И зеленые сигналы на щите пульта управления сияют сегодня, как еще никогда не сияли. Потому что… я жду…

Джеральд Коллен совершает патрульный полет с водородной бомбой. "Может быть, в небе Ливерпуля, где живет мой английский друг, может быть, в другом месте — где-то во Франции, Германии…

Я не могу прочитать мысли полковника Коллена — в эту минуту он далеко от меня, а лучи радаров бессильны проникнуть в черепную коробку. Я не могу прочесть мысли Коллена, но я их хорошо знаю… И если на моем табло вспыхнет красный сигнал, то это значит: полковник Коллен сошел с внутренней трассы и взял курс на восток, на меня, на мою страну…

Тогда… Что будет тогда?

Я не тороплюсь с ответом на этот вопрос, прочтите сначала письмо из Ливерпуля.

ПИСЬМО РОБИНСОНА ИЗ ЛИВЕРПУЛЯ

«Мой дорогой друг!

О… том, что случилось с полковником Джеральдом Колленом после того, как он «протрезвился» в сумасшедшем доме, вы уже знаете. В американских ВВС его встретили с подобающими почестями, а на их английских атомных базах закатили даже торжественный банкет. Какие речи там произносились, — я не знаю, однако мне хорошо известно, что один из первых патрулей с водородными «суперами» возглавлял именно он… Еще бы, атомный ас, «ходил» на Хиросиму…

Вообще, культ атомной бомбы в США, особенно среди военных, по-прежнему очень высок. Все время стараются ее позолотить, выдать за чистоган, то есть поставить на один пьедестал вместе с долларом и совестью. Что только для этого не делается! С самым серьезным видом, например, до сих пор утверждается, что атомная бомба сломила сопротивление Японии. Передо мной популярная книга А. Брофи «Военно-воздушные силы США». Полюбуйтесь, что там написано: «Первую атомную бомбу, примененную в ходе боевых действий, сбросил на Хиросиму в 8 час. 15 мин. утра полковник Пол Тиббетс, пилотировавший ведущий самолет». (Кстати, запомните эту фамилию.) Продолжаю цитировать: «Город фактически был уничтожен; в результате бомбардировки и вспыхнувших пожаров, продолжавшихся неделю, погибло более 150 000 человек… У противника не было больше ни воли, ни средств, чтобы продолжать сопротивление, и 14 августа 1945 года величайшая война в истории окончилась…»

Вот вам и фальсификация, тонко рассчитанная на патриотические чувства рядовых американцев. В самом деле, война в их сознании связана с предательским нападением японской военщины на Пирл-Харбор. А с Японией, видите ли, было покончено при помощи атомной бомбы. Следовательно, эта игрушка возводится чуть ли не в ранг святых, становится чем-то вроде реликвии… Немудрено, что и с «вашим» Колленом носятся, как с писаной торбой.

Кстати, о прабабушке нынешних «суперов», о первой атомной бомбе, открывшей «новый век атомной войны», военные и по сей день вспоминают с чувством благоговения. Да только ли военные… Послушайте экс-президента США господина Трумэна. Совсем недавно он заявил во всеуслышание, что атомная бомбардировка японских городов в минувшей войне была «необходима для будущего благоденствия Японии и союзников». А выступая в феврале 1958 года по телевидению и вспомнив Хиросиму, он добавил: «я не чувствую угрызений совести». Я взял в кавычки не только изложение мысли, но и подлинные слова бывшего президента США. Что же касается бомбопоклонников, то, воспользовавшись печальной годовщиной уничтожения Хиросимы, они, основательно порывшись в памяти, описали во всех тонкостях свой зловещий поход.

Это описание, опубликованное в американской прессе, я вкратце здесь передам, думаю, оно вам пригодится, и прежде всего как документ[2].

Итак, представьте себе раннее утро. С календаря срывается очередной листок, и наступает 4 августа 1945 года. На одном из островов, где базируются «летающие крепости» Б-29, в кабинете полковника Пола В. Тиббетса собираются заговорщики. (Несколькими строками выше фамилию Тиббетса я просил вас запомнить.) Этот человек уже отмечен историей. Под его командованием был совершен богохульный рейд на Хиросиму, злодейский, позорный рейд, который, однако, прикрывается в США самыми различными псевдонимами. Судите сами: о бомбовозе, с которого была проведена атомная бомбардировка, пишут, например, так: «12 лет назад экипаж самолета «Энола Гей» выполнил важнейшую миссию военной истории».

