Д у с я. Кто над тобой измывается?

А л е в т и н а. Да она! Не работа, а фокусы какие-то! Каждой корове, видишь ли, особое…

Т а т ь я н а. Особое! И если ты не будешь соблюдать порядок, то тебе не работать дояркой! Предупреждаю!

А л е в т и н а (вошла в раж, не замечает, что Татьяна с Дусей ушли). Ох ты, ох ты! Поглядите-ка на нее, начальница какая! Вызвалась рекорд поставить, а теперь рекорд-то боком выходит, так она на доярок сваливает! Фокусы разные придумывает! Ишь, чего начертила тут! Вот и стой целый день, высчитывай, какой корове да чего! Да наши местные коровы больше двенадцати литров… (Заметила, что говорит впустую.)

Зойка сидит на фляге и хохочет.

Ха-ха-ха! Куренок недоваренный! (Ушла сердитая.)

Д у с я (из окна). Ну, а ты что сидишь?

З о й к а. Мне одной не утащить. Помоги.

Д у с я. Что сегодня такая веселая?

З о й к а. Да так. Я вчера узнала что-то…

Д у с я. Про кого?

З о й к а. Про тебя и про Таню… про всех, всех, всех! (Хихикает.)

Вокруг нее собираются д е в у ш к и.

Д у с я. Не томи.

З о й к а. Сидор Фомич… Зиновию Капитонычу… вчера свои планы рассказывал.

Д у с я. Что-нибудь о ферме?

З о й к а. Нет!

Д у с я. О Доме культуры?

З о й к а. Да нет! (Не переставая хихикать.) Сидор Фомич в этом году… собирается двадцать свадеб в селе сыграть!

Д е в у ш к и. Что-о?

З о й к а. У меня, говорит, все по плану. В позапрошлом году было семь свадеб, в прошлом — уже двенадцать, а нынче — непременно двадцать! Вчера, выходит, была пятнадцатая, а теперь на очереди вот Дусю за Прокопа выдать, потом Галинку — за Яшку, потом тебя, Фиска, за Кузьму и… Татьяну за Григория Алексеевича!

Т а т ь я н а. Как ты сказала?

З о й к а. За приезжего инженера! Всех вас, говорит, надо скорее переженить, тогда вы никуда не разъедетесь из села!

Д у с я. Не мог он такое сказать! Выдумываешь ты! Таня с Григорием почти и не знакомы!

З о й к а. Вот-вот! И Капитоныч то же сказал! А председатель — «женим»! Колхозу, говорит, сейчас никак нельзя без механика! Да он возле Татьяны завязнет, как муха в варенье!

Т а т ь я н а. Хватит! Никогда не думала, что ты способна на такое вранье!

З о й к а. Я?.. На вранье?.. Да я… Вот честное слово!

Д у с я. Что же это такое, девчонки?.. Ну, я выхожу замуж, правда. Только какое же право имеет председатель меня с Прокопом в свои планы вставлять?

З о й к а. Самое честное слово, не вру, девочки! Сама слышала! Он несколько раз повторял: «В позапрошлом году — семь, в прошлом — двенадцать, а нынче непременно…»

Девушки возмущены.

Д у с я. Понимаешь, Таня, почему он тебя так расхваливал да расписывал этому инженеру? Приманку из тебя делал!

Т а т ь я н а. Погоди же, Сидор Фомич, ты еще не знаешь мой характер!

Входит П р о к о п с топором на плече.

П р о к о п. Здорово, девчата! Как работаете на новой ферме?

Т а т ь я н а. Как видишь. (Уходит.)

Девушки сдержанно приветствуют Прокопа.

П р о к о п. Что с вами?

Д у с я. На новой ферме, на старой ферме — какая разница!

П р о к о п. Да ты что, разве недовольна чем?.. Мы на совесть делали. Вот и столик для отдыха поставили.

Д у с я. Ну и сиди, а нам некогда.

П р о к о п (задерживает ее за руку). Дуся.

Д у с я. Ой, больно!

П р о к о п. Прости, я нечаянно. (Тихо.) Что с тобой?.. Я дома сегодня сказал, что в следующее воскресенье мы…

Д у с я. Как же, разевай рот шире!

П р о к о п. Что ты сказала?

Д у с я. Что слышал!

П р о к о п. Дуся!.. Значит, ты на попятную?

Д у с я. Значит!

П р о к о п. Выходит, ты меня?..

Д у с я. Выходит!

Прокоп непроизвольно поднял руку.

А-а-ай! Вот видишь, видишь. Я же говорила, что ты будешь меня бить!

П р о к о п. Не пойдешь за меня?

Д у с я. Будешь бить — не пойду!

П р о к о п. Дуся!

Д у с я. Не подходи!.. Мне надо подстилку для телят! (Набирает солому и вдруг неистово заверещала.) А-а-ай!

Т а т ь я н а (из окна). Что случилось?

Д у с я. А-а-а!

Т а т ь я н а (Прокопу). Как ты смеешь ее обижать?

П р о к о п. Да я ее… и пальцем не тронул…

Д у с я. Т-там… мертвая нога в соломе!

Из соломы показывается Ф р о с я. Она широко раскрыла рот и наконец заревела.

П р о к о п. Фрося, что с тобой?

