Каждое слово задевает меня. Морган говорит так, будто читает мои мысли.
— Ну… — Я смеюсь, пытаясь скрыть свои истинные чувства. — Не всё так плохо, как вы сказали. Но я знал, на что иду.
— Конечно же. — Он тихо проговорил с милой улыбкой на губах. Весь его вид говорил, что он видит меня насквозь. — Я хочу сделать вам отличное предложение.
Джеймс вытаскивает из полы пиджака лист сложенный пополам — ясное дело, бумага не простая Сенатская с вплетёнными энергетическими нитями. Раскрыв лист, понимаю, что это договор.
— Я предлагаю вам работать на меня. По сути, вы становитесь членом клана «Альфа» без Химерского знака. Я стану вашим Главным, а взамен вы получаете деньги, кров, еду, а главное — протекцию клана, как от Инквизиторов, так и от Химер.
— И что я должен делать за это? Душу продавать не собираюсь!
— Зачем же продавать? У вас редкий дар и очень нужный. Не люблю, когда пропадает такая драгоценность! Хочу, чтобы вы развивали свой дар и применяли его, когда я буду просить. Естественно договор подразумевает повиновение Главному, как если бы я был вашим Светочем.
— Я ушел от Светоча… У меня теперь нет Главных.
— Вот видите, вы очень талантливы!
Не нравится мне всё это. Где-то тут подвох…
— Я могу уйти из мира Инициированных…
— Можете. — Морган берет конфету, разворачивает и аккуратно кладет ее в рот. — Только сами знаете, что долго не просуществуете. Варя вас не отпустит, а Инквизиторы очень обижены на вас. Да еще может пойти слух, где вы, и что вы сделали — Сенат захочет разобраться. Так что либо свои вас убьют, либо Архивариусы сожгут. Ах, да… Очень многим Химерам не нравится, что вы находитесь здесь, едите за их счет, одеваетесь. Чувствуете, как много людей против вас?
Я слушаю его и понимаю, что это чистой воды шантаж.
— Я прощен своим Светочем. Так что вряд ли свои будут убивать. Всё не так уж мрачно, как вы описали.
— Да? А что, если случайно обнаружатся у Химер списки адресов смертных семей Инквизиторских школ «Саббат» и «Абердин»? Вы, кажется, там бывали пару раз.
— Какие списки? — У меня даже в горле пересохло. — Я не делал никаких списков.
— Вы не делали. А я сделал и могу дать их кому-нибудь на заклание Сенатом, все равно ведь сожгут. Архивариусы заинтересуются, откуда такая ценная информация, нарушающая Immunitatem. А дальше мы позаботимся, чтобы вышли на вас.
— Это угроза?
— Это шантаж, Кевин. Вы явно в проигрыше. Силы не равны. И вы это понимаете. К тому же у нас ваша девушка.
Я чувствую, как кровь отхлынула от лица.
— Вы не посмеете убить Варю…
— Ну почему сразу убить? Нет. Убивать не будем. Просто отнимем ее и всё остальное. И вы остаетесь один, гонимый всеми и презираемый.
Он улыбается, довольный собой, бесшумно аккуратно делая глотки кофе.
— Какой смысл вам от меня?
— Дар! Я же сказал, дар. Я не заставляю вас шпионить за Инквизицией, я не заставляю вас рассказывать мне тайны Саббата или Реджины Хелмак, я предлагаю вам работать с моими людьми, развивая их и свой дар.
Я чувствую, как сражен. Свержен. Меня смяло под колесами бульдозера «Химера». Дождался и я своего часа, когда они показали свои когти, не вечно же им строить из себя паинек. Я молчал, пялясь на белый лист бумаги. Понимая, что если подпишу — обратного пути не будет.
— Мне нужно подумать…
— Конечно! Я понимаю. — Джеймс встает, поправляет костюм, не замечая моего подавленного состояния, и как ни в чем не бывало говорит: — Кстати, в ваших интересах, чтобы Варвара вернулась домой целой и невредимой.
— Что? — Я вскрикиваю, вскакивая со своего места. Ужас скручивает внутренности. — Где она? Что вы с ней сделали?
— Пока ничего, Кевин. Пока ничего. — Он кончиком пальца придвигает ко мне бумагу, разворачивается и уходит. Звук закрываемой двери звучит, как удар захлопнувшейся крышки моего гроба. Я судорожно хватаюсь за телефон и начинаю звонить Варе, но женский голос, отчеканивая каждый звук, холодно сообщает, что абонент вне доступа. Черт! Черт! Черт!
— Варя! Варя! — Я посылаю ведьмин зов, надеясь услышать её. Но в ответ ничего. Я хватаю спички и начинаю жечь, смотря на пламя, читая заклинание Глаза Инквизитора, чтобы в огне увидеть ее. Но не вижу. Пусто.
— Договор, Кевин. И она твоя. — Сильный зов Моргана проносится в крови. Он звучит, как набат, как будто кровь загудела во мне. Сильный маг!
На столе белеет лист, словно светится на темной поверхности. Я подхожу к нему и смотрю на пункты. Так и есть договор о сделке с Джеймсом Морганом и его кланом «Альфа» на два года. Одно понятно, что срок указан формально, Джеймс не отпустит меня теперь.
«Просто отнимем ее и всё остальное. И вы остаетесь один, гонимый всеми и презираемый».
И я подписываюсь своим магическим вензелем, оставляя на бумаге яркий всполох завитков: «К.Ганн». Секунда и бумага вспыхивает и растворяется в воздухе летящим пеплом.
— Рязанский проспект, четвертое строение. Поезжай туда. Там будет Варя. — Голос Джеймса довольным гулом звучит в крови. И я срываюсь по указанному адресу.