Становление белорусского народа не сопровождалось обра­зованием отдельного государства. Попытка положить в основу белорусской государственности древнее Полоцкое княжество отвергнута компетентными историками, которым нетрудно было доказать, что в X—XIII вв. это княжество представляло собой часть Киевской Руси. Еше более странной была попытка некоторых радикальных деятелей БНФ объявить Великое княже­ство Литовское историческим белорусским государством. Нет никакого сомнения, что в том княжестве влияние белорусского языка и культуры, которые тогда назывались «русскими», было велико. Однако его правящая династия, как и большая часть знати, была не славянского, а литовского происхождения.

Объединение Польского королевства и Великого княжества Литовского в единое государство - Речь Посполитую - также стало источником многих мифов, но уже в большей мере для польского, а не белорусского национального самосознания. Белорусы не были в Речи Посполитой государствообразующим народом, их привилегированные представители подверглись полонизации и в большинстве приняли католичество. В дальней­шем разделы Польши, в результате которых белорусские земли отошли к Российской империи, не были восприняты большей частью народа как национальная катастрофа, но и не считались воссоединением двух братских народов. Укреплялись позиции православия, но и католичество сохраняло сильное влияние.

Предметом дискуссий оставалось до последнего времени народное восстание 1794 г., которое возглавил польский герой Тадеуш Костюшко и которое было подавлено российской арми­ей под командованием Александра Суворова. В этом восстании приняла участие значительная часть белорусской шляхты и около 10 тыс. крестьян, однако основная часть белорусского крестьянства не поддержала восстания. Белорусов было немало и в войсках Суворова. Никто из историков Беларуси не оспарива­ет героизма Тадеуша Костюшко. Однако попытки «столкнуть» образы Суворова и Костюшко многие считают непродуктивны­ми. Как пишет известный белорусский историк Вадим Гигин, «внимательное изучение программы восстания 1794 г. показы­вает, что его успех привел бы к абсолютной полонизации Беларуси и исчезновению белорусского народа как самостоя­тельного этноса. Победа суворовских войск изменила такую логику событий. Ведь именно острейшая борьба двух нацио­нальных идей - российской и польской, местом столкновения которых была наша земля, и привела в середине XIX в. к зарож­дению самостоятельной белорусской идеи. Поэтому некрасиво и неблагодарно оплевывать память покойного великого полковод­ца, настоящего военного гения, истинного христианина, воб­равшего в себя все лучшие черты русского характера». Военно­исторический музей в белорусском городе Кобрине носит имя А.В. Суворова, у входа в него стоит бюст полководца.

Народ был тогда угнетен и в Белоруссии, и в России, а бело­русская шляхта и немногочисленные промежуточные сословия находились под влиянием католичества или польских нацио­нально-освободительных течений. Отдельные группы белорусов участвовали в польских восстаниях 1794 г. и 1830-1831 гг., а в восстании 1863-1864 гг. белорус Кастусь Калиновский был одним из лидеров. Он возглавлял наиболее радикальное крыло повстанцев и был казнен в 1864 г. Все поколения белорусов счи­тают его национальным героем.

После крушения царизма в феврале 1917 г. и Октябрьской революции несколько возникших в Белоруссии националисти­ческих, социалистических и буржуазных партий попытались создать независимое белорусские государство - весной 1918 г., до оккупации германской армией. Эта попытка оказалась неудачной и не повторялась в годы Гражданской войны. Советские годы не были легкими для Белоруссии, но они стали годами ее экономического и национального подъема. Только тогда она обрела какие-то начальные формы государственно­сти, а белорусы получили статус титульной нации одной из союзных республик.