Ф р о с я. Я… я… такой страшный сон видела… П-пошла в лес по ягоды, а меня медведь как за ногу схватит!

Девушки хохочут.

Т а т ь я н а. Я тебя, кажется, не по ягоды, а за подкормкой посылала.

Ф р о с я. Я… я ездила.

Т а т ь я н а. Ну?

Ф р о с я. Мне не дали.

Д у с я. Кто? Медведь?

Ф р о с я. Какой медведь? При чем тут медведь?

Т а т ь я н а. Что же ты легла спать, мне не доложила? Почему в контору не пошла?

Ф р о с я. А это распоряжение из конторы. Зиновий Капитоныч…

Т а т ь я н а. Зиновий Капитоныч? Опять он?.. (Через окно сняла со стены трубку и звонит.) Зиновий Капитоныч?.. Что это за распоряжение вы отдали? Нет, я не пойду к вам разбираться! Хватит! Идите вы к нам! Я требую, все доярки требуют! И пожалуйста, не умасливайте меня, ловите на этот крючок карасей! (Повесила трубку.) Галинка, разыщи председателя!

П р о к о п. Дуся… мне бы с тобой поговорить надо.

Д у с я. Подожди ты!

Ф р о с я (отводит Зойку в сторону). Зойка… что это я сейчас от девчонок услышала…

З о й к а. Что?

Ф р о с я. Правда, что у Сидора Фомича в плане записано, кого на ком в этом году женить?

З о й к а. Отстань.

Ф р о с я. Скажи. Говорят, ты сама слышала.

З о й к а. Тебе-то зачем знать?

Ф р о с я. Как это зачем? Уж будто я и замуж никогда не пойду.

З о й к а. Ничего я не знаю.

Ф р о с я. Скажи… Кто напротив-то меня написан?

З о й к а. Где написан?

Ф р о с я. Да в книжке у председателя, которую он завсегда с собой носит.

З о й к а. В книжке?

Ф р о с я. Ну да. Вот бестолковая!

З о й к а. Напротив — Григорий Алексеевич.

Ф р о с я. Какой такой Григорий Алексеевич?

З о й к а. Инженер-то приезжий.

Ф р о с я. Врешь!

З о й к а. А что мне врать? У всех девок в селе, говорит, есть парни. Только ты одна. Вот он тебе и достался.

Ф р о с я. Зойка! Да если это правда, так я!..

Входит Г р и г о р и й.

Г р и г о р и й. Что с электромотором? Показывайте.

Т а т ь я н а (сухо). Мы уже сами исправили. Спасибо.

Г р и г о р и й. Извините, раньше не мог прийти. Сидор Фомич задержал.

Д у с я (с ехидцей). Так вы, оказывается, к нам навсегда?

Г р и г о р и й. Кажется, так.

Д у с я. Что же вам у нас понравилось?

Г р и г о р и й. Все. Колхоз у вас перспективный.

Д у с я. А каковы перспективы лично для вас?

Г р и г о р и й. По-моему, тоже увлекательные.

Д у с я. Ага!

Т а т ь я н а. Дуся, перестань.

Д у с я. Так, так. А интересно, на что главным образом наш председатель нацелил ваше внимание?

Т а т ь я н а. Дуся!

Г р и г о р и й. Я что-то плохо вас понимаю…

Ф р о с я. Григорий Алексеевич, а у кого вы будете жить?

Г р и г о р и й. Пока еще не решил. (Татьяне.) Кстати, Сидор Фомич сказал, что вы мне поможете найти комнату.

Т а т ь я н а. Я?.. Почему я?

Девушки переглядываются.

Г р и г о р и й. Не знаю.

Т а т ь я н а. У нас в доме лишней комнаты нет.

Г р и г о р и й. Разве обязательно — у вас?

Ф р о с я. У моей мамы есть! Если хотите, то я…

Г р и г о р и й. Спасибо, зайду. А вообще… мне очень понравилось, что народ у вас простой, душевный. Где только я ни побывал сегодня — всюду люди работают без сутолоки и крика.

Быстро вбегает С и д о р Ф о м и ч.

С и д о р Ф о м и ч. Что тут стряслось? Что за конференция? Кто за вас работать будет?

Т а т ь я н а. Сидор Фомич, я вас уже предупреждала! Если вы действительно хотите, чтобы наша ферма славилась удоями, то!..

С и д о р Ф о м и ч. Опять что-нибудь с кормами?

Т а т ь я н а. Опять! Каждую тонну зеленой подкормки получаем со скандалом! А вы, вместо того чтобы снабжать ферму всем необходимым, какие-то… планы глупые составляете!

С и д о р Ф о м и ч. Глупые планы?.. Я?.. Про какие планы ты говоришь?

Татьяна молчит.

Д у с я. Уж мы знаем!

С и д о р Ф о м и ч. Вам не нравятся мои планы? Они стали глупыми? О-хо-хо, вот она, благодарность… И это за все то, что я сделал… Да разве вы забыли, что было в колхозе до моего прихода? Много ли за труд свой получали? Копейки! Сколько коров было на ферме? Тридцать скелетов! Хлеба такие снимали? Доход от животноводства получали?.. Да мы по нашим планам передовые хозяйства страны вот-вот догоним, а вы!..