- Ну и пусть, - произнёс Крейтон только наоборот, повернувшись к ней лицом.

  Она встала, аккуратно переложив голову юноши на подушку, и прошла на кухню. Мессеир нехотя поднялся вслед за ней. Только, когда она вошла на кухню, Кистенёв понял, отчего её взгляд показался ему странным: карим был только один её глаз, второй имел мутно-зелёный оттенок. Василий пристально смотрел ей в глаза не понимая, что происходит, и хотя он знал, что лучше не следует так пялиться на неё, но ничего не мог с собой поделать.

  - Такое бывает, - мягким спокойным голосом произнесла она. - Редко, но бывает.

  Постыдившись самого себя Василий, отвёл взгляд в сторону, начав рассматривать плитку на полу, хотя и понимал, что это глупо. А тем временем Мессеир подошёл к столу на кухне и, пододвигая стул, произнёс:

  - Познакомься, Клементина, это мои друзья Алексей Семелесов и Василий Кистенёв, - и, присев на место, прилично отодвинутое от стола, жестом указал на девушку, смотря на своих приятелей. - А это, друзья мои, рад познакомить вас, Клементина Крейтон, моя жена.

  Глава двенадцатая.

  ВРЕМЯ СОБИРАТЬ ПАТРОНЫ

   - Так значит этот браслет у вас вместо обручального кольца?

   - Вроде того. Знаешь, весьма удобная вещь, всё время спрятан под одеждой, так что если не снимать рубашки, то никто так и не узнает, что ты женат, - произнёс Крейтон, рассматривая очередную фотографию.

   На кухонном столе был разложен атлас области, на котором фломастером были сделаны отметки, возле некоторых из них стояли даты и крупные цифры, означавшие частоту появлений искомых субъектов.

   - Ну что, что-то вырисовывается? - Кистенёв стоял, прислонившись к ящику кухни, держа в руках чашку чая.

   - Что-то вырисовывается, - повторил тот задумчиво, - скорее всего, наша цель находится в области, и скорее всего в Черноголеевском районе.

   - В Черноголеевском районе, у нас же там дача.

   - Дача? Прекрасно, вы там не замечали следов вампирских сходок, или может быть у соседей?

   Василий только усмехнулся и хлебнул ещё чаю. Мантиец достал линейку и провёл на карте несколько линий, после чего грубо обвёл небольшую зону.

   - Чёрт, и дракона видели где-то там, что за место такое, - шёпотом произнёс Крейтон, задумчиво почёсывая подбородок.

   Кистенёв услышал его и нахмурился, он решительно ничего не понимал в происходящем и поэтому сидел и ждал, пока всё поймёт Крейтон и объяснит ему.

   - Кстати, где наш общий друг? - спросил Мессеир, посмотрев исподлобья на Василия.

   - Семелесов? Похоже ещё на линейке. Идиот.

   - Ты бы ему позвонил, а то может спасать надо.

   - Обойдётся, - Кистенёв отложил чашку и подошёл к столу. - И всё-таки я не понимаю, что ты здесь чертишь.

  - А это дело нехитрое, сюда бы пару аналитиков из ордена, они бы тут всё в два счёта расчертили, хотя мы тоже не лыком шиты, - чуть растянуто сказал Мессеир, откладывая ручку. - Особенно теперь, когда наш чернокнижный друг столь любезно помог нам с информацией. Понимаешь ли, Василий, вампирские кланы это тебе не какие-нибудь братки, это глубоко законспирированные и хорошо организованные сообщества, члены которых поддерживают тесный контакт, и не шляются случайно, где попало. И что самое главное они имеют строгую иерархию, основанную на старшинстве, если найти закономерность в перемещениях старших членов, место, куда направлялось несколько из них и можно вычислить центр.

  - А как ты понимаешь, кто из них старше.

   - А очень просто, - Крейтон положил перед Василием две фотографии. - Сравни кольца.

  В этот момент в домофон позвонили, Кистенёв пошёл открывать и вернулся со словами: 'Лёгок на помине'. Спустя примерно минуту в квартиру ввалился радостный Семелесов в школьной форме с дневником под мышкой.

  - Можете меня поздравить ...

  - Тише, - перебил его Кистенёв, и, кивнув в сторону закрытой перегородки, добавил. - Она ещё спит.

  - Уже полвторого.

