Она улыбнулась Кристиану и отвернулась.

– Котята, мам. Нет, ты дослушай! Они не просто хорошие. Нет. Всё я понимаю. Один похож на нашего Мурыча. Очень похож. Всего двое. А что рыбки, мам… Рыбку не погладишь. Я всё равно их принесу. Да, вот так. Глупости! Почему сразу вредина? Как это не слушаюсь? Сама такая! В общем, всё решено. Ну пока, мам. Я тебя люблю.

Она поглядела на Кристиана.

– Возьмём их с радостью!..

…Ин Че знал, что Ката будет как всегда переживать за него, но Олан всё уладил.

– Отпусти брата размять крылья, – сказал он.

– Только обещай, что не будешь летать высоко, ладно? – жалостливо попросила она.

– Ката, я уже не маленький. Я буду летать, как нужно. К тому же ты хоть раз видела, чтобы птица разбивалась из-за собственной неуклюжести?

– А я не сказала, что ты неуклюжий, – ответил она. – Я волнуюсь и…

– Олан, убери мою сестру куда-нибудь подальше, – рассмеялся Ин Че.

Олан весело кивнул и, взвалив Кату на плечо, унёс в дом.

– Оденься потеплее! – успела вякнуть девушка, прежде чем закрылась дверь.

Ин Че покачал головой и незамедлительно шагнул в Промежуток.

Который день сердце его трепетало. Пробуя крылья, он учился летать внутри себя. Ин Че знал, что его жизнь началась в тот миг, когда он ощутил небо. Впервые он сел за штурвал самолёта мальчишкой. Это случилось на празднике, и добросердечный пилот позволил ему посидеть на своём месте. Когда пальцы его коснулись небесного руля, Ин Че понял, что станет лётчиком. А потом, спустя несколько лет, когда он уже учился в лётной школе, он и узнал, что болен. Сонную болезнь лечили, но таких денег в их семье отродясь не водилось. Мама работала в поте лица, откладывая каждый грошик, отец трудился на Торре. Ката училась в академии искусств, но вскоре вынуждена была бросить её из-за нехватки денег.

Впервые он уснул, когда ему было семнадцать. Для него такие отключки были мгновенными, он не видел снов и ничего не чувствовал. Он мог проспать неделю и, очнувшись, даже не захотеть есть. А потом умерла мама, и Ин Че принял единственное верное решение: купить самолёт. Он нуждался в нём, к тому же трюкачам неплохо платили. Он летал и днём, и ночью, и не уставал от этого. Однажды вечером они сидели в гостиной и разговаривали, и Ката предложила накопить денег на билет до Торра. К тому времени их отец уже числился пропавшим без вести. Торра была также благоприятна для жизни, как и опасна. Красивый кусок земли, который каждый хотел заграбастать для себя.

Ради этой безумной мечты Ин Че готов был на всё. Ката работала в театре, он летал. Деньги понемногу накапливались, но много ли накопишь, когда за дом дерут в три шкуры? И они переехали к Солёному лесу. Теперь Ин Че понимал, какую глупость они тогда совершили. Стремясь поскорее отбыть восвояси, они потратили много денег и рискнули здоровьем. Ему было не страшно за себя, он боялся за Кату, но боялся издалека. Строить планы на будущее было приятно и радостно, даже несмотря на то, что иногда он засыпал. Время шло, и ему предложили контракт с одной из ведущих лётных команд. Он отказался, предпочтя выступать на том празднике независимо от других. В первый же день Ин Че заработал приличную сумму. Всё шло прекрасно, Ката радовалась, он тоже. А потом темнота застала его прямо в небе…

В каждом мире было своё небо. Оно пахло и чувствовалось по-разному. Ин Че нравилось смотреть на непохожие миры с высоты птичьего полёта. Прежде он не видел столько прекрасных мест! Он перемещался и летал, летал и перемещался, и только потом до него дошло, что теперь они с Катой могут с лёгкостью попасть на Торру и попытаться разыскать отца. Однако девушка была поглощена любовью, она была счастлива с Оланом, и Ин Че решил всё проделать самостоятельно и преподнести сестре сюрприз. Она любила сюрпризы.