Возвращаюсь к заговорщикам. Среди них, помимо полковника Тиббетса, находились его коллеги с еще двух «летающих крепостей», вторые пилоты, несколько ученых-физиков, а также капитан Вильям С. Парсонс. Его тоже особо отметила история. Адский заряд он собственноручно «спустил» на Хиросиму.

Полковник Тиббетс был на этот раз не очень разговорчив. Вместо него заговорил фильм. На экране промелькнули кадры испытательного взрыва атомной бомбы, взрыва без жертв, взрыва-репетиции, которая была проведена всего лишь за тринадцать дней до премьеры. Надо думать, что те, кто собрался у Тиббетса, были первыми зрителями этого фильма, людьми бывалыми и ко всему готовыми.

Но в качестве зрителей фильма, где главным героем было грибовидное облако, даже эти люди были, вероятно, подавлены. Об этом свидетельствует подтекст рассказа.

Итак, будьте внимательны, цитирую дословно: «После просмотра фильма полковник сказал, что взрыв одной бомбы равен по силе взрыву 20 тысяч тонн тротила.

— Командование считает, что эта бомба ускорит окончание войны, — добавил он».

По-видимому, нужно было найти оправдание даже у тех, на кого можно было положиться. Да, да, оправдание… Если бы слушатели Тиббетса были его двойниками, его тенью, кибернетическим повторением, то не было бы нужды перевоплощаться в проповедника и заранее отпускать грехи. Когда гангстер бьет вас наотмашь, он не теряет времени на извинения. Но люди — не дождевые капли, у людей могут быть разные сердца, даже у вышколенных людей, таких, которые окружали Тиббетса.

Конечно, Джеральду Коллену не нужно было бы говорить, что атомная бомба ускорит окончание войны. Полковник Коллен без слов понял бы полковника Тиббетса… Кстати, Коллена не было на совещании. Вероятно, он не нуждался в инструктаже. Не было его и среди экипажа флагманского самолета. Надо думать, что он находился на борту одного из двух Б-29, сопровождавших машину Тиббетса».

* * *

Стоп…

Я хочу напомнить о себе. Тем более, что у меня долг перед читателем. Помните, я обещал сказать, что будет, если Джеральд Коллен сойдет с внутренней трассы и возьмет курс на восток?

Тогда все происходит очень просто. На моем табло зажигается красный свет, и вступает в строй инструмент «кнопочной войны». Я произвожу несложное движение, которое дублируется всеми постами сектора «молниеносного ответа». И тогда…

Видите, я опять не договариваю, хотя читатели уже обо всем догадались. Мне очень трудно произнести все слова до конца. Мысль, в них воплощенная, отвратительна мне…

Как на спортивных соревнованиях, я хочу взять еще один минутный перерыв, а пока снова предоставить слово моему другу Робинсону.

ПРОДОЛЖЕНИЕ ПИСЬМА РОБИНСОНА ИЗ ЛИВЕРПУЛЯ

"Вы знаете, кто больше всех взволновался после просмотра фильма об атомной бомбе? Капитан Парсонс — тот, кто через несколько часов швырнет ее за борт самолета. Может быть, кинофильм вызвал у него душевный трепет, ведь кому-кому, а Парсонсу нетрудно было теперь представить будущее Хиросимы.

Не будем сентиментальными, мой друг! Все дело в том, что Парсонс вспомнил об авариях с самолетами Б-29. Их было несколько на этой неделе. Сильно перегруженные, бомбовозы разбивались на взлете. А что если нечто подобное случится с «Энолой Гей»? Брр… Помолимся богу!

…Вы знаете, они молились… Послушайте, я снова цитирую:

«5 августа 1945 года, 23 ч. 30 мин. Богослужение в эту ночь ничем не отличалось от других молебнов перед боевыми вылетами, но нам оно казалось особенным. Может быть, потому, что почти все летчики 15 экипажей были здесь.

вернуться

2

По-видимому, речь идет о статье «Как мы сбросили атомную бомбу», опубликованной в августовском номере американского журнала «Populare Science» за 1953 год (Редакция).


Перейти на страницу:
Изменить размер шрифта: