя, как ученица с визгом и улюлюканьем несётся верхом на жеребце прямо в гору.

  Каменная громада дрогнула, и бешеный табун под предводительством ведьмы хлынул в пролом.

   ***

  - И каково вам быть ведьмой, сударыня?

  - Утомительно, - Триш потёрла лоб... и посмотрела на собственные руки, точно увидела впервые.

  Наполненный либр по-прежнему светился резервом на экстренный случай, привычной опустошённости после трудной волшбы магичка не чувствовала, табун кабзарских кэльпи ей благодарен, а река в Силль-Адару впадает, духи земли и деревьев тоже с сородичами сообщаются. Там покажешься, здесь договоришься, "элементарная почта" сработает, и в следующий раз тебе помогут уже авансом и без лишних обсуждений! Чем больше удачных сделок провернёшь, тем больше союзников появится, пока все духи Неверры не будут знать в лицо ведьму Триссу Крутоярскую.

  Воистину, великое начинается с малого.

  - Бесподобно!

  - Ты не потратила собственную силу, но такое везение - редкость, - остудил её ведьмарь. - Сегодня ты встречалась с духами сильными и разумными, но низшие элеменатали понимают только определённые слова и жесты - заклинания, которые тебе придётся учить. Другие настолько слабы или неповоротливы, что приходится подталкивать их собственной внутренней силой, а потом чувство такое, будто ты сам вместе с ними горы ворочал.