Социологические исследования 1990-х гг. показали, что 80% населения Беларуси хранят в памяти больше хорошего, чем пло­хого о временах вхождения их страны в состав СССР (да и в состав России в XIX и XX вв.). Самый значительный след в национальном сознании белорусов оставила Великая Отечественная война и память о совместной борьбе и общей победе. Требования радикальных националистов о полной реа­билитации тех граждан, которые выступали в годы войны на сто­роне гитлеровцев и хотели создать якобы независимое белорус­ское государство, не получили поддержки. Аналогии в данном случае со временами польских восстаний были неправомерны­ми. Польские повстанцы боролись за независимость Польши, а фашисты открыто ставили своей целью уничтожение России, Белоруссии и Украины. Именно их земли были объектом гер­манской колонизации. Попытки нового и по преимуществу негативного прочтения истории российско-белорусских отно­шений были многочисленными, но безуспешными.

В Беларуси в последние 5-6 лет издано много учебников по истории страны для разных учебных заведений. Их выпуск осу­ществляется под контролем государства - тех отделов и управле­ний Администрации Президента, которые занимаются вопроса­ми государственной идеологии. Но и во всех других книгах по белорусской истории, которые мне удалось прочесть, нет стрем­ления полностью пересмотреть или переоценить исторические события Белорусской ССР, а также Республики Беларусь под каким-то националистическим углом зрения, как это происхо­дит в некоторых странах СНГ. Мы узнаём сегодня многие ранее неизвестные подробности тех революционных перемен, которые происходили на территории Белоруссии в 1917-1919 гг. и закончились провозглашением БССР. В том, что касается изло­жения событий 1920-1940 гг., в Беларуси сохраняется макси­мальное число прежних «советских» оценок. К сожалению, темы сталинских репрессий и злоупотреблений «сплошной кол­лективизации» не нашли еще должной оценки и подробного освещения в официальных белорусских учебниках.

Надо сказать, что в Беларуси нет таких памятников или мемориалов жертвам сталинских репрессий, какие сооружены, например, в Казахстане. 30 октября, которое отмечается не только в России, но и в Беларуси как День памяти жертв поли­тических репрессий, до последнего времени было особенным днем только для оппозиции и оппозиционной прессы. Белорусская печать и историческая наука уделяют много внима­ния репрессиям польских властей в Западной Белоруссии 1919-1939 гг., однако массовые репрессии, которые происходи­ли там в 1940 г. и в первые месяцы 1941 г., не привлекли столь же большого внимания белорусских исследователей, да и просто следователей. Только недавно (29 октября 2009 г.) в самой мно­готиражной республиканской газете «Советская Белоруссия», учредителем которой является Администрация Президента, были опубликованы стенограмма «круглого стола» и статья глав­ного редактора газеты Павла Якубовича «Куропаты: мир под соснами». Куропаты - это бывший «спецучасток» НКВД недале­ко от Минска и место массовых расстрелов и захоронений узни­ков НКВД.

Наибольшее внимание белорусских историков и сегодня при­влекают годы Великой Отечественной войны, и это понятно. Именно здесь, в Белоруссии, 22 июня 1941 г. гитлеровская армия нанесла свой главный удар по частям и соединениям Красной Армии. Западный фронт не смог выдержать этого удара, и поло­жение здесь было очень тяжелым. Летом 1941 г. на полях сраже­ний в Белоруссии погибли, пропали без вести или оказались в плену около 1,5 млн бойцов и командиров Красной Армии. Вся территория республики на долгие три года оказалась под гнетом немецкой оккупации. Однако народ продолжал сражаться про­тив врага. По данным военных историков, не менее 1,3 млн белорусов сражались в годы войны в рядах Красной Армии, около 400 тыс. участвовали в партизанском движении и более 300 тыс. человек находились в составе партизанского резерва (для активной борьбы с оккупантами не хватало оружия), не менее 70 тыс. патриотов вели борьбу в подполье. В результате около 60% территории республики находились перед решающи­ми наступлениями Красной Армии весной и летом 1944 г. под контролем партизан, а значит, и главного штаба партизанского движения в Москве. Такого масштаба сопротивления вражеской оккупации не знала ни одна из стран Европы.