В банном пушистом халате и с вымытыми волосами она, понятное дело, казалась неотразимой – сама свежесть и воплощённая сексапильность. Но…

Но КАК она могла войти, пройти мимо жены, и двигать табурет так, что Ксения, отличавшаяся отличным слухом и зрением, не видела и не слышала ничего?!

Артём убедился, что его худшие подозрения подтверждаются: Юлию создала его память. Его мозг. Его… комплексы?

Поэтому она реальна только для него. Остальные и не увидят и не услышат созданный им божественно прекрасный и восхитительно юный Фантом…

Но как же табуретка?! Он же видит: её выдвинули, на неё сели…

– Милый! – голосок игривый и требовательный. – Будь добр, передай чашку!

Автоматически он передвинул третью чайную чашку, непонятно как оказавшуюся на столе… Юлия, словно бесплотность нисколько её не смущала, взяла чайник и налила себе половинку – так она любила всегда. А долила кипятком, встав к плите за большим чайником.

Ксения с удивлением взглянула на него – он уткнулся носом в столешницу и убрал руку со стола. Продолжил жевать сразу ставший безвкусным бутерброд, старательно избегая откровенно вызывающих взоров снова севшей Юлии. Но та и не думала сдаваться:

– Тёмушка! Ты не посмотришь: кажется, меня покусали комары!..

После чего халатик как бы сам собой распахнулся, и его взору предстали две самые соблазнительные и прекрасные ножки из всех, что ему довелось рассматривать и ощупывать!

Его мужское естество… отреагировало.

С непрожёванным куском во рту Артём вскочил из-за стола.

Стремительно выбежал из кухни в спальню, дожёвывая на ходу и срывая домашнюю майку. Подскочив к шкафу, он стал быстро одеваться. На вопрос супруги крикнул:

– Опаздываю! Забыл, что сегодня мне на десять минут раньше! Отчёт!

Невозмутимо вошедшая и вставшая в проёме, подперев косяк округлой частью спины Юлия, приподняла бровь:

– Вот как? А почему я про это ничего не знаю?! Сейчас пойду с тобой! Врать нехорошо! А особенно нехорошо врать любимой девушке и самому себе!..

Артём затравленно посмотрел на неё, буркнув как мог тихо:

– Солнышко моё! Умоляю: только не на работу! Дома – пожалуйста! Всё, что захочешь! Но на работу не надо!.. Прошу!..

– Н-ну… Ладно, противный мальчик! Останусь здесь. Посмотрю, как ты тут устроился, и что за корову взял в жены. Жаль её… Но ничего, я постараюсь облегчить её сложную и опасную жизнь с тобой!

Артём не нашёлся что ответить. Тем более как раз мимо Юлии в спальню прошла Ксения.

Странно: она легко миновала пространство, занимаемое халатом и выставленной пикантной ножкой, просто пройдя сквозь них. На Артёма жена смотрела… почти заботливо.

Видать, почуяла, что у пусть не любимого, но привычного супруга что-то не так…

– Ладно, беги уж, работничек, ценный кадр… Кавардак я наложила.

– Спасибо. – Артём закончил повязывать галстук и двинулся в прихожую, захватив со стола котелок. Котелок имел древнюю историю и оставался ещё с тех, счастливых времён военных сборов. Артём прихватил его на память почти сорок лет назад, да так и приспособился использовать… В каком-то плане котелок ностальгическим бальзамом напоминал о тех незабвенных, пусть глупых, но беззаботно-счастливых и наивных… Н-да.

По дороге на работу Артём обрёл способность снова мыслить почти логически.

Благо пешком до его КБ можно дойти за пятнадцать минут.

Что же с ним, в конце-то концов, происходит?!

Жена, это однозначно, Юлию не видит. А он видит. Мало того: видит, как она двигает табуретки. Чует её запах своим улучшившимся обонянием. Слышит мельчайшие нюансы интонации… И – в ванной, во всяком случае – осязал её так, как никогда прежде: Юлия чертовски реальна, и воплощена, если можно так сказать, в великолепнейшее тело!

Тело, пожалуй, даже получше, чем у той, реальной Юлии…

Да и некоторые приёмы… И ласки… Хм.

Может, не его память, а чёртово подсознание проецирует на фантом те черты, которые он мечтал, но так и не увидел в своей Первой?.. Что, если эта Юлия – для него живое и материальное воплощение настоящей МЕЧТЫ?!

