- Выходит, все военные у нас - богачи ?

- Да ладно тебе,- отмахнулся барон.- Богачи те, кто занимает высокие посты или в силу должностного положения находится при кормушке. А простые служаки - офицеры, а тем более солдаты - едва сводят концы с концами.

- А вы...

- А что я ?!- крикнул барон.- Ты не забыл тех событий, в результате которых мы заняли свои сегодняшние посты ? После этого, вникнув в дела и столкнувшись с Системой, я ужаснулся. Признаться, хотел даже писать рапорт об отставке, но потом что-то во мне взыграло. Ещё бы, вооружённых бунтовщиков не испугался, а перед какими-то ворами спасую ? Я решил схватиться с Системой и развалить её. Да только силёнок не хватило. Я боролся вовсю: наказывал, увольнял, назначал новых людей, переформировывал подразделения. А Система крепла. Через некоторое время мне предложили в неё влиться. Нет, ты не думай, я согласился далеко не сразу. Но в итоге... Слушай, а как ты думаешь, знает ли о Системе его величество ?

- Да конечно знает,- незамедлительно ответил я.- Не с Луны же оно свалилось, величество это.

- Вот именно,- мрачно заметил военный министр.- И получилось так, что я воюю против хорошо отлаженного механизма. Затем выяснилось следующее: его величество не очень-то доволен моими действиями. Оказалось также, что Система не замыкается сама на себя, а имеет выходы на другие министерства. И я сдался.

Барон налил ещё вина.

- Ты вот никак не можешь понять, зачем я тебя позвал. А дело вот в чём: завтрашний смотр поставит на мне крест. Будет большим счастьем, если его величество просто выгонит меня в отставку. Помочь мне уже никто не в состоянии. И в этот последний вечер на посту военного министра я вдруг захотел поговорить с кем-то по душам за бутылкой хорошего вина. Тут-то и выяснилось, что разговаривать мне совершенно не с кем. Потому-то я и распорядился позвать тебя - самого большого своего врага. Спасибо за то, что пришёл.

Мои щёки и уши пылали от прилива разгорячённой вином крови. Я смотрел на военного министра и, если не симпатизировал ему, то уж сочувствовал безмерно. По сути дела он - просто несчастный человек, запутавшийся в паутине преступной системы. Завтра я обязательно пойду на смотр и заступлюсь за него перед Франки.

Мы закурили. Барон некоторое время тихо пыхтел трубкой, пуская в потолок дымовые кольца, а затем заговорил снова:

- Да не боюсь я этого смотра. Пожил в своё удовольствие - уступи место другому. Самое смешное не в этом. Конечно, завтра его величество придёт в ярость и вряд ли будет милосердным или хотя бы справедливым. Самое смешное в том, что уничтожив меня, король ничего не добьётся.

Барон вдруг резко перегнулся через стол, приблизив ко мне своё лицо, исчерченное багровыми прожилками, и рявкнул:

- Ни хрена не изменится, понимаешь ?! В кресло военного министра сядет кто-то из моих заместителей. И Система продолжит процветать. Ты как думаешь, война будет ?

- Не знаю, господин барон. А вы считаете, что нам бы не помешала встряска войной?

- Системе не повредит ничего,- ответил мой собеседник, усаживаясь на место.- Она всплывёт при любом раскладе.

- Неужели с ней совершенно невозможно справиться ?

- Я много об этом думал. Одному человеку - нет. Главное - чтобы его величество этого захотел. И нужных людей нашёл.

- А есть они ?

- Да конечно есть ! Ты не улыбайся так, я не себя имел в виду. Как ни странно это звучит, но в нашей армии имеются военные, занимающие довольно приличные посты, но при этом не крадущие государственных средств и не берущие взяток. Вот, например.

Барон, не вставая, дотянулся до сейфа и выудил из него лист бумаги.

- Рапорт об отставке некоего полковника Ивара, командующего гарнизоном крепости на окраине. Пожалуй, это единственное наше укрепление, способное в любой момент отразить нападение врага. С подобными людьми Система ужиться не может, а посему ей понадобилось этого полковника сожрать. К нему прислали комиссию из министерства. По большому счёту в его крепости всё в порядке, но ведь придраться всегда к чему-то можно. А у тех парней из министерства имелся чёткий приказ: нарыть как можно больше нарушений и недостатков. Знали, кому поручить. Ребята подобрались опытные, накопали целую кучу всякой всячины. Ивару объявили взыскание, да в такой форме, что он озверел и накатал рапорт об отставке. Вот, пишет, что не может более мириться с порядками, царящими в нашей армии.

