Все больше сужалось кольцо вокруг перемешанных батальонов 61, 96 и 227 дивизий, которые теперь были объединены в группу Хюнер. Здесь, на торфяном болоте, русские бросили в бой восемь дивизий, четыре бригады и множество танков. Они наступали с востока, с запада и даже с севера через замерзшее озеро. Это составляло больше одной дивизии против каждого немецкого батальона.

XXVI корпус тем временем с трудом создал новую полосу обороны между «Носом Венглера» и Невой. Ее ключевой позицией была господствующая над местностью голая Синявинская высота, которая вскоре должна была стать главной ареной боя. Саперы 96 дивизии, горные стрелки 5 горно-егерской дивизии, пулеметчики полицейской дивизии СС и артиллеристы 227 пехотной дивизии вцепились в заснеженную, изрытую воронками землю и отражали все атаки, в то время как 96 и 170 пехотные дивизии с переменным успехом вели бой на торфяном болоте, у леса Шайдиса и у больницы Городка.

Превосходство противника было слишком подавляющим. 17 января командование армией приказало группе Хюнер, которая теперь снабжалась только с воздуха, осуществить прорыв, ибо стало ясно: для контрнаступления с целью восстановить фронт в северной части «бутылочного горла» сил не имеется. Это было тяжелым решением, так как почти не было шансов когда-либо собрать достаточно сил, чтобы вновь захватить потерянную местность. Теперь, однако, речь шла о том, чтобы удержать позиции по обе стороны Синявинской высоты, а также саму высоту. Вырваться из окружения группе Хюнер удалось через Поселок № 5 в тяжелых ближних боях в ночь с 17 на 18 января. Большая часть раненых была вывезена, несколько стоявших в этом районе батарей вынуждены были взорвать и бросить свои орудия, погибло также и другое тяжелое снаряжение. Неоднократно вступая в ближний бой с применением ручных фанат и холодного оружия, солдаты 151 полка первыми осуществили прорыв на юг. При этом погиб их командир майор Крудзки. Противник снова и снова с обеих сторон атаковал место прорыва, так что части, следовавшие за 151 полком — 162 полк, 328 полк (полковник Ламей), пехотинцы, артиллеристы, истребители танков 96 дивизии, артиллеристы 227 пехотной дивизии и все, кто еще оставался в котле, должны были снова с боем прорываться из окружения. Эта кошмарная ночь навсегда останется в памяти всех участников битвы.

После этого успеха русские снова повернули на юг, чтобы двусторонним охватом взять Синявинскую высоту. Они знали, что полоса торфяного болота, едва достигающая 10 км в ширину и лишенная твердых дорог, сохраняет относительное значение лишь до тех пор, пока на высоте сидят немецкие артиллерийские разведчики-наблюдатели. Попытки охвата с востока отразили восточные пруссаки в районе Гайтолово, «Нос Венглера» тоже еще держался, хотя здесь десять дней атаковали семь советских дивизий.

В бой на высоту русские бросили еще пять стрелковых дивизий и пять бригад, а также четыре танковые бригады и восемь танковых батальонов. Особенно опасный очаг возник в бою за Поселок № 6 у западного подножья высоты. 18-ой армии тоже пришлось подвести новые силы.

Генерал, командующий LIV корпусом, возглавил группу Хильперт, которой был также подчинен XXVI корпус, чтобы под единым командованием вести бой в «бутылочном горле».

17 января согласно приказу были сданы выдвинутые вперед позиции 284 фенадерского полка у леса Шайдиса, чтобы выпрямить линию фронта между Поселком № 6 и Городком. 24 января восточный фланг «бутылочного горла» обороняли 223 и 1 пехотные дивизии. По обе стороны Синявинской высоты и до Невы от Городка до Отрадного держались многократно перемешанные внутри своих соединений вплоть до батальонов и рот 61 дивизия, полицейская дивизия СС, 28 легкопехотная дивизия, 170, 227 и 96 пехотные дивизии и 5 горно-егерская дивизия, а также 11 батальон 269 полка испанской дивизии.