Возможно ли такое?!! И… почему ЭТО произошло, и происходит именно с НИМ?!!

Неужели это – игры его разума, и он один такой, уникальный, смог воплотить себе на старости лет, ужасно, безумно (вот уж точно!) заманчивую вещь: любимое занятие, с любимой женщиной, и практически в любом месте и в любое время?!

– «Остановись, Тёма! – кричал кто-то маленький и насмерть перепуганный в его голове, Если переусердствуешь с этим в таком возрасте – инфаркт только и ждёт!!!»

Кроме того, беспокоить стала и жутковатая мысль: а ну, как Юлии удастся что-то сделать с Клавдией?! Она, конечно, нематериальна, и для других людей, похоже, бесплотна и невидима, но… Червячок сомнения копошился в душе всё сильней – даже когда он проходил через КПП с неизменными занудно-тоскливыми проверками и сканированием сетчатки…

Артём постарался взять себя в руки. Ему предстоял очередной насыщенный рабочий день. И действительно Отчёт.

Пока дошёл по длинному коридору до кабинета, это почти удалось.

Ключевое слово: «почти».

На утреннем разборе он не слишком смог сосредоточиться на том, что докладывали подчинённые. И кое-что переспросил, заметив, что вызвал недоумённые переглядывания у бестактной молодёжи, и сосредоточенно нахмуренные брови у ветеранш и ветеранов – таких в его Отделе пока большинство.

Это не могло не напрягать его самого. Он смутно знал – чуял всем нутром, как постепенно отдаляется… И не только от этих, в общем-то милых и по-своему добросовестных коллег… а и от остальных людей вообще: пенсионеров с неизбежным, как Апокалипсис, домино и пивом. От женщин с дурацкими обсуждениями сериалов и Халаховских скандалов в прямом эфире. От детишек, которые, если быть честным хоть перед самим собой, всегда раздражали своей тупостью и телефонами: словно нет вокруг Реальности, а вся она там, в маленькой коробочке!..

Он, как никогда, ощущал полную бессмысленность окружающего Мира. Никчёмность и мелочность почти всего, к чему так трудолюбиво и настойчиво стремится большинство окружающих людишек… Дом? Семья? Машина? Деньги?.. Какая чушь. Этого не заберёшь с собой ТУДА – туда, где кончается плебейское серое накопление, и начинается Жизнь Духа…

То есть то, что и отличает Человека от скота. Совершенствование Сознания и приобщение Души к сокровищнице Мирового разума…

Чёрт!.. Что это с ним?! Куда повело?..

Нужно делать Работу! Он – частичка этого мира!..

Поэтому он мысленно щёлкнул переключателем в мозгу, и «абстрагировался» от возвышающих устремлений, и от воспоминаний о ванне, от которых краска стыда и возбуждения заливала лицо и шею, и двинулся вдоль длинного ряда кульманов, придирчиво рассматривая: что исправили и дочертили вчера по его указаниям…

Рефлексы и привычки – великая вещь. Вскоре он действительно втянулся, и смог вникать в детали.

Порядок. Есть в чём отчитываться.

После обеда, у шефа, он это и сделал. Шеф прокомментировал работу кивком, и словом:

– Продолжайте.

Остальные двенадцать глав Отделов тоже что-то докладывали – он отключился.

За спинкой стула шефа… танцевала Юлия.

Танцевала нагло, с эротическими изгибами, позами, и стриптизом. Масляными глазами смотрела на него. Обошла всех коллег, у одного поправив галстук, другого погладив по лысине, а самого молодого – Михаила – даже поцеловала в шейку. Косилась при этом на Артёма…

Артём ощущал… Дикую ревность!

Запах её духов бил по ноздрям, а пальцы покалывало от воспоминаний о прикосновениях!..

Стерва! Она специально его дразнит: чтобы он взял её со звериной жестокостью – девушку потянуло на экзотику!..

Девушка между тем залезла на стол для совещаний. Вначале извивалась, дрыгала в воздухе ножками, вертела… тем, чем положено вертеть, и всё поглядывала.

Затем и легла… Ох!.. Вот зараза что вытворяет!..

Артём видел, как она разбрасывает движениями спины и места, что пониже, да и руками, бумаги начальников Цехов и Отделов… Но сказать ничего не посмел – раз никто не видит её, значит, и он… Не видит!