  - Тебе жалко, что ли?

  - Ладно. Короче, можете меня поздравить, у меня за полугодие одна тройка и то по физре.

   - Медленно бегал, - саркастичным тоном спросил Кистенёв.

   - Мало ходил.

   Алексей осмотрел кухню, словно проверял, не изменилось ли ничего за время его отсутствия. Он медленно прошёл к столу и сел во главе, став внимательно рассматривать документы и фотографии, при этом ни к чему не прикасаясь, словно боясь, что переложи он что-то на другое место, то это станет непоправимой ошибкой.

   - Что нового? - спросил он у Крейтона.

   - Да вот думаем с Кистенёвым, съездить на его дачу.

   - У него дача рядом с моей, может лучше к нему, - вставил Кистенёв.

   - Слушай, а это что правда, - сделав удивлённое лицо, спросил Семелесов, косо посмотрев на карту, и заметив, где располагается выделенная Мессеиром область.

   Кистенёв приподнялся со своего места и тоже взглянул на карту. Савеловка, судя по всему, действительно должна была находиться внутри грубо очерченного эллипса. Деревня эта находилась без малого в сорока километрах от города. Кистенёв с отцом редко туда ездил, зато без отца с друзьями они там бывали частенько, обычно приезжая на пятничном автобусе до соседнего посёлка и уже субботу возвращались в город. Главное было только не пропустить автобус, ибо в противном случае, как однажды и случилось, пришлось ехать вместе с соседями. Что самое весёлое, в той же деревне располагалась и дача Семелесова, что и служило одной из главных причин дружбы между ним и Кистенёвым. Что же касаемо приездов Василия на дачу без отца, то там они практически не пили и не шумели, соблюдая строгую конспирацию, скрывая сам факт своего там нахождения как от отца Кистенёва, так и от соседей которые могли ему всё рассказать. В основном приезжали купаться на речку и иногда рыбачить и жарить шашлыки во дворе.

   В деревне самой не было ничего необычного, зато к северу от неё находились густые леса, в которых можно было легко заблудиться, что собственно и происходило постоянно. То из Савеловки, то из других деревень постоянно кто-нибудь углублялся в чащу, леса и больше никогда не выходил обратно к людям. Иногда находили тела, иногда не искали и вовсе, почему неизвестно. Истории эти вечно считались нежелательными темами в разговорах взрослых, зато среди детей часто становились основой для жутких историй в духе пионерского фольклора, и Кистенёв в детстве сам никогда не был прочь рассказать их на ночь, а временами, даже придумывал что-то своё, но, в основном, на основе старых рассказов.

   - Слушай, Мессеир, а у вас, во сколько можно было жениться? - голос Алексея вдруг вырвал Кистенёва из забытья, хотя он только тогда и понял что ненадолго выпал из беседы.

   - Мужчины с пятнадцати, женщины с четырнадцати.

   - И солдаты ордена тоже могут?

   - Как ты представляешь себе орден, Семелесов? - произнёс Крейтон отстранённо, смотря на бумаги, которые он подравнивал, стуча краем стопки о стол, потом положив её обратно в папку, посмотрел на своего собеседника. - По-твоему мы всю жизнь живём где-то на секретных базах и всю жизнь только едим, тренируемся и поём строем гимны, а в перерывах вылезаем оттуда пострелять анархистов, - Мессеир поднялся и прошёлся по комнате на ходу продолжая говорить. - Как ты думаешь, какую боевую ценность будут иметь агенты госбезопасности, ориентирующиеся в реальной жизни хуже слепых котят? Большую часть времени, когда нас обучают, мы проводим на секретных объектах, но потом мы живём в обычном мире, как обычные люди, время от времени получая шифровки и собираясь вместе чтобы провести операции по приказам из центра.

   Из гостиной послышался шорох и шаги. Створки перегородки медленно разъехались, и на кухню вошла заспанная девушка, одетая в лёгкое темно-синее платье. Волосы были небрежно собраны в пучок на затылке, а три вьющиеся пряди свисали по края лба.

   - А Клементина, - продолжал Крейтон, прислонившись к подоконнику, словно не замечая жену, - она относится как раз к тому проценту, о котором я говорил вчера, тех, кто знает об ордене, но молчит, потому что с нами на одной стороне. Это ведь так? - Крейтон ожидающе посмотрел на девушку.