Полковнику Фишеру из 126 пехотной дивизии, которая уже должна была отправить свой мотопехотный батальон в район Ораниенбаумского котла, пришлось передать свои последние резервы — II батальон 422 гренадерского полка (капитан Хогребе) и составленный из трех отдельных рот батальон под командованием капитана Грюна — в распоряжение 170 пехотной дивизии. Мотопехота и другие части 215 дивизии тоже были брошены в адский котел на участке 170 дивизии. 24 дивизия своим I батальоном 32 гренадерского полка переняла правый фланг 390 полка, чтобы освободить там силы. Мотопехота и саперы 11 и 215 дивизий, 938 охранный батальон, стрелковые роты артиллерийских частей и сводные подразделения уже в первые дни были брошены в бой, чтобы закрыть прорыв. Таким образом, соединения снова начали перемешиваться. До тех пор, пока не была достигнута Нарвская оборонительная полоса, это препятствовало нормальной организации войск, чрезвычайно затрудняя действия командования и снабжение. То, что эти беспорядочно перемешанные соединения продолжали подчиняться чужим командирам, доказывает их высочайшую храбрость и верность долгу. Солдаты всех воинских званий держались, сражались и погибали, исполняя свой тяжкий долг.
На рассвете 16 января ураганный огонь из всех стволов возвестил начало нового боя. Главный удар противника опять пришелся на 170 дивизию и на северный фланг 215 дивизии — 380 гренадерский полк. Артиллерийские наблюдатели доложили о приближении резервов противника, которые движутся колоннами численностью от 4 до 5 тыс. человек с 80—100 танками, но все еще остаются вне пределов досягаемости немецкой артиллерии. Советские передовые части прорвались до восточной окраины Красного Села. 61 дивизии пришлось передать свой 151 гренадерский полк 170 дивизии, повернув его фронтом на восток. Своими главными силами, фронтом на запад и северо-запад, она сражалась в полосе обороны 10 авиаполевой дивизии у Ораниенбаумского котла. Уже в первые дни она потеряла командира своего 162 полка полковника Бёзенберга и командиров двух других полков — 151 и 175.
За каждую деревню и каждую высоту шла ожесточенная борьба, подходившие танки расстреливались, а те, которым удалось прорваться, выводились из строя в ближнем бою или огнем артиллерийских орудий, противотанковых пушек и зенитных пулеметов калибра 8,8 мм. Чтобы поддержать поколебленный фронт, командованию приходилось все время прибегать к чрезвычайным мерам, ибо дивизии еще стояли на Волхове, у котла Погостье и на Мгинской дуге, а прорывы западнее Новгорода и южнее Ленинграда угрожали их тыловым коммуникациям.
11 дивизия была спешно снята со своих зимних позиций и отдельными полками брошена в бой за Пушкин и Красное Село. Отдельные батальоны и роты, транспортные и сводные подразделения сражались в разных местах в составе чужих дивизий.
Во время этих боев северные фланги 126 пехотной и 9 авиаполевой дивизии все еще стояли у Финского залива между Урицком и Ораниенбаумским плацдармом, причем пути их отхода находились под серьезной угрозой. 215 дивизия еще удерживала Пушкин. Лишь в ночь с 18 на 19 января был получен приказ отходить, что в условиях все более сужавшегося коридора было сопряжено со значительными трудностями. Большое количество ценной боевой техники, в том числе тяжелой осадной артиллерии, пришлось взорвать и бросить.
В тот самый день, когда немецкие войска оставили развалины Новгорода, артиллерийские наблюдатели снялись с последних высот, откуда можно было видеть городские башни, заводские трубы и портовые краны и вести огонь по крепости Ленинград. Советский Ленинградский фронт восстановил наземную связь с Ораниенбаумским котлом на глубину 20 км. 900 дней борьбы за Ленинград несомненно близились к концу.
Внутренним флангам L корпуса и III корпуса СС пришлось отойти на юг, 170 и 126 дивизии оставили Красное Село. 11 дивизия сражалась восточнее Красногвардейска, 61 дивизия — западнее Кипени в неустойчивом соприкосновении с 10 авиаполевой дивизией. В ночь с 19 на 20 января уже окруженной 126 дивизии вместе с частями 9 авиаполевой дивизии и другими разрозненными частями во главе с решительным и энергичным полковником Фишером удалось прорваться на юг.