Таким образом, 18 армия ввела в бой девять дивизий, а остальные шестнадцать обороняли растянутые фронты от Новгорода до Погостья, а также под Ленинградом и Ораниенбаумом. Из них до конца января в бой за Синявино были брошены еще 11 и 21 дивизии, так что соотношение составило 11:14. Риск такого распределения сил был очень велик, но при общем напряженном положении — в конце января пал Сталинград — на получение резервов рассчитывать не приходилось.

Полки, входящие в состав девяти названных дивизий, по численности были равны лишь слабым батальонам; потери офицерского состава были очень высоки, и каждый день сокращал силы. И тем не менее истекающие кровью соединения держались. Саперные батальоны, стрелковые роты, составленные из артиллеристов, связистов и истребителей танков, а также зенитчиков ВВС, заменяли выбывших пехотинцев.

Русские снова и снова атаковали, но позиции на «Носу Венглера», на Синявинской высоте, у Поселка № 6, на Бирманской дороге, у больницы и у электростанции Городок, а также у плацдарма Дубровка держались.

В конце месяца советское командование перегруппировало свои силы. На востоке 8 армия под сковывающими ее атаками перешла к обороне, 2 ударная армия должна была штурмовать Синявинскую высоту, а 67 армия рядом с ней между высотой и Невой — пробиваться на Мустолово.

29 января под уничтожающим огнем началось новое наступление. При поддержке множества самолетов-штурмовиков и крупных сил танков несущие смерть цепи атакующих поднимались из торфяного болота на высоту 43,3. 35 батальонов в течение 10 дней штурмовали Синявинскую высоту на участке шириною 2,5 км. Обороняющиеся, засевшие в ее снежных сугробах и воронках, держались, снова и снова отбрасывая атакующего противника назад в торфяное болото. Потери наступавших были необычайно высоки.

В возобновившихся 12–23 февраля атаках волнам наступающих не раз удавалось добраться до самой вершины и до развалин церкви, но контратаки 11 дивизии снова отбрасывали их назад. В некоторые из этих февральских дней напряжение достигало предела, но солдаты Восточной Пруссии держались так же стойко, как и их соседи слева — силезские стрелки легкопехотной дивизии. В ночных атаках у Городка 15–17 февраля противник отбил выдвинутый вперед выступ линии обороны*, чтобы сократить линию фронта, но тем захваченная русскими территория в районе «бутылочного горла» и ограничилась.

Теперь сражение вступило во вторую фазу. Пока Синявинская высота все еще приковывала к себе внимание и силы немецкого командования, русские начали свое первое наступление на флангах с целью окружения по сходящимся направлениям, чтобы южнее, минуя Мгу с востока и с запада, прорваться сквозь занятые незначительными силами немецкие позиции и отрезать участки фронта севернее Мги, где шли ожесточенные бои.

10—23 февраля из котла Погостье южнее Виняголово у Клостердорфа перешли в наступление четыре дивизии, три бригады и две танковые бригады. Одновременно навстречу им из Колпина на Красный Бор в наступление перешли семь дивизий, пять бригад и три танковые бригады.

Таким образом, возникли новые очаги серьезных кризисов, в то время как армия уже не располагала никакими свежими силами. Пришлось опять прибегнуть к чрезвычайным мероприятиям. Было собрано буквально все, до последнего человека. В бой спешно бросили боевые группы, организованные из разных дивизий, измотанных и находящихся на переформировании батальонов. Между Клостердорфом и Смердыней частям 96, 121 и 217 дивизий удалось восстановить участок прорыва и отбить у противника часть захваченной им незначительной территории.

Всю тяжесть удара в районе Красного Бора приняла на себя 250 (исп.) дивизия. 10 февраля русские после мощной огневой подготовки перешли в наступление по обе стороны Колпина. Испанцы упорно оборонялись и понесли тяжелые потери, особенно в офицерском составе. Значительно осложнила оборону испанцев недостаточность их противотанкового оружия для борьбы с вражескими танками. Поэтому не удалось предотвратить потерю населенного пункта Красный Бор и местности у р. Ижора на глубину около 3 км.

Контрудар частей 212 пехотной дивизии остановил продвижение противника. 24 дивизия была снята со среднего течения Волхова и вместе с частями 215 дивизии приняла здесь участие в обороне и в контратаках. Русские, несмотря на большие потери убитыми и ранеными, не смогли добиться дальнейшего захвата территории.