- Сюда вытащить этого полковника никак не получится ?

Барон покачал головой.

- Завтра у нас будет новый военный министр, а уж он-то точно волынить не станет. Подпишет этот рапорт - и дело с концом.

Барон разлил по стаканам остатки вина. Я сидел на своём месте ошеломлённый и даже где-то растерянный. Мне и в голову не приходило, что наши дела обстоят столь плачевно.

- Послушайте, барон, а не лучше ли вам завтра утром, не доводя дело до смотра, повиниться перед его величеством ? Попросите у него срок для наведения порядка в армии, отдайте под суд всех, кто причастен к существованию системы...

- Никакого срока он мне не даст,- перебил барон.- Ты и сам это прекрасно понимаешь.

Я вспомнил, как подёргивалось веко у Франки после приёма посла Неммардии. Похоже, военный министр прав: король будет махать шашкой и рубить головы, даже зная наперёд о том, что это ничего ему не даст.

- Господин барон, давайте я пошлю за вином.

- Зачем ?

- Напьёмся. Хуже всё равно не будет.

- Нет,- ответил барон Гроссир.- Я лучше, пока со мной ничего не случилось, навещу свою двоюродную сестру. Она у меня единственная родственница. Мудрая женщина, всегда такие хорошие советы давала. Вот если б я их ещё слушал...

Он поднялся на ноги, дав понять, что аудиенция окончена. Я тоже встал.

- Благодарю тебя за то, что ты пришёл. Мне даже на душе легче стало после нашего разговора.

- Барон, я сегодня узнал вас с совершенно другой стороны, чем раньше, и теперь беру назад все те колкости, которые вам говорил.

- Да ладно, чего уж там. Удачи тебе.

- И вам, барон.

Губы военного министра искривила невесёлая усмешка - он в свою удачу не верил. Мы раскланялись; я вышел в коридор.

Адъютанта у двери не было, не стояла около неё и охрана. Я медленно шёл по коридору, думая о разговоре с военным министром. Нет, во что бы то ни стало, завтра надо будет разобраться с Франки. Я ему покажу Систему !

В свой кабинет мне идти не хотелось. Я отправился к дежурному офицеру, маявшемуся от скуки у выхода из дворца, чтобы покурить да поболтать о том, о сём.

- Что-то долго нет барона Гроссира,- заметил я, окончив прения по обсуждению недостатков и достоинств некоторых фрейлин королевы.

- А должен быть ?- поинтересовался офицер.

- Собирался.

Дежурный офицер подтянул ремень и мельком глянул на свои отливавшие глянцем сапоги.

Мы поговорили с ним ещё. Барон всё не появлялся. Мной вдруг снова овладело тревожное чувство.

- Послушай-ка,- сказал я дежурному офицеру.- А ну дай мне адресную книгу.

Имелся у него такой журнал, куда записывались адреса родственников всех министров и прочих царедворцев с должностями. Офицер протянул мне его. Я отыскал нужную страницу, озаглавленную: "Барон Гроссир, военный министр" и обнаружил на ней единственную строку, содержавшую имя и адрес его двоюродной сестры, которую он собирался навестить после беседы со мной.

Но имелась нестыковочка: всё это было перечёркнуто жирной чертой, сбоку стояла отметка: "ум".

- Не понял,- сказал я, холодея от дурных предчувствий.- Что значит вот это "ум" ? Умотала ?

- Умерла,- поправил офицер, бросив взгляд на открытую страницу.

Я швырнул журнал на пол и помчался по дворцовой лестнице, перепрыгивая через три ступеньки. Массивная дверь в кабинет военного министра оказалась запертой, а на мой стук никто не ответил.

Я кликнул на помощь двух гвардейцев из охраны и быстренько объяснил им суть дела, после чего мы дружно вышибли дверь.

Барон Гроссир обмяк в своём кресле, бессильно свесив голову набок и невидящими глазами глядя прямо перед собой. На рапорте об отставке полковника Ивара стоял маленький флакончик, на дне которого осталось немного маслянистой жидкости.