Погода в эти дни была неустойчивой, мороз и оттепель, снег и слякоть сменяли друг друга. Войска страдали от промокшей насквозь зимней обуви и одежды, от недостатка сна и горячей пищи и от неприспособленных убежищ. На дорогах застревали обозы, колонны автомобилей с ранеными, повозки беженцев из эвакуированных населенных пунктов, за которые шли бои. Многие из этих людей не хотели снова оказаться под властью большевиков. Днем над колоннами кружили советские истребители-бомбардировщики, ночью — «шоссейные вороны». Ничего подобного за все время их боев между Волховом и Ленинградом дивизиям Северного фронта еще не приходилось видеть. В тылу оборонительных позиций не обошлось без попыток бегства, а кое-где и паники. С быстротой молнии распространялись всевозможные слухи. Однако там, где руководство брали в руки энергичные начальники колонн, удавалось поддерживать порядок и ликвидировать пробки.
После того как на южном краю котла Погостье противник атаковал 121 дивизию, части 18 армии, дислоцировавшиеся между Волховом и Невой в период с 20 до 22 января, не встречая серьезных помех со стороны противника, начали согласно приказу отходить на позицию «Автострада» севернее шоссе Чудово — Любань — Саблино. Оставаться у котла Погостье и на Мгинской дуге уже не было смысла. Кроме того, командование хотело высвободить дополнительные силы.
К вечеру 22 января в районе действий 18 армии сложилась следующая обстановка:
На южном фланге XXVIII корпуса, в 18 км западнее Новгорода, сражалась боевая группа Шпет. В лишенном дорог Долговском болоте в 20 км северо-западнее Новгорода положение было неясным. Боевая группа Шульдт (28 легкопехотная дивизия) повернула свой южный фланг назад, западнее болот в районе Замошье, то есть приблизительно по линии фронта русского Волховского котла.
Полицейская дивизия СС, высвободившаяся в результате сокращения фронта, двинулась в походном строю из района Чудово — Бабино по заснеженным дорогам в юго-западном направлении на Оредеж, в подчинение XXXVIII корпусу.
В районе действий XXVIII корпуса 13 авиаполевая дивизия и 21 пехотная дивизия еще стояли на Волхове восточнее Чудова. Левый фланг 21 дивизии, 12 авиаполевая дивизия и 121, а также 212 и 24 пехотные дивизии (без 102 гренадерского полка) заняли позицию «Автострада» приблизительно в 5—10 км перед шоссе Чудово — Саблино. Тем самым был оставлен весь район Виняголово, Карбуссель, Синявино, Мга, Отрадное, за который велись ожесточенные бои.
225 и 227 дивизии были сняты с фронта и спешно направлены на запад к Красногвардейску и западнее его, где опасность с каждым часом возрастала, ибо русские в отдельных местах уже подошли к шоссе и к железной дороге Красногвардейск — Волосово.
В районе действий LIV корпуса в южной части Ленинградского фронта 24 дивизия, а также правый флан и центр 215 дивизии еще удерживали старую позици на восточной окраине Саблина, южнее Красного Бор~ и севернее Пушкина.
11 дивизия вернулась в район севернее Красногвар дейска, где также вела бои боевая группа Гризбах (170 дивизия). Здесь сплошная линия фронта заканчивалась, одиночные боевые группы 126 и 61 дивизий, разделенные незанятыми участками, противостояли сильному натиску противника, упорно удерживая населенные пун кты, леса и господствующие высоты. Основные силы 170 дивизии западнее Волосова с боями пробивались обратно на Ямбург и Нарву. 9 и 10 авиаполевые дивизии уже частично утратили боеспособность, причел виной этому были не храбрые солдаты, а нецелесообразная организация и подготовка этих соединений.
23 января противник достиг шоссе и железной дорог Красногвардейск — Волосово. Тем самым отходящий немецкий Ленинградский фронт был здесь прорван и лишился района с наилучшей сетью дорог Восток — Запад.
Как и прежде, одна из горячих точек находилась западнее Новгорода. Там противник наступал также и южнее города и на северном фланге 16 армии достиг Шимска у западной оконечности оз. Ильмень. Вследствие этого между обеими армиями образовался опасный разрыв, который вызвал у командования Группой армий «Север» большую озабоченность. Другая горячая точка находилась в районе боев за железную дорогу и шоссе Красногвардейск — Волосово — Ямбург. На обеих дорогах сражались уже не полносоставные дивизии, а боевые группы из перемешанных соединений, что значительно затрудняло единое командование.