Правда, ему пришлось-таки прийти к Кёртису и попросить его сделать побольше денег и прочей вещевой дребедени. С Кёртисом был и Анут – новообретённый друг с Атории. И именно в тот момент, когда Кёртис колдовал над удобным рюкзаком, некстати появились Олан и Ката. Ката не была скандалисткой, но она прямо заявила брату, что хочет пойти с ним. В конечном итоге они отправились на Торру впятером, но прежде этого Кёртис сделал для них самолёт.

Это была удивительный самолёт. Он мог садиться как на воду, так и на землю, работал бесшумно, летал быстро и выглядел превосходно. Ин Че, который поначалу расстроился, что не удастся предпринять это путешествие в одиночку, теперь был только рад большой компании. У них с Катой не было друзей, только они сами. Правда и друг на друга им не хватало времени. Работа, постоянная и безжалостная, хотя он с радостной готовностью летал до упомрачения. Теперь времени было столько, сколько вмещала счастливая душа свободного в своих мечтах человека.

Они приземлились в привычном Ин Че месте – на ровном поле близ Солёного леса.

– Отсюда отправимся на Торру, – сказал он товарищам. Он был рад, что среди них одна лишь Ката не умела летать – ни в прямом, ни в переносном смысле. Четыре мужчины, два из которых опытные пилоты, другой – и пилот и птица в одном лице, а третий – просто птица. А раз так, значит, Кату они общими усилиями сберегут. Правда, пока что Олану удавалось делать это в одиночку…

Ин Че успел привязаться к ним обоим. Олан был прямолинеен и строг, Кёртис – открыт и добродушен. Ин Че чувствовал их друзьями, а он всегда мечтал найти друзей… Мечты сбывались одна за другой, и он, счастливый, глотал их, принимал в себя.

Они поднялись в небо, и вскоре Ин Че передал управление Кёртису, а сам сел к Ануту играть в карты. Ката болтала с Оланом, все были довольны.

Перелёт через пустыню Ин Че не пугал. В их мире вместо океанов едва теплились хилые моря, вместо рек тонкими змейками вились ручьи. Вода была ценным ресурсом. Материк Торра был знаменит тем, что находился за грязевыми лесами и Пустыней Огня, и туда можно было добраться только по воздуху. И там имелась вода, много воды. Чудесный край, доступный для избранных или для тех, кто не боится тяжёлой работы. Таких, как их с Катой отец.

Конечно, перед тем как взлететь, они купили пропуски. Когда-то желанный, теперь этот документ выглядел для Ин Че не более чем куском бумаги. Он сунул его в карман куртки и забыл про него.

– Эта Торра, – сказал Олан, – почему её называют материком? У вас же здесь нет океанов.

– Вместо океанов у нас пустыни, – ответил Ин Че. – Всё, что окружено ими с четырёх сторон – это материки, просто не такие, к каким вы привыкли.

– Да уж, – сказал Олан. – Жизнь без воды для меня была бы ужасной.

– Она такой и была, – сказала Ката. – Но мы не замечали этого, просто жили.

– И что же там? – полюбопытствовал Анут.

– Говорят, там красиво, – сказал Ин Че. – Но мы точно не знаем.

– И небезопасно, – добавила Ката.

– Угу, – кивнул Олан. – Мне уже нравится наше путешествие.

Ближе к вечеру управление взял Олан, а остальные, включая Кату, уснули.

Ин Че проснулся от лёгкого толчка, словно кто-то по-дружески пихнул самолёт в плечо.

– Олан?

– Знаю, – ответил тот. – Это ветер.

– Интересный ветер, – пробормотал Кёртис.

– Я не хочу показаться недалёким, но меня одного удивляет, что земля светится? – сказал Анут.

– Она и правда светится, и уже давно, – сказал Олан. – Эта пустыня, она не опасна?

– Если упадём вниз – тогда станет опасна, – ответил Ин Че. – Внизу не песок, а нечто… У нас его называют «звёздной землёй».

– Название романтическое, – улыбнулся Олан.

– Если мы туда плюхнемся – нам крышка, – сказал Ин Че.

– Странный ветер, – повторил Кёртис.

– А что будет? Нас засосёт? Расплавит? Расчленит? Расплющит? – начал перебирать Олан.

– Скорее расплавит, – сказала Ката. – Точно никто не знает, но, сев, назад уже не поднимешься.

– И многие так сгинули? – спросил Олан.

– Многие, – кивнула Ката.